Желание генерала – закон (СИ) - Свободина Виктория

Глава 22

Некоторое время едем молча. Генерал о чем-то задумался, а я погрузилась в пучину воспоминаний и своего личного горя. Стараюсь обычно просто не думать и не вспоминать, но встреча с людьми из Наридии разбередила и без того не заживающие раны.

— А возлюбленный?

Э-э…

— Что?

Правда, генерал молчал-молчал, и вдруг такой вопрос, непонятно о чем и к чему.

— Ты говорила про своих близких, но не сказала, был ли у тебя возлюбленный. Муж вряд ли, с учетом твоей невинности, но молодая, красивая, любимая всей страной жрица… или ваш культ запрещает отношения у жрецов?

— Нет, не запрещает, — вздохнула. — Были ухажеры. Ну… может, и возлюбленный был.

— Ты не уверена? Как так?

— До того, как он стал жрецом, наше общение можно было назвать отношениями, но потом у него стало мало времени, да и дар он получил очень специфичный, с таким очень сложно иметь возлюбленных. А потом и я стала жрицей, ну и сошло на нет все.

— Какую же силу принял твой бывший возлюбленный?

— Он стал жрецом смерти. Уже при жизни они становятся немного мертвыми.

— Это как?

— Я не жрица смерти, чтобы точно ответить на этот вопрос. Говорят, что этот дар действительно очень специфичный и с истоком связан не полностью. Исток только дает возможность выбранному им человеку получить этот дар, но чтобы обрести полную силу, будущему жрецу для связи с миром мертвых приходится отдать часть своей души за грань. Из-за этого жрецы смерти становятся гораздо менее эмоциональными.

— Как интересно. Жрецы знают, что ждет людей после смерти?

— Точно об этом можно узнать, только умерев. А такие жрецы могут видеть знак смерти над живым существом, которое скоро должно умереть. Если задать вопрос жрецу напрямую, он сможет сказать, когда и как ты умрешь. Самые сильные старые жрецы могли снимать метки, пусть не все и не у всех. В нашей стране было много долгожителей.

— А еще они могут перевоплощаться в крылатых человекоподобных тварей с косой, — мрачно произнес Соул.

Невольно усмехнулась. Все же прямое столкновение со жрецами произвело на генерала большое впечатление.

— К слиянию с энергией своего дара жрецы смерти прибегали реже всех и только в самых крайних случаях. После каждого такого слияния они становились еще чуть менее живыми.

— И как ты умрешь, Эль? Сколько тебе еще отведено лет?

От удивления даже обернулась к Соулу.

— С чего вы решили, что я это знаю? Я ведь не была жрицей смерти.

— Неужели ты не спросила об этом у своего… друга?

— Нет.

— Неужели неинтересно?

— Иногда лучше знать меньше.

Только обернувшись к генералу, заметила, что основная часть войска осталась далеко позади.

— Зачем вы так далеко уехали вперед? Это разве не опасно?

— Не настолько далеко. Ты действительно считаешь, что для меня тут может быть что-то опасно?

— Вы все-таки генерал имперской армии. Многие за счастье посчитали бы вас убить. А мы еще и едем сейчас рядом с лесом. Вдруг шальная стрела из-за деревьев прилетит.

— Не понимаю. Ты так обо мне беспокоишься, недооцениваешь, желаешь оскорбить или шутишь? Думаешь, мага так просто убить?

— Я не знаю, мне про магов мало что известно.

— Как ни пытались, — опасно прищурившись, надменно и холодно начинает говорить генерал, — меня не смогли убить всем скопом даже твои любимые жрецы, ставшие аватарами своих сил, а уж от какой-то стрелы…

Громкий хруст ломаемых веток, а то и стволов деревьев, рычание, мелькнувшая огромная черная тень, и в следующее мгновение боевой генеральский конь с диким ржанием падает на бок от мощнейшего удара. Я думала, будет больно. Падение лицом на землю с высоты, еще и мощный боевой конь сверху придавит. Но ничего подобного. У генерала оказалась нечеловеческая реакция. Он успел за эти короткие мгновения соскочить с коня сам, еще и меня заодно сдернуть. Он приземлился на ноги, и моя встреча с землей оказалась вполне мягкой.

Перед нами, ощерив страшную пасть, стоит огромный черный монстр. Это не человек и не животное. Оно не похоже ни на что. Я такого никогда не видела и не знала. Чудовище внушает ужас, только один его вид парализует. Соул выходит вперед, загораживая меня спиной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Все происходит очень быстро. Оно нападает, но генерал отражает атаку своей магией. Оно отскакивает и недовольно утробно рычит. Ехавшая поблизости небольшая часть воинов спешно пробует атаковать чудовище, но оно с легкостью разбрасывает людей, словно легкие веточки. Соул атакует магией, воины — мечами и стрелами, и вроде бы чудовище начинает отступать к лесу. Все тянутся за ним, а я остаюсь возле упавшего коня. Он не может подняться из-за тяжелой брони на нем, он жалобно просяще ржет и неотрывно смотрит на генерала, словно рвется в бой на помощь своему господину.

Хочу помочь коню, дрожащими руками пытаюсь расстегнуть сковывающий его доспех, и тут… у меня волосы на затылке зашевелились от ужаса. Позади себя услышала тихий, утробный рев. Это чудовище здесь было не одно. Генерал со своими людьми не успеют меня спасти, да им сейчас и не до меня. Я думала, что не боюсь смерти и даже желаю ее, но нет, сейчас я испугалась именно за свою жизнь.

Резко обернулась. Оно передо мной. Не спешит нападать и словно упивается моим страхом. Конь уже хрипит, но так яростно, и пытается дотянуться уже до меня и прикрыть своей головой. Я понимаю, что все, это конец. Мне нечего противопоставить этому монстру.

Поднимаю руки в защитном знаке, отворачиваюсь и закрываю глаза. Не хочу видеть перед своей смертью оскаленную пасть. Чудовище почему-то перестало рычать. Ничего не происходит. Медленно поворачиваю голову обратно и осторожно открываю один глаз.

Оно прямо надо мной. Склонило свою оскаленную морду и дышит зловонным трупным дыханием. В красных маленьких злых глазах словно раздумье и сомнение. Но вот оно широко открывает пасть и…

Ярко-алая вспышка, и голова монстра уносится далеко от тела. А на меня выливается целая река зловонной зеленной жижи, что у монстра была вместо крови.

— Ты в порядке, Эль? — спрашивает оказавшийся рядом Соул с пылающим алым мечом наперевес.

— Да, у меня все чудесно, — не без иронии отвечаю я.

— Шутишь — значит в порядке.

Соул протягивает мне руку, а когда моя ладонь оказывается в его, рывком поднимает меня на ноги. Поворачиваю голову, чтобы посмотреть, как там другой монстр поживает, но генерал не дал мне этого сделать, развернул к себе.

— Не смотри. Одному из солдат не удалось выжить. Зрелище даже для бывалых не самое приятное.

— Тот монстр мертв?

— Да. Ты знаешь, что это за существа?

Широко распахнув глаза, в удивлении смотрю на Соула.

— Нет, откуда бы. С чего вы вообще подумали, что я могу знать?

— Ты знаешь много мифов о необычных существах. Может, на твоей родине знают и об этих.

— Нет. Мне вообще кажется, что это порождения чьей-то злой магии.

К месту происшествия спешно подтягиваются остальные военные. Стало не до разговоров. Скомандовали привал. Кого-то отправили на проверку и зачистку близлежащего леса. Командование отправилось совещаться в шатер, правда, не сразу. Сначала Соулу потребовалось отмыться, ведь ему тоже перепало немало зеленой слизи. Естественно, мыться он пошел вместе со мной. В этот раз я прямо с готовностью, быстрее генерала стянула с себя липкую вонючую одежду и нырнула под душ.

Глава 23

Что за жизнь такая, а?

Соул тоже встал под душ и обнял сзади. Отвратительно. Все уже надоело, а деваться некуда. Как выяснилось после встречи с монстром, я все равно упорно цепляюсь за эту жизнь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

На срочно собранном военном совете неспокойно. Мужчины живо обсуждают случившееся.

— Монстры шли за караваном, — уверенно и мрачно говорит один из военных. Кто, не знаю, потому что не вижу. Сижу «в спальне», слышимость отличная, видимости нет.

Дальше идет бурное обсуждение, куда именно направлялись все-таки монстры, зачем, кто их послал, что делать и вообще сколько их сейчас. Кажется, военные в курсе, что такие монстры вообще есть, сообщения о них поступали ранее, и… этот поход изначально затеялся из-за них. Весело. Значит, не бунт подавлять идем, это спасательная операция.