Ищите женщину (СИ) - Козьякова Наталья Дмитриевна

— Не торопись, малый, — услышал я хрипловатый Леркин голос. — Пусть переварится то, что ты уже съел. Иначе плохо будет. Ты же не хочешь заболеть?

— Нет.

У мальчишки голос тоже хриплый. И не понять — то ли он от природы такой, то ли тоже простыл, как и Лерыч.

— Через пару часов еще раз поешь. А пока расскажи-ка мне вот что. Как вы с братиком сюда попали? Насколько я помню, гор поблизости нет.

— Я не знаю, хмуро буркнул пацан. — Мама отправила меня погулять с Микошем, пока она в доме приберет. Мы только и успели дойти до лужайки, когда что-то громыхнуло. И вместо нашего дома осталась яма. Я побежал туда, а Микош заплакал. Он в куст ежовки влез. Запутался. Пришлось вернуться. Пока выпутывал его, попал в черное пятно. Сознание потерял. Очнулся уже неподалеку отсюда. Микош в котенка обернулся с испуга. И теперь никак не может вернуться. Уже три месяца. Еще месяц — и останется арибасом навсегда. Маленький он потому что.

Лерыч потрепала его по взлохмаченной голове.

— Ладно, парень, не журися! Разберемся! Думаю, вам теперь надо с нами держаться. Это надежней, чем вдвоем по миру шляться.

Мальчишка согласно кивнул.

— Папа всегда говорил, что людям нельзя доверять, — задумчиво сказал он. — Говорил, что они часто обманывают. Только я почему-то думаю, что ты не обманываешь. Ты хорошая.

Что?! Мальчишка понял, кто Лерыч на самом деле?!

— Тебя как зовут, парень? — построжел голос моей подружки.

— Никош.

— Значит, так, Никош. Я — такой же парень. Понял? — с нажимом сказал Лерыч. — Ты все понял? Здесь и сейчас я — Лерыч. Мужчина в самом расцвете сил. Все остальное от лукавого. Ясно?

— От оборотней не скроешься, — печально сказал Никош. — Мы по запаху определяем все, что ты хочешь спрятать.

— Оборотней у нас ты и твой брат. Вот как только встретим других, тогда и озаботимся. Ты же сможешь их учуять?

Мальчишка кивнул.

— Еще один вопрос: Микошу не вредно в таком возрасте есть мясо? Может быть, ему молоко нужно?

— Не вредно, — помотал головой мальчишка. — И молока все равно взять негде. Мы в человеческой ипостаси едим все, как и люди.

Он помолчал немного, а потом спросил:

— Лерыч, а ты можешь сделать так, чтобы мы дома оказались? И чтобы мама была?

— Нет, малыш, мне такое не по силам. Я же не бог. Я всего лишь пришелец, которого зачем-то выдернули из самого обычного мира, в котором даже оборотней нет. Не говоря уже об эльфах и прочих гномах. Или кто еще тут водится. Трое нас. Видишь, в клеточке животинка сидит? Это моя подружка. Ее Лялей зовут. Ты не смотри, что она в таком странном виде. На самом деле она вполне обычный человек. Очень красивая девушка, если говорить точнее. А это мой друг Прошка.

— Почему Прошка? Это имя, да?

— М-м-м…. Не совсем. Скажем так — это имя для общего употребления. А так у него есть имя тайное.

— Ляля — тоже не ненастоящее имя?

Лерыч кивнула. Я только ухмылялся про себя, слушая ее болтовню. Мне бы ума не хватило так вывернуть обычное прозвище. Не проходит даром чтение разных исторических романов. Но пора бы и мне поинтересоваться: что надумали наши эльфы.

— Итак, уважаемые, — подсел я к отдувающимся после сытного завтрака — или уже обеда — эльфам. — На чем мы остановились? Гробим этот мир дальше, или все же займемся его восстановлением?

Три товарища уставились на меня. Рассматривали долго, пристально, едва ли не под микроскопом. Переглядывались, будто обмениваясь мыслями, и снова вперялись в меня. Потом старший из них, Елисей, решившись, заговорил:

— Мы не знаем, кто вы, люди из другого мира. Мы не знаем, каким образом вы оказались здесь в час Великой Смуты, но нас отправил к вам на помощь Великий Предок, Арониэдиэль. Он откликнулся на зов потомков, который звучал более пяти суток. И потому мы примем любое ваше решение.

Вот так. Одним махом сложили ответственность с себя. А мы, значит, должны присесть, подхватить, крякнуть, и возложить ответственность себе на шею. Никогда не любил эльфов. Это наша Лялька от них в бешеном восторге была, Лерыч только фыркала, читая о красавцах. А меня косоротило. И сильно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А у нас мир был красивым, — подал голос Никош. Лерыч разрешила ему еще немного поесть, и теперь он осторожно выбирал из рыбьей тушки мелкие косточки. Откладывая наиболее лакомые кусочки в сторону. Для брата, вероятно.

— Горная долина вся зеленая летом, и снежная зимой. На вершинах снег лежит. Или лед. Папа говорил, что он вечный.

Эльфы зафыркали.

— Наши Леса ничем не хуже! — гордо задрал нос Арион. Он отличался от друзей субтильным телосложением и золотистым оттенком волос.

— Давайте не будем мериться достоинствами мест проживания, — дипломатично сказала Лерыч. — У нас другая задача: нужно каким-то образом попасть в лагерь этого Темного Властелина. Добраться до него, и….

— Прибить! — воодушевился Вегий. Он уже не выглядел несвежим утопленником. Щечки порозовели, как у девицы красной. Глазки заблестели, травяной зеленью заиграли. Все же, эльфы слишком слащаво выглядят, даже вживую. Я уж не говорю о картинках, коими битком забит интернет.

— А справишься? — выгнула бровь Лерыч. — Я на себя такую ответственность брать не собираюсь. Не знаю, каким образом можно прибить существо, напрямую связанное с Миром. Нет, кое-какие наметки у нас имеются, конечно, но это слишком радикально. Чревато гибелью всей планеты, не только Вашего Темного.

Эльфы глубокомысленно уставились в пустые кружки.

— Может быть, нам просто куда-нибудь поехать? — осторожно предложил Елисей. — Авось, оно как-нибудь само рассосется, и нам не нужно будет напрягаться.

Глава одиннадцатая

Черному эльфу до гнилых пней надоело трястись в седле, и он уже подумывал о привале, когда Трендель, который так же расслабленно качался в седле на полкорпуса впереди, неожиданно подобрал поводья.

— Ты ничего не слышишь? — спросил, едва шевеля губами. Черный эльф прислушался. Совсем рядом кто-то ехал на конях. Причем, совершенно не таясь. Слышался топот копыт, звяканье упряжи, негромкие голоса.

— Отряд. Маленький совсем. Человек пять-шесть, не больше. С дороги….

И они проворно съехали с дороги, спрятавшись за чахлыми кустами, все еще не пришедших в себя после жуткой зимы.

Они внимательно смотрели, как из-за поворота выехал…. Даже не отряд. Так…. Три эльфа, да два человека. Впереди одного из них сидел мальчишка. Второй держал на руках котенка арибасов. В том, что это арибас, Черный эльф не сомневался. Приходилось встречаться. Интересно, где они его взяли? Тут же на тысячу миль ни одного горного отрога!

— Усохни моя душенька! Черный, это ж те самые! — прошипел ему на ухо Трендель. — Те, что в таверне! Мужик-то точно тот самый! Да и второй…. Нет, все-таки не баба. Пацан.

— А эльфов они откуда взяли? — почти не разжимая зубов, проворчал Черный. — В прошлый раз эльфов не было.

— А тебе есть разница? — хмыкнул Трендель, готовясь выскочить на дорогу с криком «БУ». А чего? Надо же попугать раззяв. Едут тут себе, как по собственному двору, и даже не оглядываются. А если враги?!

— Прошка, фас!

Трендель не успел даже и шагу сделать, как на него обрушился вихрь. Или камнепад. Или еще какая «радость», от которой становится мучительно больно. Во всем теле. Причем тело в это время остается стоять столбом, и только глаза двигаются. А рядом, смачно матерясь, застыл столбом лучший друг и командир.

— К-какие мальчики! — послышался восторженный писк, и Трендель, с трудом сфокусировав взгляд, увидел золотую клеточку в руках мальчишки с кошачьим личиком. А в клеточке странную зверушку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ляля, я все понимаю, конечно, — сполз со своей лошади второй пацан. — Эти брутальные самцы в твоем вкусе. Но ты про размеры вспомни!

— Лерыч, опять ты все портишь! — обиженно пропищала зверушка. — Я же чисто с эстетической точки зрения! А они кто?

— Еще б я знал, — буркнул пацан Лерыч. Странное у него имя. И котенок этот. Ведь точно арибас!