Юлия Колесникова - Свора - Зов крови

— А ты поддался фантазиям! Лучше я бы превратил Вунворта вместо тебя — было бы больше пользы!

— Еще есть время, — огрызнулся Изегрим, и теперь он вовсе не был похож на того оборотня, что запугивал меня в Лутоне — а лишь жалкое его подобие. Маленький, поджавший хвост, звереныш. Волчица поджала губы, заметив это.

Аргументы старого волка пристыдили его перед всеми. Он видел, что Волчица смотрит на него все более разочаровано и грозно.

— О нет, я не буду ему портить подобным образом жизнь. К тому же он, скорее всего, примкнет к семье этих вампиров — один из них его старинный друг.

— О чем он говорит Аерас? Как девчонка может стать нашим ключом к власти? — в разговор включилась Волчица. Темные глаза на властном лице смотрели на Аераса испытующе. Я не сразу поняла, что она сама пока что не очень уверена в том, насколько ее власть распространяется на этого старого волка.

— Подозреваю, он надеется, что девочка будет для нас подобием шпиона, но обращать ее в волка нужно по иному, чтобы не навредить таланту. Только и тогда не факт, что она будет с нами, или же станет нам помогать, — Аерас нехотя обратил свои глаза к Волчице, но при этом его взгляд смягчился. Ей не стоило его бояться, потому что он явно не испытывал к ней раболепия, зато очень уважал и любил.

— Очень интересно, — она задумчиво смотрела на своих соплеменников, но на лице не отображалось ни чувств ни мыслей. Сплошная маска отчуждения, которому так внимали все вокруг. — Нам нужно узнать об этой семье больше, прежде чем я соглашусь с планом Изегрима. Впрочем, вампиры уже готовы объявить войну, или точнее говоря, они сделали запрос на ликвидацию Своры.

По лицам собравшихся немногочисленных волков прошелся испуг, словно ветер пробежал между ними.

— Твоя глупость уже стоила нам новых членов группы, Изегрим. Это не пройдет тебе даром. Теперь нам нужно будет держаться в тени, только ты и здесь насолил — признался девчонке, что владеешь баром. Напыщенный глупец.

Изегрим медленно бледнел, и его не интересовало, что вокруг сидят волки, он понимал, что Волчица должна наказать его очень строго, чтобы другим не было повадно. Лично у меня были идеи на счет сожжения на костре, линчевания, прожженния серебряным прутом, но я не могла поделиться с ней этими мыслями. Какая жалость!

— Я в любом случае против того, чтобы трогать девушку — слишком опасно. Не будь столь доверчива к тому, что говорит или выдумывает Изегрим. — Аерас заставил Волчицу обратить свое лицо к нему. Изегрим при этом попробовал вздохнуть с облегчением, но окончание слов старого волка заставили его гневно сверкнуть глазами.

— И что ты предлагаешь — уехать с нашей территории!? Это значит посягнуть на чью-то чужую, а в итоге тоже война. Все не так просто.

— Ты знаешь вампиров, когда они объединяются в семьи — это слишком опасно. А теперь им будет что защищать, девушка приемный ребенок одной пары, а также с недавнего времени пара другого. Двое из семьи были когда-то истребителями оборотней, думай, стоит ли ввязываться. Даже не знаю, что мы будем делать, если Человечные пришлют им помощь.

— Я и так обо всем думаю, потому и хочу разузнать о них все. Не думаешь ли ты, Аерас, что я столь глупа, как и моя вторая половина!?

Изегрим злобно посмотрел на Волчицу из-под бровей, но этого взгляда не заметил никто кроме меня.

Разговор должен был продолжаться, но резкий противный звонок прекратил мой сон, и я выскользнула из него нехотя. Подняв заспанное лицо, я почувствовала, как больно врезался замок с портфеля в щеку, наверняка оставив следы зубцов молнии. Потерев щеку, я сделала вид, что не замечаю, как на меня смотрят две девчонки, собирающие свои вещи с парты, и при этом хихикают. Это было ну совсем не заметно! Глупые девчонки!

У выхода из класса меня поджидала Бет, она хмуро смотрела в упор на наших одноклассниц, выходящих следом за мной. Те тут же смолкли под этим тяжелым пронзающим взглядом и поторопились смыться. Бет почти шагнула за ними, но я лишь схватила ее за руку, не давая пойти следом. На ее лице читалась кровожадность.

— Не стоит. Это всего лишь зависть.

— Вот дать бы им пинка под зад, — представляя в своей голове живописную картинку, мечтательно прокомментировала Бет их уход, — Имея такие способности как у тебя, я бы их заставила думать, что они жирные свиньи.

Я тоже посмотрела на удаляющиеся спины, так же живо представляя себе, что смогу это сделать, но уже не с таким удовольствием, как раньше — разговор с Калебом, заставил меня пересмотреть использование своего дара.

— Не важно, — тяжело вздохнула я, прекрасно понимая, что имела в виду Бет. — Поехали, отвезу тебя домой, наказание закончилось, а я очень хочу посмотреть одну программу по телевизору.

— И как эта программа называется — Калеб, как я давно тебя не видела!? — рассмеялась Бет, делая вид, что страстно обнимает сама себя.

— Можно подумать ты не хочешь видеть Теренса?! — я оттолкнула Бет, не смотря на то, что она очень смешно передавала подобие страсти — да уж подруга была еще той актрисой. — К тому же Калеб будет ждать твоего милого после тренировки, так что это как минимум два часа.

— Знала бы ты, как я боюсь что однажды, они нападут на Теренса, — Бет заставила меня остановиться и посмотреть на нее. Я боялась такого разговора, мне было трудно смотреть в испуганные глаза, особенно после того, что я видела во сне.

— Я знаю. Но с ним всегда Калеб и Терцо, и пока они рядом Теренсу ничего не грозит.

— Ты уверена? — глаза Бет стали просительными, словно я могла, что-либо изменить.

— Уверена, — сказала я твердо, но про себя подумала, что если Свора захочет добраться до нас, то начнет не с Теренса, а с нее — защита Бет от моего влияния была минимальной. Изегрим мог спокойно повлиять на нее, как передал молодым волкам желание насчет меня.

С облегчением Бет позволила увлечь себя на улицу. Мы обнаружили, что вновь пошел снег, но мокрый, и оттого таял почти тотчас, соприкасаясь с землей. Ветки деревьев немного задерживали его на себе, как и крыша школы. Я тут же плотнее замоталась, а оказавшись в машине, поспешила включить печку.

— Тебе холодно? — удивилась Бет. Ее нос даже не порозовел, не то, что у меня — ощущение было таким, словно он собирается вскоре отпасть.

— Знаешь ли, у меня нет волчьей шубы, — я не хотела язвить, но тон вышел как раз таким.

Бет не обиделась, почти самодовольно усмехнувшись моим словам. Ее новая шуба видимо вполне устраивала. Стряхнув снег с волос, причем на меня, она потянулась к радио включить музыку. Полилась знакомая песня конца восьмидесятых. Это добавило хоть какое-то подобие уюта к моим стучащим зубам.