Невидимка и Охотник 2 (СИ) - Эванс Алисия

В принципе, всё, что от меня требовалось — не ныть. Наш путь лежал через зимний лес, парни шли очень быстро, и вскоре я устала. Ноги болели. Солнце выползло из-за горизонта и теперь робко освещало белоснежные сугробы. Благо, снега было не очень много, он едва доставал мне до колена.

В пути Лазар достал из рюкзака булку хлеба и разделил её между всеми. Я с радостью слопала положенный мне кусок ароматного хлеба с сыром, и после этой трапезы нам всем стало намного проще общаться. Ближе к обеду парни все таки решили устроить привал, и я буквально рухнула на заснеженный пенек. Как же я устала! Бернард понимающе улыбнулся и принялся разводить костер. В отличие от остальных, он не искал хворост и не рубил ветки сухостоя. Он просто ломал их голыми руками!

Я даже представить боюсь, какая сила заключена в этом опасном и загадочном существе.

С костром пришлось повозиться. Я вспоминала, как легко Дейв разводил огонь, и вновь волна боли обожгла мое сердце. Как он там? Проснулся ли? Что чувствует? О чем думает? Душу сверлило какое-то противное липкое чувство, будто я предала кого-то.

Тем временем, мужчинам удалось развести хороший костер, и мы вчетвером сели возле него греться. Парни разогрели на костре котлеты, которые им дали с собой в дорогу, и мне пришлось снять перчатки, чтобы тоже полакомиться мясными вкусняшками. Я только потянулась к ароматным шарикам, как вдруг Бернард резко перехватил мою руку, намертво сжав её в своих пальцах.

Его лицо тут же застыло каменной маской, в глазах засверкала злость и глухая ярость. Казалось, минуту назад он был добродушным мужчиной, а теперь передо мной сидел плохо владеющий собой неадекват. Его гнев вот-вот мог прорваться наружу.

— Какое милое колечко, — сквозь зубы процедил он, смотря на обручальное кольцо, которое подарил мне Дейв.

На миг я испытала стыд, но быстро справилась с этим чувством. Чего мне стесняться? Дейв официально назвал меня своей невестой, этого не отменить. На что Бернард злится?

— Да, мне тоже нравится, — слабо улыбнулась я, пытаясь высвободить свою кисть, но меня сжали так сильно, что даже шевельнуться не получилось.

Серж и Лазар застыли, с интересом наблюдая за нами.

— То есть Дейв заключил с тобой тайную помолвку?! — сквозь зубы прошипел ругару, сверля меня злым взглядом.

— Уже не тайную, — буркнула я, понимая, что по возвращении Лазар и особенно Серж разнесут эту новость по всему городу.

— С что же толкнуло его на столь серьезный шаг?! — допытывался мужчина, продолжая держать мою руку с кольцом.

Я молчала. Неужели не понятно? Любовь. Дейв сделал это, чтобы защитить мою честь, ещё не зная о моем подлинном происхождении. Не знаю, что будет дальше, но одно понятно точно: теперь эта помолвка — не фикция.

— Серж, Лазар, быстро смотались за сухостоем, — отрывисто приказал Бернард, отпуская меня.

— Что?! — возмутился рыжеволосый Серж. — Начерта он нам сейчас сдался?!

— Следующий привал будет ночью, после заката. Тогда его искать будет тяжелее, лучше сделать это при свете дня. Ну, чего расселись?! Вперед!

Парни, как и я, сразу поняли, что их отсылают вовсе не за деревом, а чтобы уши не грели. Они даже поесть не успели, бедные! Я сверлила Бернарда недовольным взглядом, но он и сам сидел темнее тучи. Думала, начнет меня отчитывать за пустоголовость или упрекать в наивности, но стоило парням удалиться, мужчина спросил прямо и четко:

— Ты беременна?!

Я аж подскочила от неожиданности. Никак не думала, что он осмелиться задавать мне ТАКИЕ вопросы. Даже не стал интересоваться, была ли у нас близость, сразу перешел к сути.

— Нет, — тихо ответила я, потупив взгляд. Буквально на днях закончились женские недомогания, так что беременность можно исключить.

— Значит, он сделал тебе предложение не поэтому, — грозно нахмурился Бернард. — А почему?!

— Может, потому что любит меня и не хочет позорить?! — с раздражением отозвалась я. На это предположение ругару поморщился.

— Ро, ты наивный ребенок, — ответил он. — А Дейв этим пользуется. Это кольцо — формальность, чтобы, когда он тебя бросит, не чувствовать себя козлом! Неужели ты этого не понимаешь?!

— Это ты ничего не понимаешь, Бернард, — рыкнула на него я, имея в виду свое происхождение.

— Я все понимаю, девочка, все таки двести лет на свете живу, — грустно усмехнулся он. — Сейчас ты ослеплена первой любовью, но, помяни мое слово, через несколько месяцев придешь ко мне, потому что он тебя бросит. Дейв не из тех, кто способен долго и беззаветно любить женщину.

— Мне кажется, ты его совсем не знаешь, — покачала головой я, чувствуя, что мы друг друга не слышим.

Больше Бернард не проронил ни слова, пялясь в огонь с задумчивым и злым видом. Он явно расстроился, но сделать ничего не мог. Я вообще не понимала, чего он взвился?! Лично ему я ничего не должна, отчитываться не обязана. Да ещё его слова, что я к нему приду, потому что Дейв меня выгонит… Больно. Очень больно.

Серж и Лазар вскоре вернулись с небольшими сухими веточками в руках. Мы молча поели и вновь тронулись в путь. Я практически все последние годы сидела в башне или в доме охотника, поэтому к физическим нагрузкам была совершенно не готова. Мужчины шли спокойно, никто их них даже не запыхался. Пухленький Лазар, и тот не выказывал никаких признаков усталости. Одна я плелась позади, еле переставляя ноги. А ведь впереди ещё три дня пути!

После двух часов ходьбы по зимнему лесу я не выдержала и привалилась к дереву, медленно сползая по нему. Ноги болят так, что хочется плакать! Плевать на все, дальше я не пойду.

— Ну, и что нам с ней делать? — устало вздохнул Серж. — Она же не выдержит.

— Куда она денется, — буркнул Бернард, подошел ко мне и легко поднял с земли на руках. У меня даже не было сил возмущаться, так сильно болели ноги.

— Ты не устанешь нести меня и рюкзак? — спросила у него, беспокоясь за мужчину.

— Не переживай, — невесело усмехнулся ругару. — Я вашего веса почти не ощущаю.

Как можно не ощущать такую тяжесть, я понять не в состоянии. Мне Варха сложно поднимать, а он несет меня, огромную махину с вещами и не выдает вообще никакого напряжения! Бернард не спускал меня с рук аж до вечернего привала. Лазар и Серж шли впереди и старались в нашу сторону не смотреть, усиленно пряча взгляд. Ох, да знаю я, что мы выглядим непривычно, но если я сделаю ещё хоть шаг, то мои ступни рассыпятся в порошок.

На ночи мы облюбовали небольшую полянку. Только на ней Бернард усадил меня на маленькое бревно и принялся разводить костер. Хворост, который нашли ребята днем, нам очень пригодился, и теперь мы вчетвером грелись у большого костра, жарили мясо и готовились уснуть. Мне выделили небольшой спальный мешок, в который я легко поместилась. Неудобно было спать без подушки, конечно, но я так устала, что почти этого не заметила. Уже почти заснула, как вдруг раздался странный шелест крыльев.

Бернард насмешливо фыркнул, и я открыла глаза. Ругару сегодня дежурил, поддерживая огонь. Возле него сидел черный ворон с огромным острым клювом. К его лапе было привязано послание. Неужели…?

— Это от Дейва?! — подскочила я, стряхивая остатки сна. Бернард не ответил и начал осторожно снимать белую записку с лапки птицы. Развернув её, ругару внимательно вчитался в послание, и чем дольше читал, тем шире была его насмешливая улыбка.

Я бросилась к нему, уверенная, что это прислал Дейв. А кто ещё?! Но Бернард не позволил мне увидеть хоть строчку и ловко отвернулся, скрывая письмо за своей широкой спиной.

— Что он пишет? — в раздражении спросила я, стукая его по лопатке.

— Он в бешенстве, Ро, — безэмоционально отозвался Бернард. — Он вне себя от гнева…

Из меня будто вышибли весь воздух. Я осела на бревно и пустым взглядом уставилась на костер. Сомнений не осталось: я предала и разрушила отношения с самым дорогим человеком, который есть в этом мире.