Душа терний (ЛП) - Тромбли Стейси

— И быть готовым к тому, что если я не смогу исцелить всех от чумы — сама идея звучит очень сомнительно, — то никто больше не сможет вернуться сюда за книгой ближайшие десять лет? Нет, я не стану этого делать. Сама понимаешь.

Кейлин тяжело вздыхает, но больше не спорит.

— Если ты умрёшь, то я погибну, пытаясь завершить эту миссию. Может быть, потом попытается кто-то ещё, — я плюхаюсь рядом с ней. — Не оставляй меня, Кейлин.

Мой шёпот звучит хрипло, хотя это не было моей целью. Кей всхлипывает.

— Ладно, — шепчет она в ответ.

Мы с Кейлин сидим неподвижно, молча глядя на дорогу перед нами ещё час. Больше ни одно существо не приближается к Огненной Стене и не выходит с той стороны. Ни призраки, ни медведи, ни волки. Даже птицы не летают над барьером.

— Давай останемся здесь на ночь, — прерывает тишину Кейлин.

Я не отвечаю. У нас ещё есть время добраться до предыдущей пещеры. Она меньше, но безопаснее. Здесь мы ближе к главной дороге и к Стене. Здесь очень жарко, сухой жар буквально давит на нас, мокрая от пота одежда липнет к коже. Всего на километр севернее нам уже будет значительно комфортнее.

— Мы ничего не увидели, потому что в это время призраки спят. Если найдём надёжное укрытие, я закрою нас тенями на всю ночь, и тогда мы соберём всю нужную информацию.

— Ты сможешь? Держать щит всю ночь напролёт? Даже пока мы прячемся в этой пещере, находиться так близко к Стене небезопасно.

Она кивает.

— Достаточно будет закрыть тенями вход, это сэкономит много энергии. Мы будем видеть, что происходит снаружи, но никто не сможет к нам заглянуть.

— Но тогда нельзя будет расслабляться до рассвета. Ты ведь не можешь контролировать магию, пока спишь? Не думай, что я опять недооцениваю теневых фейри, но это…

Кейлин усмехается.

— Значит, буду держаться всю ночь, да. Но нам же в любом случае нужно, чтобы кто-то был на стрёме. А я сегодня днём уже поспала. Лягу снова после восхода солнца, а потом уже продумаем наши дальнейшие действия.

Наши дальнейшие действия. Я знаю, что Кейлин всё равно собирается пойти первой. Нам нужно пройти через огонь, но я ни за что не отпущу её одну. Либо вместе, либо никак.

Кейлин

Моя душа болит, как будто за этот долгий насыщенный день пострадала не только моя рука. И, возможно, так и есть. Тьма, пугающая и ядовитая, закрадывается в уголки моего сознания.

Тени — моя стихия. Мои друзья. Но здесь… они другие.

Может, потому что я морально и эмоционально уже выбрала смерть и просто жду подходящего момента. Может, по какой-то иной причине.

Рев сидит рядом и просто следит за дорогой, за тенями за пределами пещеры. Небо темнеет с каждой минутой, но здесь всегда так темно, что сложно отличить день от ночи — по крайней мере, на вид. Когда до нас доносятся завывания мёртвых, я для себя чётко определяю, что ночь началась.

Мои мышцы напряжены. Кровь пульсирует. Голова Раскалывается. Возможно, оставаться так близко к Огненной Стене на несколько часов было плохой идеей. Я могла бы подольше отдохнуть, хотя меня раздражает эта мысль, потому что я выспалась в домике в долине на несколько дней вперёд.

Но эти земли словно высасывают из меня энергию. И хотя я не говорю об этом Реву, но даже мысль о том, чтобы постоянно использовать мою магию для маскировки, уже до жути утомительна. Но я всё равно это сделаю.

Я сделаю это, потому что так нужно. Это нужно мне.

Тьма миллиметр за миллиметром накрывает окружающее пространство, но мы так и не заметили ни малейшего движения. Помимо того зайца ничего примечательного не было. Прошло уже больше часа, а мы не проронили ни слова.

Рев стойко наблюдает за выходом из пещеры. Упрямый или верный цели — разницы почти никакой. Он намерен защитить меня, но уже слишком поздно. Корабль ушёл. Я сама обрекла себя. Наверное, я могу представить, как тяжело, когда на твоих глазах умирает тот, кто тебе небезразличен, а ты ничем не можешь ему помочь.

Он не в силах спасти меня. Как бы ни старался.

Я не буду рушить его надежды, пока не смогу убедиться, что он выполнит свою миссию. Пока ему нужна моя помощь. А затем найду способ тихонько ускользнуть и дать ему возможность продолжить жить своей жизнью.

Это то, что ему нужно и что я могу ему дать. Вера в то, что надежда есть. Вера в то, что я продолжу бороться.

— Кейлин, — тихо зовёт Рев. — Иди сюда.

Я подхожу к противоположной стене пещеры и выглядываю из-за плеча Рева. По скале скользят жуткие тени.

Рев дёргает плечами.

— Насколько надёжен этот щит?

Я делаю глубокий вдох. Моя магия прочна, но её поддержание требует постоянных усилий, чтобы она полностью могла скрыть нас с Ревом.

Выдох получается судорожным, и я вдыхаю снова. Тени всегда были моими защитниками. Но в последнее время они стали казаться тяжёлой ношей.

Мы заходим глубже в пещеру, откуда видно только маленький кусочек дороги. Огненную Стену с этого места не разглядеть.

Грудь сдавливает невидимая сила, когда я вкладываю больше магии. До Рева я никогда не пыталась закрыть щитом кого-то другого. Я могу прикрывать тенями предметы, но есть разница между маскировкой живого и неживого. Настоящая невидимость начинается, когда скрываемый становится одним целым с тенями. На такое способны только теневые фейри — по крайней мере, так я думала. Но вчера волк-призрак вообще не мог нас увидеть.

Это значит, что либо у призраков зрение хуже, чем у живых, либо, как бы мы ни сопротивлялись связи, моя магия признаёт Рева как мою пару, а его магия — признаёт меня. В теории чем больше мы сблизимся, тем проще будет использовать нашу магию как единое целое.

Рев смотрит, как теневая магия застилает вход в пещеру, после чего переводит взгляд на меня и останавливается.

Он чувствует, что что-то не так? Видит, насколько это меня истощает?

Мы смотрим друг другу в глаза несколько долгих секунд. Его губы приоткрываются, и я уже жду, что он заговорит, но он молчит. Вместо этого он протягивает ко мне руку. В ту же секунду, как его пальцы касаются моей кожи, я ощущаю искры. Выдыхаю, расслабляясь, потому что это мимолётное прикосновение напоминает, для чего я здесь. За что я сражаюсь.

Я не отказывалась от Рева. И не откажусь. Никогда.

Рев

Глаза Кейлин выглядят тусклыми и безжизненными. Её магия накрывает меня, маскируя, но кажется такой… слабой.

— Как думаешь, волк может оказаться прав? — спрашиваю я, неожиданно для себя задав вопрос вслух. Я думал об этом последние несколько часов.

Она хмурится.

— В чём?

— Он сказал, что Несущий Ночь поделился с тобой своей магией и может… не знаю, что имел в виду волк, но… Вдруг Несущий Ночь может контролировать тебя? Как тебе кажется? В этом месте…

Кейлин пожимает плечами.

— Выжженные земли странно влияют на меня. Я не думаю, что дело в Несущем Ночь. Его магия стала моей. Я в этом уверена. Одним из условий сделки было то, что магия будет полностью под моим контролем.

Киваю.

— Это хорошо. Раз ты уверена…

— Я уверена. Я прекрасно помню те ощущения, когда она жила своей жизнью внутри меня, — Кейлин встряхивает головой. — Теперь она полностью моя.

— Ладно, — бормочу я, не став развивать тему. Меня радует её уверенность в том, что Несущий Ночь не воздействует на неё изнутри, но это не отменяет того факта, что она справляется не так хорошо, как хотелось бы.

Я стараюсь не трогать её лишний раз, оставить в покое, но мой взгляд то и дело находит её в углу пещеры.

Она ёрзает на месте и заламывает пальцы, будто ей сейчас не очень комфортно. Несколько минут спустя она начинает поглаживать волосы и менять позы. Прислоняется головой к стене и тяжело дышит.