А единороги будут? - Ирина Владимировна Смирнова

— Что ж, я почти готов поверить, что вы здесь с позволения императрицы, раз она выделила вам кого–то из своих магов в сопровождающие, — о том, что мой муж тоже маг, король или не знал, или забыл. Или мысль о том, что муж сопровождает жену в увеселительное место для встреч скучающих аристократов, просто не могла прийти в королевскую голову. — Ваша мать тоже очень любит это место.

Ну, надо же, Сонола, значит, тоже тут отдыхает душой и телом! Хорошо, что я столкнулась не с ней… Или плохо? Король — фигура неизвестная, а Сонола — своя. Только она бы в мои сказки ни за что не поверила!

И тут ваза, которую я приметила и попыталась использовать, едва оказавшись в этой спальне, снова резко поднялась в воздух и понеслась прицельно в затылок королю. Но тот успел развернуться. Брызги стекла разлетелись по всей комнате. Кресло… взлетело и с грохотом упало. Покрывало… зависло в воздухе как перевернутый ковер–самолет. Края шевелятся, и центр ткани как будто дышит, пытаясь накинуться на короля.

Да, я как–то раньше не задумывалась, насколько мой муж сильный маг. Но по королю даже не скажешь, что он магичит, настолько расслабленно он выглядит. Дальше начался, вообще, дурдом, поэтому я просто присела и внимательно следила, как вокруг летают предметы, так и норовя стукнуть короля по голове. А он, мало того что остается неуязвимым, так еще и старается выследить источник опасности, продолжая сканировать комнату. Под шумок я тихонько перемещалась все ближе и ближе к двери и, наконец, выпрямившись, дернула задвижку и… дверь осталась закрытой.

— Вы держите меня за дурака, леди Алиса? — ехидно поинтересовался король. Махнув с силой рукой он, расставил все вещи по местам, плюхнулся в кресло, скрестив вытянутые ноги, и уставился на меня пристально–изучающим взглядом. — Отойдите от двери, и я запущу вашего охранника.

Ну, надо же, Бхинатара, оказывается, даже нет в комнате! Интересно тогда, как он умудрялся…

— Женщины–дроу умеют видеть происходящее глазами мужчин, когда им надо следить за боем. Благодаря нашей с вами связи, госпожа, у меня это тоже получилось, — прозвучали у меня в голове пояснения Тара. — Я сейчас выпущу вас. Отойдите от двери влево, госпожа и приготовьтесь выпрыгивать в окно. Только не смотрите на него!

Хорошо, что муж предупредил, а то первым инстинктивным желанием было именно посмотреть налево, в сторону плотно закрытого окна. Однако я сосредоточилась на короле, и, глядя ему в глаза, вдоль стеночки передвинулась влево на несколько шагов.

Дверь резко распахнулась. Причем, кто это сделал, король или Бхинатар, или оба, одновременно… я не поняла. Время как будто замедлилось, как в тюрьме у троллей. Вот в комнату врывается муж. Дверь за ним захлопывается. В это же время оконное стекло разлетается вдребезги от меткого попадания небольшой бронзовой чаши, стоящей на столе. Следом за чашей в окно вылетаю я и, уже падая вниз, спохватываюсь и плавно опускаю себя на землю.

— Бхинатар, ты как?! — Тишина… — Тар?! — Тишина.

Вываливаю мысленно почти весь свой богатый запас нецензурных слов, которым редко теперь пользуюсь. Вначале получается довольно эмоционально, но под конец мой разухабистый монолог звучит довольно жалобно и, я бы даже сказала, жалко.

При этом мне хватает ума не стоять, грозя кулаком разбитому окну, а извилистыми тропинками добежать до какой–то скамейки и, выдохнув, попытаться привести себя в порядок.

У меня под ногами, на изрисованной непонятными каракулями и значками земле валяется тонкий длинный прутик. Сдерживать слезы становится еще сложнее — это именно та скамейка, где мы совсем недавно целовались.

Сходили перекусить, называется. Потерпела бы голодная, ничего бы со мной не случилось! Нет, приспичило. А теперь… Весь дворец, наверное, поднят на уши. Мой портрет вложен в головы всем охранникам, и на каждом углу меня поджидают маги, чтобы схватить, связать и… неизвестно что с Таром, и это самое ужасное. Какой бесславный конец такого длинного путешествия!

Размазывая тушь и подводку, я прорыдала минут десять, а может, и дольше. Наверное, мне это действительно было нужно — выплакаться. Даже не от жалости к себе, а просто от усталости. Нервы вновь сдали, а никого, чтобы обнять, утешить и дать шоколадку, рядом не оказалось. И, может быть, больше никогда рядом не будет. Ни Тара, ни Рики. Вот король вернется на Яхолию, найдет Сонолу, отчитает ее за мои выходки, а та пожалуется Марими… И свекровь я тоже подставила… И…

Наверное, я просто устала волноваться за всех. Слишком много ответственности. Слишком много…

Утерев слезы и высморкавшись в вуаль, я обошла беседку и умылась в небольшом прудике. Посидела, задрав лицо к солнцу, чтобы глаза и нос стали выглядеть как обычно. Потом устроилась на скамейке поудобнее, стараясь не задремать в ожидании заката.

Несколько раз пыталась связаться с Бхинатаром, но безрезультатно. Однако рыдать себе больше не позволяла — хватит, хорошего понемножку. Я тут, вообще–то, на задании, и то, что явка провалена, кругом одни враги, а напарник взят в плен, не повод сдаваться без боя.

Наконец, решив, что время Х пришло, я мысленно нарисовала себе на щеках маскировочные полосы и представила, что одета в форму десантника. Поправила висящий через плечо несуществующий автомат и направилась в сторону дворца, все больше и больше сливаясь с тенью.

Виляя по коридорам и сверяясь с планом у меня в голове, я довольно легко вышла к сокровищнице. Странно, но ощущения, что во дворце за кем–то охотятся, не было, все спокойно, тихо, мирно. Охрана стоит по стойке смирно и ждет полуночи, до которой остается три… две… одна минута. Ура!

Солдаты строевым шагом промаршировали от двери влево, я же, наоборот, шмыгнула к двери… и уперлась в магическую защиту. Да, я рассчитывала, что с ней мне поможет Бхинатар, но…

Так, выдыхаем, успокаиваемся. Время идет, часики тикают, а мне надо успеть войти, найти и выйти!

Уровень магии у того, кто все это тут ставил ниже, чем у короля, раз я эту защиту вижу. Значит, я смогу ее снять, надо только вот тут аккуратненько… вот здесь легонечко… вот тут немножечко ослабить… и все. Вытираем вспотевшие ладони о платье и пот со лба — покрывалом. Так, теперь вперед, в сокровищницу. Хотя уже слышен топот марширующих сменщиков, но выбора нет — мне надо внутрь. Как вылезать, решу, когда найду лампу.

Через полчаса я прокляла все! И джинов, и королей, и жабскую накопительскую сущность владельца дворца.

«Ты сразу ее почувствуешь», передразнила я мысленно