Короли анархии - Кэролайн Пекхам

начал задаваться вопросом, что это будет значить для всех нас, когда он наконец посмотрит в лицо своим чувствам к нашей девушке.

— Кто бы там ни был, он давно ушел, — прорычал он. — Но Киан все равно все еще охотится.

— Это значит, что мы ошиблись, — указал я. — Тоби не мог быть преследователем. Он весь вечер был заперт в чулане уборщика.

— Я прекрасно осведомлен об этом, — сказал Сэйнт отрывистым тоном. — Киан собирается проверить, что он все еще там, и тогда нам нужно будет пересмотреть… все.

Ранее днем мы гонялись за Тоби по всему кампусу, забрасывая его сосновыми шишками, прежде чем запереть его там. А поскольку в комнате не было окон и ключ был только у нас, было совершенно очевидно, что это не мог быть он, если только он не сбежал. Кроме того, я был совершенно уверен, что фигура, которую я видел среди деревьев, и близко не была такой крупной, как Тоби.

Черт, если бы он не был виновной стороной, тогда мы действительно напрасно превратили его жизнь в ад. Мысль об этом мне не понравилась, и я сделал мысленную пометку придумать какой-нибудь способ загладить свою вину перед чуваком, прежде чем снова переключить свое внимание на нашу девушку. Прямо сейчас Татум была нашим приоритетом, улаживание отношений с Тоби могло подождать.

Сэйнт вернул мне записку и прошел мимо меня, наполнив ванну пузырьками и солью, которые достал из шкафчика.

— Она едва может оставаться в сознании, — прорычал Монро из душа, где все еще пытался смыть бензин с тела Татум. — Когда я поймаю того, кто, черт возьми, сделал это с ней, я убью его, нахуй.

— Теперь, когда я здесь, со мной все будет в порядке, — сказала Татум, но ее слова были невнятными, и я на это не купился. Я предположил, что наркотик украл у нее страх, что было уже кое-чем, или, может быть, просто она действительно чувствовала себя в безопасности здесь, среди нас. Это кое-что уже да значило.

— Я разорву их на части, кусочек за кусочком, пока они не начнут молить о пощаде, и я сделаю так, чтобы это длилось так долго, как я смогу, прежде чем покончу с ними, — прошипел Сэйнт, долго глядя на нее, пока она прислонялась к Монро. — Я схожу за уксусом, чтобы избавиться от этой вони.

Он повернулся и вышел из комнаты, а я нахмурился, прислонившись спиной к раковине, мой взгляд был прикован к Татум, в то время как Монро покрывал поцелуями ее волосы и крепко обнимал. Казалось, она почти без сознания, и ужасающие мысли о том, что могло бы с ней случиться, если бы я не нашел ее, поглощали меня.

Никто из нас не стал расспрашивать Сэйнта, когда он вернулся в комнату с бутылкой белого уксуса и широко распахнул дверь душа, прежде чем втереть его в кожу Татум. Если он говорит, что это избавит от запаха бензина, то я ему верил. Сэйнт знал о подобном дерьме гораздо больше, чем кто-либо из тех, кого я когда-либо встречал, и я был уверен, что она хотела бы сделать все возможное, чтобы избавиться от этого запаха.

Когда он закончил, он выключил душ, затем забрал ее из рук Монро, не дав ему возразить, и отнес в ванну.

Я поднял бровь, когда Сэйнт забрался в нее полностью одетый, держа Татум на руках, и начал мыть ее средством для мытья тела с ароматом меда и ванили, которое ей нравилось, как будто это была самая обычная вещь в мире

— Тебе следует раздеться, — пробормотала Татум, теребя его рубашку и расстегивая несколько пуговиц, прежде чем ее рука снова замерла, как будто даже это было ей трудно сделать.

— Прекрати пытаться раздеть меня и позволь мне позаботиться о тебе, — проворчал Сэйнт, но озабоченное выражение на его лице выдавало его беспокойство, несмотря на язвительный тон.

Улыбка тронула губы Татум, и она сделала, как он приказал, вздохнув, когда он осторожно провел губкой по ее телу, и она позволила своим глазам снова закрыться, прислонившись к его груди.

Я провел рукой по лицу и направился обратно в свою комнату, быстро вытираясь и натягивая чистые спортивные штаны, прежде чем достать и для Монро, чтобы он тоже переоделся. Он молча взял их, когда я вернулся в ванную, меняя влажную одежду, которая была на нем, и наблюдая, как Сэйнт моет Татум голову.

— За это должны полететь головы, — прорычал я, когда Татум пробормотала что-то, чего я не расслышал.

— Очевидно. Но сейчас просто принеси ей что-нибудь теплое, — скомандовал Сэйнт, и я вздохнул, прежде чем вернуться в свою комнату.

Я схватил одну из своих самых больших толстовок, прежде чем пробежать через здание и подняться по лестнице к шкафу Сэйнта, где хранилась одежда Татум. Я выбрал для нее мягкую пижаму и захватил Сэйнту спортивные штаны, а затем поспешил обратно в ванную.

Сэйнт уже достал ее из ванной, когда я вернулся, и она была завернута в полотенце, когда сидела на туалетном столике перед ним, выглядя так, словно ей было трудно держаться прямо. Он молча взял одежду, которую я принес для нее, прежде чем аккуратно облачить ее в нее, в то время как Монро наблюдал за этим, сильно нахмурившись.

Когда Сэйнт закончил приводить ее в порядок, он наклонился вперед и поцеловал ее в лоб, прежде чем жестом приказать мне вывести ее из комнаты.

— Я в порядке, — слабо запротестовала Татум, глядя на меня своими большими голубыми глазами и сонно моргая, когда я снова прижал ее к себе.

— Я держу тебя, Татум, — поклялся я, и ее взгляд смягчился от моих слов, когда я вынес ее, чтобы усадить на диван перед камином.

— Ну, если ты настаиваешь, — пробормотала она, как будто всерьез думала, что сможет ходить сама, если захочет. И я не сомневался, что она была достаточно упряма, чтобы попытаться, если я начну подначивать ее, поэтому вместо этого я просто улыбнулся ей.

— Я твой Прекрасный принц, помнишь? Я почти уверен, что спасение девицы в беде — это один из пунктов моей работы, так что будь хорошей девочкой и позволь мне делать свое дело.

Она тихо рассмеялась, но звук был слабым по сравнению с ее обычным смехом, и это заставило мой живот сжаться от беспокойства. Если бы я не услышал ее крик, если бы я не плыл так быстро, как только мог, если бы мне не удалось увернуться от этих стрел… Я тряхнул головой,