Я сама призову себе принца! (СИ) - Фрост Ника

…И снова мысли о прошлом, о Земле и воспоминания о детях нахлынули на меня. И настолько они были четкими и яркими, что я не смогла сдержать отчаянный стон. Мне отчаянно хотелось хотя бы глазком посмотреть на детей и убедиться, что у них всё в порядке. Даже мечтать о том, чтобы их обнять я не решалась…

— С вами всё в порядке? — на мою ладонь аккуратно легла небольшая ладошка, и, подняв взгляд, я посмотрела на женщину, задавшую вопрос. Она заходила в дилижанс передо мной, и мы заняли небольшую скамью у последнего правого окна.

— Д-да, — откашлявшись, произнесла глухо и украдкой стерла слезинку, что непрошено посмела выступить в краю глаза, тыльной стороной ладони.

Что-то я в последнее время слишком часто раскисаю и даже плачу. Видимо, вина в гормонах этого молодого тела, я себе никогда не позволяла подобной слабости, а тут который раз за неделю с небольшим это случается.

— Что-то совсем не похоже, — ласково улыбнувшись, она сжала мои пальцы. — И что же могло огорчить такую молодую красивую девушку и довести до слез?

— Я… просто устала, — глядя в спокойные темные глаза, ответила тоже с улыбкой. И не соврала. Я, действительно, сильно вымоталась. Всё моё путешествие я постоянно бегу, не позволяю себе больше останавливаться в гостиницах. Сплю мало и крайне плохо. Ещё и ем теперь отвратительно — да так, что килограммы, которые я планировала сбросить за месяц-два, уже испарились, а дорожное платье стало большим. Спасала меня только грудь, которая в размере практически не уменьшилась, и из-за неё я не выглядела в висящих одеждах так, будто украла их у кого-то.

— Бедное дитя, так поспи, до Гриама ещё пять часов пути. И не бойся, спи спокойно, — она мне подбадривающе подмигнула. — Разбойников тут уже давно не было. Так что доберемся без происшествий.

Благодарно ей кивнув, я закрыла глаза и, засыпая, подумала о том, что я разбойников-то не боюсь. Вон, сколько по лесам бегаю, до сих пор ни одного не встретила. А что они точно есть, уверена на все сто, один Ледышка чего стоит, тот ещё бандит в капюшоне. Хорошо, что больше он мне пока не попадался, и у меня есть шанс от него оторваться. Навсегда. И тогда можно будет и отдохнуть, и сил набраться… Потом…

— …драгоценности! — резкий голос и тычок в плечо заставили меня подскочить от испуга.

— Что? — выдохнула ошарашенно, хлопая сонными глазами, глядя на бандитскую рожу. Что-то я не припомню, чтобы в дилижансе с нами «красавец» такой ехал!

— Доставай всё ценное, красотка. Драгоценности, деньги — и побыстрее! — рявкнул он зло, обдав зловонным дыханием.

— А вы кто? — продолжая хлопать глазами, но совсем по другой причине: чтобы выглядеть глупой, задала вопрос, на который и сама уже прекрасно знала ответ.

Дилижанс стоит, вокруг все гомонят: шумят, ругаются и даже плачут. Всех пассажиров, кроме меня, вывели, и их недовольные и испуганные голоса доносятся с улицы. Меня, вероятнее всего, оставили на «сладкое». Я была единственной женщиной среди пассажиров, у которой не был глубоких морщин. Так что сейчас попытаются запугать, чтобы я сама им отдала ценности, и им не пришлось их искать. А после прямо здесь, в дилижансе, и позабавятся.

Не на ту напали. Пусть только попробуют!

— Я — разбойник! — ухмыльнувшись, гордо возвестил бандит с черным от загара и щербатым лицом. И я мысленно вздохнула, произнеся: «Капитан Очевидность во плоти». И припомнила слова женщины о том, что разбойников тут нет. Ну, может, и не было до этого. Но тут появилась я. И судьба, дабы снова нарушить мои планы, направила их точно на этот злополучный дилижанс. А я ведь всего лишь хотела немного отдохнуть да часть пути не на своих двоих преодолеть, а с куда большим комфортом!

— Да вы что? — округлив глаза, приложила ладошки к щекам и задрожала всем телом. — Самый настоящий?

— Да! — мужлан аж выпятил грудь от гордости.

— Ой-ой-ой! — покачав головой, я попыталась изобразить больший испуг, но, по правде говоря, я этого разбойника совсем не боялась. Он был слишком… обычным, как мелкий бандит из девяностых. «Понтов» много, а толку ноль, только и могут ножиками трясти, угрожать и запугивать. С кем-то такие методы прокатывали — у меня же они быстро укатывались в далекие дали. Вот и этот скалит полупустой рот, ножиком угрожает, думает, что я его рожи испугалась и готова на всё. Наивный. Вот увидь я Ледышку — точно испугалась бы. Он был для меня как главарь мафии всех ледяных и отмороженных.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Драгоценности! Деньги! — напомнил мне о главном разбойник, и я вздохнула. Протяжно и тяжело. И продолжила спектакль.

Сейчас я огляжусь по сторонам, присмотрюсь, где мы, сколько их, да деру дам. За это время я научилась так бегать по лесам, что ни один бандит не догонит. А других пассажиров спасти не в моих силах — у меня оружия нет, которым я и управляться не умею, да и драться, особенно в теле Надин, я совсем не мастак.

— К-конечно, конечно, — закивав головой, я показала на свой рюкзак, который затолкала под сиденье, видимо, потому его не нашли и не утащили с другими вещами, что лежали на верхних полках. — Я достану! Только тут так темно, ничего не видно…

— Так бери и на улицу выходи! — недовольно шикнул он и очень болезненно ткнул меня в плечо, когда я развернулась, чтобы поднять вещи.

— Пожа-алуйста, не бейте, — пролепетала «испуганно», прижав рюкзак к груди, продолжая отыгрывать роль, и шустро сбежала по ступенькам вниз.

Как я и предполагала — всех пассажиров уже вовсю «потрошат» на наличие ценностей. Трое бандитов с мечами уложили всех мужчин на пыльный тракт, ещё двое обирали визжащих женщин. Получается, с «моим» шестеро. Лошади их привязаны к дилижансу. И раз вокруг ещё лес, то мы примерно на полпути к Гриаму, значит мне нужно налево…

— Доста-а… Вай! — донеслось мне в спину недоуменное, когда я, подобно лани, спрыгнула с тракта и понеслась вперед к густой чащобе.

«Надежда возвращается в родную стихию», — подметила хмуро, с едким сарказмом.

— Стой! — прокричали несколько голосов, и послышался треск сухих веток. А я припустила ещё сильнее.

— Вот ещё, — буркнула под нос, — делать мне больше нечего. Наивные какие. У вас только мечи, даже лука нет. И догнать вы меня точно не сможете. У меня тут свой экспресс-метод похудения разработан, и личный план тренировок по бегу от лесного профи составлен. А у вас только экспресс-метод по распитию алкогольных напитков и план тренировок по скоростному закидыванию еды…

Уверена, судя по их одутловатым лицам и красным глазам, я была близка к истине.

Все мои догадки оправдались — мужчины недалеко и недолго со мной пробегали. Их хватило минут на десять, и то они больше орали, угрожали, чем пытались бежать.

А я, дождавшись того, что они наконец успокоятся, шум от них утихнет, перестала бежать по прямой.

И, когда я уже хотела свернуть направо… резко развернувшись на сто восемьдесят градусов, побежала обратно.

Вспомнив тех несчастных, что лежали на земле, плачущих женщин, одна из которых была невероятно милой, я не смогла просто убежать. Не прощу ведь себя за малодушие и слабость. Никогда прежде я себе так не позволяла поступать, и сейчас не будет исключением. Да, противопоставить шестерым грабителям мне нечего, однако я их отвлеку, постараюсь увести с собой побольше и буду надеяться, что мужики, наконец-таки, очнутся да сами справятся с оставшимися.

Вылетев снова на тракт и застав практически ту же самую картину, я промчалась с дикими воплями мимо разбойников, попутно указав растерянным пассажирам на мечи, и умчалась в другую сторону леса, крича не своим голосом:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ой, боюсь! Боюсь! Пожалуйста, не трогайте… Я так устала… Сил бежать уже не-е-ет! Упаду… А у меня столько драгоценностей! Ещё и монеты папа просил бабушке передать… Как же я её без ста дарамов-то оставлю! Ой, что будет-то!

И, выпалив эту околесицу, замерла. Удостоверилась, что в этот раз за мной помчались четверо разбойников, не особо торопясь, чтобы они могли поспеть, поскакала вглубь леса, продолжая орать: