Демонесса для ректора (СИ) - Ершова Светлана

— Ке-ей… — проследив за моим взглядом, он заржал!

— Не бойся, ангел, я тебя им не трону, по крайней мере, пока! — отсмеявшись, успокоил меня, красную от стыда, этот живодер. Сев на кровать, он протянул ко мне руки. — Иди сюда, мне надо успокоиться, а с тобой это будет проще. — Немного посомневавшись, залезла к нему на колени, обнимая за шею. — Испугалась, маленькая? — спросил он, ласково гладя по голове.

— Пф, еще чего! Если только той штуки! — показала пальцем себе под попу.

— Эта штука тебе еще понравится, вот увидишь! — улыбнулся Кей в ответ.

— Она мне сделала больно! — ага, нажаловалась, и главное нашла кому!

— Больше не будет! Я за нее ручаюсь! — пообещали мне как-то подозрительно серьезно. Так и есть, поймав мой недоверчивый взгляд, он снова захохотал.

Встав, он уронил меня на кровать и, приняв свой обычный облик, пристроился сверху, накрывая губы поцелуем. Не успевшее уснуть желание встрепенулось с новой силой, но я не дремала! Уперлась ладонями в мужскую грудь, отстраняясь, и предъявила ультиматум!

— Сначала покажи штуку! Если она такая же, я тебя к себе не подпущу! — обхватив мои запястья пальцами и подняв их над головой, прижимая к матрасу, он прошептал мне в губы:

— Нет! — осторожно вошел, медленно заполняя до конца. — Боже, ангел, какая же ты тесная, — от нахлынувших ощущений в глазах потемнело, по венам разлился огонь желания, я со всхлипами прогибаясь извивалась, подаваясь навстречу его бедрам, ловя ровные, размеренные толчки. Мужчина не спешил, вглядываясь в мое лицо и наслаждаясь реакцией на его движения, почти выходя и снова заполняя до упора, он скользил во влажной глубине, сводя меня с ума своей неторопливостью. Еще не совсем осознавая зачем, но точно знала, что хочу быстрее. Он же сделал все по-своему, более правильно, так как надо, как должно быть. Волны, что подхватывали сознание, унося на вершину блаженства, накатывали неторопливо и из-за этого с каждым разом мощнее, сильнее, вознося буквально до небес, и казалось, что уже предел, еще лучше быть не может, но это только казалось, на самом же деле с каждым его толчком, с каждым ударом бедер я поднималась еще выше, выкрикивая его имя, зовя за собой, туда, где только блаженство, туда, где только мы вдвоем! Поднявшись на вершину и зависнув, балансируя на грани, впилась ногтями в широкие плечи, с рыком вонзившись в податливое лоно, Кей подтолкнул меня в пропасть и, крепко прижав к надежной груди, сорвался следом за мной.

— Адэлиночка, девочка моя, ты точно ангел, посланный мне небесами, я даже не знал, что это может быть так волшебно! — Кей шептал мне нежности, покрывая лицо поцелуями, а я, прильнув к нему, плавилась в сильных руках. Если он не знал, что уж говорить обо мне, было полное ощущение, что я словно феникс, сгорела и воскресла вновь. — Теперь ты моя! Я тебя уже никому не отдам!

— Ну-у, я на этом и не настаиваю! — улыбнулась ему в ответ. — Кей, я спать хочу, завтра вставать рано!

— А куда это ты каждый раз так рано встаешь? — посмотрел он на меня подозрительно.

— На занятия! У меня преподаватель — полный неадекват! И если я опоздаю, мне трындец! — сообщила я ему общеизвестный факт.

— Хочешь, я с ним поговорю, и он от тебя отстанет?

— Бесполезно! Ему никто не указ, творит все, что взбредет в голову, и похоже, получает от этого удовольствие! — я хитро покосилась на задумчиво нахмурившего брови куратора.

— Кто это у меня такой бесстрашный?

— Потом расскажу! — пообещала ему, поцеловав в губы и с наслаждением прижавшись к теплому боку, уснула.

Проснувшись, с облегчением обнаружила, что Кейгард спит. Осторожно встав, оделась и с тяжестью на сердце посмотрела на возлюбленного. Правду о себе я ему так и не сказала, побоявшись разрушить волшебство ночи. Приняв решение сегодня же вечером ему во всем признаться, запрыгнула на подоконник и выпорхнула в окно.

19

КЕЙГАРД

Проснувшись на рассвете и обнаружив, что в постели один, досадливо поморщился: опять сбежала, чертовка! Добегается у меня! Вот поймаю и накажу!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Улыбнувшись от посетившей мысли и воспоминаний о прошлой ночи, отправился собираться на пробежку. Эль уже ждал на полигоне и при моем появлении побежал наматывать круги, отчего-то сегодня очень вяло, я еле сдерживался, чтобы не пнуть по пяткам, дабы придать ускорение. Не выдержав, рыкнул на него:

— Почему ты едва тащишься, не выспался, что ли?! — парень дернулся и, бросив на меня искоса взгляд, мечтательно улыбнулся.

— Да, немного не до того было, — в моей груди разлилась злость от его ответа, а еще больше — от этой мечтательно-влюбленной улыбки.

— Ну, и где ты шлялся?! А главное, с кем?! — заорал я на него, лишь потом осознав, что веду себя как ревнивая жена! От этого психанул еще больше. — Впрочем, неважно! Встанешь сегодня в спарринг со мной, покажу тебе, что на занятия надо ходить выспавшимся и полным сил! — гаркнув это в удивленное лицо, открыл портал в свою комнату, даже не проконтролировав, закончит ли он пробежку.

На ходу раздеваясь, пошел в душ, встав под холодные струи воды, закрыл глаза и запрокинул голову, пытаясь успокоиться. Ну, и что это было? Кей, ты хоть понимаешь, что приревновал мальчишку? И это после восхитительной ночи с ангелом! Да хоть без нее! Приревновал парня! Твою мать! Почему сегодня меня начало к нему тянуть? Ведь раньше такого рода чувств он во мне не вызывал!

Соответственно, на занятиях я появился злой как черт! От души погоняв сопляков, размялся в бое на Катане с Курдом, как с единственным доступным сейчас достойным соперником, чтобы хоть немного успокоить нервы. Повернувшись после окончания боя к группе, наткнулся на взгляд Эля. В нем светились восхищение и сексуальное желание, предназначающиеся мне! От этого взгляда мышцы живота дернулись, и в штанах стало тесно, осознание того, что я почувствовал, затопило первобытной яростью, застилая глаза красной пеленой.

— В спарринг! — зарычал, указывая на него острием меча. Побледнев и посмотрев на меня как-то затравленно, он встал в стойку напротив. Я обрушился на него, совершенно проигнорировав тот факт, что его уровень подготовки едва дотягивает до среднего, и это для меня все равно что сражаться с ребенком. Крутясь, парень еле уходил от атак, его глаза панически распахнулись, когда понял, что не сможет отбить следующий удар, и вместо того, чтобы уйти от него, он просто развернулся, подставляя спину. Уже летящий в нее меч я не смог остановить, только притормозить, чтобы удар не стал смертельным. Лезвие Катаны, легко рассекая плоть, прошлось от лопатки к пояснице, окропляя тренировочную площадку кровью. С ужасом посмотрев на то, что натворил, откинув оружие, я бросился к нему.

— Эль, прости, я не хотел! — уже протянутые руки отдернул, как только наткнулся на взгляд повернувшегося ко мне парня. Полный боли и ненависти, сжигающей мое сердце, потому что глядя на, до боли знакомое выражение лица — сморщенный нос и подрагивающую от обиды нижнюю губу, понял, кто передо мной! Прозвучавшие следом слова вбивали гвозди в крышку моего гроба. Так как осознал, что потерял ее, своего ангела, свою девочку, свою истинную пару!

— Когда именно ты не хотел?! Сейчас?! Или в первый же день?! Может, когда раз за разом разбивал мне нос?! Ты только и можешь, что причинять мне боль! За что?! Скажи, Кейгарт Справедливый, за что расплачивался ни в чем не повинный парень?! Где твоя хваленая любовь к справедливости и честности?! Пошел ты к черту! Я ненавижу тебя! Никогда, слышишь, больше никогда не подходи ко мне! — выплюнув мне в лицо свою боль и обиду, она взлетела в небо. С отчаяньем глядя на белоснежные крылья, я с ужасом вспоминал, сколько наворотил дел, ослепленный своей злостью. Ни один демон не издевался над своей истинной так, как самый честный и справедливый из них, наказывая ее за собственную слабость. Что же я наделал?! Собственными руками убил любовь, о которой всю жизнь мечтал!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Открыв портал, шагнул в свой кабинет, прихватив с барного столика бутылку виски, тяжело опустился на диван, глотая обжигающий напиток прямо из горла. Перед глазами картинками мелькали воспоминания: невысокий лохматый парень с разрезанным Катаной плечом, он же, утирающий разбитый нос, еще раз, еще, много, очень много раз, ровный разрез, красной полосой рассекающий его спину, доверчиво прижимающийся ко мне ангел и ее слова: «У меня преподаватель — полный неадекват! Творит все, что взбредет в голову, и похоже, получает от этого удовольствие!»