Елена Васильевна меняет профессию (СИ) - Ди Мельпомена

«Я сама убила себя. Не смогла жить без Василия Ивановича. Позаботьтесь о моих детях.

Великая Княгиня Елена Васильевна Глинская».

И подпись внизу с печатью единорога. Это что, завещание?

На сердце сразу отлегло. Меня не обвинят в убийстве, и то хлеб!

Следующая записка была лично для меня:

«Василиса, если ты читаешь это, прости меня. Я не хотела вредить твоему семейному счастью. Мне не нужен твой муж, твой титул и власть. Я хотела сделать этот мир лучше, но как оказалось, в этой реальности достаточно вселенцев и попаданцев. Справятся и без меня. Справитесь. Пожалуйста, позаботься о моей дочери. София не должна почувствовать отсутствие матери.

P.S. В пузырьке противоядие. Я не надеюсь, но выбор за тобой.

Не забудь избавиться от этой записки.

Елена».

Я с силой сжала пузырёк с коричневой жидкостью. Как поступить? Оставить всё как есть, и позволить Великой княгине покинуть это тело? Или спасти Елену Васильевну и жить с ней под одной крышей, делить мужчину, власть, детей? Зачем она предоставила мне выбор?! Зачем?!

— Государыня Императрица! — из-за дверей раздался голос служанки. — Великий княжич и Великая княжна пожаловали. Они могут войти?

— Нет! Никого не впускать! Унеси детей в детскую и не появляйся, пока не позову!

Снаружи раздался детский плач. Я посмотрела на Елену. Жизнь с каждой минутой утекала из неё, ещё несколько минут и выбора не останется.

Несколько часов спустя. Андрей Иванович.

Я вошёл в свои палаты и очень удивился. Елены Васильевны внутри не оказалось, хотя я приказал Великой княгине прийти ко мне этим вечером и остаться на ночь. Хотелось продолжить наше с ней увлекательное знакомство, желательно в горизонтальном положении.

— Где Елена Васильевна? — задал я вопрос слуге.

— После заседания Боярской думы Великая княгиня отправилась к государыне. С тех пор мы её не видели, — отчитался мужчина с поклоном.

Я недовольно поднялся из-за стола и направился в покои Агриппины. Что опять задумала эта ведьма?

Помню, как мы с ней познакомились. Это были дни, когда умер мой брат. Я не верил в то, что Василий умер своей смертью, хотя доктора и лекари утверждали обратное. Да, брату недолго оставалось, но он должен был меня дождаться! Должен был!

Василий рассказал мне в своём предсмертном послании о попаданцах и вселенцах, он просил позаботиться о его государстве. Также Великий князь приказал мне сначала отослать по монастырям, а после убить Агриппину и Елену вместе с их не рождёнными детьми сразу же, как я стану государем земель русских. Этот приказ стал для меня шоком. Я не знал причину, но не мог обнародовать это послание публично. Убивать женщин и детей в мои планы не входило. Когда я приехал в Москву, брат был уже мёртв. Кто виноват? Очевидно, это было дело рук Елены Глинской. Оставалось лишь найти доказательства. Зачем? Чтобы шантажировать Великую княгиню. Хотя я был готов и к тому, что если Елена Васильевна не уступит мне власть — обнародовать письмо брата. Но убивать племянника не хотелось.

Я решил расследовать это дело самостоятельно и подступился к вдовой Великой княгине через её боярыню Агриппину Фёдоровну Челяднину. Эта ушлая женщина и сама была не прочь завести со мной знакомство, так как было уже всем известно, что власть в ближайшие годы перейдёт в мои руки. Я изображал влюблённого простачка, втирался в доверие, но правду смог вызнать только месяц назад. Мы тайно встретились с Агриппиной, выпили вина.

Я думал, что контролирую ситуацию, мне так казалось, ведь боярыня напилась, и язык её развязался. Прямо ничего сказано не было, но между строк ярко прослеживалось то, что я так искал. Мой брат был убит, вне всяких сомнений. И, как я уже говорил, я думал, что контролирую ситуацию, но тело меня подвело. Проснулся я поутру следующего дня в объятьях боярыни Челядниной. А спустя месяц я узнал, что та понесла от меня ребёнка.

Я тогда уже был готов учинить переворот, бояре, поддерживающие меня в моём начинании, готовили своих дочек к скорой свадьбе. Но пришлось их разочаровать. Мой ребёнок должен быть рождён в законном браке! Так я решил. Бояре мне это ещё, разумеется, припомнят, но не суть дело. Пришлось обвенчаться с Агриппиной Фёдоровной, сделать боярыню своей женой, государыней императрицей. Хотя, если уж говорить честно, на эту роль Челяднина совсем не годилась. Вроде бабе четвёртый десяток пошёл, а ведёт себя, что девка малолетняя! В постели, конечно, хороша, да умом…

Елена Васильевна напротив была умна, а выглядела совсем юной. Когда я притащил вчера её в свои палаты с намерением вытащить правду, я совсем не планировал сделать ту своей наложницей. Я хотел выпытать признание в измене и казнить Великую княгиню собственными руками. Но настолько очаровательного создания мне ещё видеть не доводилось. Её стан, словно молодая берёзка в бескрайней степи, завораживал и пленил. Характер сильный и волевой не отталкивал, а наоборот разжигал во мне страсть. Я поддался слабости и решил сделать Великую княгиню своей наложницей. И телом предательницы насладиться и унизить убийцу брата одновременно. Я думал, что убью двух зайцев одним выстрелом.

Но всё пошло не по плану. Елена призналась во всём, а также рассказала мне о том, что Великого княжича Ивана родила Челяднина. Но мне тогда было не до этого. Тело желало обладать юной Великой княгиней. Всё моё естество желало этого. Я готов был взять Елену Васильевну силой, и я совсем не ожидал, что молодая женщина сама захочет стать моей. Это настолько меня опьянило, что я до сих пор не понял, зачем потащил наложницу на заседание Боярской думы. Мне словно бы хотелось доказать ей свои чувства, хотелось доказать окружающим, что я смог совладать с этой непокорной и сильной особой.

Челяднина припёрлась совсем не вовремя. Я был так зол, что даже чуть не прогнал свою жену прочь из Грановитой палаты, но бояре сделали всю работу за меня. Я даже слегка позлорадствовал, но поддержки своих чувств в глазах Елены не нашёл. Великая княгиня не была рада унижению своей конкурентки. Она была на вид холодна и бесстрастна, но в глазах была грусть. Я не понимал, какие отношения у неё с Агриппиной. Лезть в бабские разборки? Ищите дураков!

Этот вечер я хотел провести с наложницей, поэтому сейчас стремительно направлялся в палаты императрицы. От Челядниной можно ожидать чего угодно. Хватит ли у Елены сил отразить злобу Агриппины?

Я самолично открыл двери и вошёл в палаты своей жены. Агриппина тут же подскочила, словно её застали за неприличным занятием.

— Андрей Иванович! Здрав будь! — женщина низко поклонилась. Волосы её была убраны в изысканную причёску, платье аккуратно отглажено. Но сама государыня была бледна, глаза её были красны. Плакала? Хотя, кого это волнует?! Уж точно не меня!

— Где она?! — рявкнул я, что есть сил. — Что ты с ней сделала?! — я хотел показать Агриппине, кто в доме хозяин, хотел поставить на место эту ведьму. Я наслаждался её страхом.

— Не кричи, государь, — женщина приложила палец к губам. — Великая княгиня отдыхает…

Я направился в опочивальню и аккуратно открыл дверь. Елена и правда спала на кровати рядом с княжичем и княжной. Дети спали, с обеих сторон обхватив молодую женщину. Веки Великой княгини едва подрагивали, грудь ровно вздымалась. Спит. Всего лишь спит. Скандала не будет? И утех страстных?

Я аккуратно прикрыл створки дверей и недовольно посмотрел на жену. Хотелось куда-то выплеснуть свою злость и неудовлетворённость. Так почему не на Агриппину?!

— Я ждал Елену сегодня в своих покоях. Почему она здесь? — грозно рявкнул я, приближаясь к напуганной императрице.

Агриппина опустила глаза и в страхе сделала пару шагов назад.

— Андрей Иванович, Великая княгиня устала и нуждается в отдыхе.

— Елена Васильевна моя наложница! А ты моя жена! И ты должна была проследить, чтобы этим вечером Великая княгиня пришла в мои покои! Эта твоя обязанность! — я выплёскивал всю свою злобу на бывшую боярыню с особым удовольствием.