Не скучайте, ваше величество! (СИ) - Лебедева Ива

Глава 20

Огонь в камине, как всегда, навевал мысли об уюте и отдыхе. Двое в креслах снова делили на двоих бутылку хорошего вина и беседу.

— Объясни мне, дорогой друг, — обманчиво ласково спросил Джейнс, по старой привычке прячась в тенях. — Какого демона происходит? Ты опять был в королевском склепе? Тебе не надоело за пять лет?

— Нет, — коротко ответил Раймон, глядя в бокал, и было непонятно, что он имел в виду: нет, не был, или нет, не надоело.

Как ни странно, Джейнс понял его правильно.

— Пока там под куполом нетления лежало тело принцессы, я хоть и беспокоился о твоих странных наклонностях, но слухи мог регулировать, дальше сказки о спящей принцессе и ее верном рыцаре дело не зашло. Что происходит сейчас? Только не говори мне, что до сих пор тоскуешь по «ушедшей любви», или как там принято это называть в слезливых балладах?

— Пф-ф-ф! — коротко отреагировал Раймон, но его губы на секунду сжались в твердую полоску. Потом он нехотя развернулся вместе с креслом и посмотрел на друга чуть насмешливо. — Ты сам в это веришь?

— Конечно, нет. Потому и спрашиваю — какого демона?

— Привычка, наверное, — пожал плечами полынный герцог. — Начал таскаться туда потому, что мне все казалось… тогда… а, ерунда. Что-то меня беспокоило во всей этой истории, понимаешь? Я искал отгадку. А потом привык. Тихо, спокойно, можно подумать и даже проговорить проблему вслух, и никто не будет перебивать, никто не прибежит с тысячей проблем и просьб. В собственном кабинете никакого покоя, а в склепе ни одна сволочь побеспокоить все же не решалась. А остальное — чушь.

— Да-да, я помню. Сам же и додумался до объяснения: остатки магии в теле бередили твой зов крови. Вот и любовался. И разговаривал.

— Она оказалась отличной собеседницей, между прочим, — фыркнул Раймон и налил обоим еще вина. — Ни разу не перебила. А еще… Я все время пытался соединить в голове два этих образа — принцессу и Юля. Сначала ничего не получалось, а потом… потом получилось. И знаешь, мне жаль. Жаль, что я не успел. Интересная была… девушка. Неординарная и…

— Да уж, а судя по тому, как она без колебаний врезала тебе коленом по яйцам, когда ты берега потерял, еще и весьма темпераментная, — поддразнил медовый герцог, забирая свой наполненный бокал.

— Ну да, — спокойно кивнул Раймон и пожал плечами.

— Все, я понял, понял, — выставил обе ладони в его сторону Джейнс и засмеялся. — Друг мой, ты просто придумал себе образ прекрасной дамы, недостижимой идеальной женщины, и влюбился в него. Какая прелесть. Королева на троне, шлюха в постели и непредсказуемая язва все остальное время, когда она не даст тебе заскучать. Которая еще и умеет не перебивать, когда ты с ней разговариваешь. Великолепно!

— Убожество, — поморщился было Раймон, а потом устало опустил руку, словно сдаваясь. — Ну да. Пожалуй. Идеальная женщина. Каждый хотел бы себе такую. Скажешь, ты не хотел бы?

Джейнс отпил вина и усмехнулся:

— Конечно, хотел бы. Но вынужден напомнить тебе народную притчу про праздничного гуся и амбар зерна. Помнишь? Съесть-то он съест, да кто ж ему даст?! Идеальных женщин не бывает, Рай. Разве что мертвые. Но это не тот вариант, который нам подходит.

— Согласен. — Раймон наклонился и подкинул пару поленьев в радостно затрещавший смолистыми искрами огонь. — Но это не значит, что не нужно искать… тем более что все так странно и непонятно с этой смертью и исчезновением тела. Оно истлело буквально за ночь, остался лишь тонкий слой пыли и заколка. И это ты, между прочим, не позволяешь мне снять купол и рассмотреть все как следует. Вот я и вынужден изучать на месте.

— А заодно отдыхать в тишине, да. И рассказывать пустому гробу свои проблемы и горести, представляя себе идеальную женщину. Я помню. Согласен, странно. Но не невозможно. Я нашел в хрониках упоминания о тех случаях, когда маг серебряной крови перед смертью выполнял какой-то сложный ритуал, использовал свою силу на грани выгорания. После смерти его тело еще какое-то время несло в себе отголоски. А вот когда они окончательно гасли, от трупа оставался лишь прах. Так что…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Какого ритуала, Джейнс? Почему остаточное излучение продержалось три года, а не как у древних королей — лет триста? Больше вопросов, чем ответов.

— Это верно. Ладно, сменим тему. Они наконец прибыли.

— Кто?

— Не «кто», а «что». Первые доносы из Картахелии. Хочешь почитать? Довольно забавно, надо признать.

— Мхм? — Раймон поморщился, как случалось каждый раз, когда при нем упоминали первых вассалов королевы. — Что забавного?

— Парни взялись за дело круто, но еще не успели нажить себе достаточно серьезных врагов. А те, кто решился написать донос, выбирают весьма своеобразный стиль.

— Не тяни коня за подробности, мерином станет. Ближе к делу.

— Ни один жалобщик так и не решился напрямую оскорблять наших северян. Ябедничают, но осторожно: даже в доносах пишут не «остановите воров и казнокрадов» или там «самодуров и властолюбцев». Нет, вежливо просят повлиять на героев Юнрена, на наши два солнца. Наверняка их ввели в заблуждение, проверьте, примите меры, защитите народных любимцев. Я думал, скончаюсь от смеха, когда это читал.

Раймон снова поморщился, а Джейнс продолжил:

— М-да. Кто бы мог подумать пять лет назад, что, отправляя эту компанию в самую захолустную и спокойную крепость севера, мы своими руками превращаем поварят в легенду?

— Да уж конечно. — Полынный герцог невольно потер солнечное сплетение и скривился. — Ранили там сопляка, а кровью блевал здесь я! Совершенно точно я не рассчитывал на такой результат!

Какое-то время герцоги молчали, пили вино и смотрели в огонь, то ли вспоминая, то ли обдумывая каждый что-то свое.

Потом Джейнс потянулся, расправляя затекшие мышцы, и глянул на друга. Оценил выражение лица. И все же сказал:

— Однако они справились. Кучка мальчишек и стариков в старой крепости, плюс какое-то смешное ополчение из крестьян и охотников. Удержали перевал и сорвали наступление Шраухбернов. Ты не можешь не признать: благодаря мозгам, решительности и магии близнецов.

— Да-да, это тоже помню. — Раймона заметно перекосило. — Солнце над перевалом зажгли эти гаденыши, а магическое истощение получил опять же я.

— У них не было другого выхода, ты же знаешь. Шраухберны разрушили пещеры под перевалом и выгнали на поверхность всю нежить, что копилась там веками. Эта мерзость просто снесла бы к демонам все наши гарнизоны, а заодно все окрестные селения и города, наши гости с севера прошли бы половину пути до столицы как по скошенному полю. Я до сих пор не знаю, как близнецам удалось зажечь солнце над перевалом и разом спалить всю дрянь на несколько лиг в обе стороны.

— А заодно получить неувядающую славу спасителей отечества и раскачанный до предела магический потенциал, с которым я теперь не знаю, что делать, — кисло кивнул Раймон. — Почти даром, можно сказать. Никаких десяти лет упорных тренировок, никаких…

— Вот про даром ты зря, — тихо перебил его Джейнс и глянул на друга остро и предупреждающе. Были вещи, с которыми он никогда не шутил.

Раймон встретил его взгляд и мгновенно заткнулся. Помрачнел.

— Да, теперь у мальчишек есть еще один повод меня ненавидеть. Зато в пограничье местные жители строят алтари новому богу — защитнику перевала. Надеюсь, господину Жую приятно от этого, где бы он сейчас ни был.

— Вполне возможно, — вздохнул Джейнс. — Из донесений видно, что даже бывалые ветераны были под впечатлением, когда откопали тело королевского повара из-под внушительной горы нашинкованных в капусту врагов. А ведь он просто прикрывал тропу, ведущую к скале, на которой его племянники зажигали свое солнце.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глава 21

— А лепешек больше нету, — шепотом сказала мне Майю, по привычке втягивая голову в плечи. — Съели все…