Скандальная блогерша для драконьего лорда - Лина Дорель
Его пальцы, которые до этого спокойно лежали на коленях, слегка дернулись.
«Попала», — торжествующе отметила я про себя, чувствуя, как адреналин разливается по венам сладкой волной предвкушения.
Он наконец повернулся ко мне, и я увидела в его серых глазах смесь растерянности и какого-то напряженного внимания, будто он пытался разгадать сложную загадку и понять, куда я клоню.
— Что ты делаешь? — спросил он прямо.
Прямолинейность. Не ожидала. Обычно мужчины играли в эти игры гораздо охотнее, делая вид, что не понимают намеков, хотя прекрасно все понимали. Но Элиан был другим. Он не притворялся, он словно и правда пытался понять логику моих действий, разложить их по полочкам в своем идеально упорядоченном сознании.
Я улыбнулась медленно, чуть хищно, но в то же время достаточно мягко, чтобы не выглядеть агрессивной.
— Разговариваю с тобой, — ответила я невинно. — Разве это запрещено одним из твоих ста двадцати семи правил?
— Нет, но... — он замолчал, и я видела, как в его голове происходит сложная работа, как он пытается сформулировать мысль. — Ты ведешь себя странно.
— Странно? — я наклонила голову набок, изображая удивление. — Я просто сижу рядом с тобой и разговариваю. Что в этом странного?
— Ты слишком близко, — выдал он наконец, и в его голосе прорезалась нотка паники. — Ты нарушаешь личное пространство.
Бинго.
Я не отстранилась. Наоборот, я положила руку на спинку скамьи между нами не касаясь его, но достаточно близко, чтобы он это почувствовал.
— Личное пространство... — повторила я задумчиво. — А какое именно расстояние считается допустимым, дракоша? Метр? Полметра? Или, может быть, тридцать сантиметров?
С каждым словом я наклонялась чуть ближе, наблюдая, как расширяются его зрачки, как учащается дыхание, как пальцы нервно сжимаются в кулаки.
— Я не кусаюсь. Ну, почти не кусаюсь.
Последняя фраза вырвалась сама собой. Он тут же резко поднялся со скамьи, практически отпрыгивая в сторону, и я едва удержалась от торжествующего смеха, потому что его лицо выражало смесь ужаса, растерянности и какого-то отчаянного непонимания того, что здесь вообще происходит.
— Мне нужно... мне нужно идти, — пробормотал он. — У меня... дела. Важные дела. Очень важные.
— Какие именно? — поинтересовалась я невинно, поднимаясь со скамьи и делая шаг в его направлению, наслаждаясь тем, как он делает ответный шаг назад. — Может, мне помочь?
— Нет! — выпалил он слишком громко, слишком резко. — То есть... нет, спасибо. Я справлюсь сам. Мне не нужна помощь.
Он развернулся и практически побежал к двери, а я стояла посреди дворика, наблюдая за его бегством с улыбкой Чеширского кота, потому что это было именно оно — бегство, паническое и совершенно очевидное.
Я подняла зеркало, развернув его к себе.
— Видели? — спросила я у аудитории заговорщически. — Могущественный лорд-дракон только что сбежал от обычной девушки. Как вам такой поворот?
Глава 17
— Завершаю трансляцию на сегодня, — объявила я, махнув рукой в камеру. — Но обещаю, продолжение будет еще интереснее. Оставайтесь на связи, дорогие мои зрители.
И коснулась руны деактивации.
Тишина дворика окутала меня, и я позволила себе расслабиться, опускаясь обратно на скамью.
Идеальная сцена. Идеальный контент. Жаль только, что он сбежал именно в этот момент — еще минута, и я бы довела его до точки кипения, и это было бы просто великолепно.
Но в глубине души я понимала, что именно эта недосказанность, это прерванное напряжение и делало ситуацию по-настоящему интригующей. Зрители будут ждать продолжения, гадать, что случится дальше, обсуждать каждый мой жест и каждое его слово, а это именно то, что мне было нужно.
Я поднялась и медленно пошла обратно в замок, все еще улыбаясь, все еще чувствуя приятное послевкусие победы.
* * *
Следующие две недели превратились в какой-то сюрреалистический калейдоскоп событий, где моя новая жизнь в замке начала обрастать рутиной — странной, непривычной, но в то же время удивительно комфортной рутиной.
Утро обычно начиналось с того, что я просыпалась от солнечного света, льющегося через огромные окна моей спальни — я так и не удосужилась повесить шторы, потому что, если честно, вид на горы был слишком прекрасным, чтобы его загораживать. Первые несколько дней я просыпалась с мыслью «где я?», но потом это прошло, и я стала принимать эту реальность как данность. Да, я живу в замке дракона, да, здесь есть магия, да, это все реально и происходит со мной.
Марта приносила завтрак прямо в комнату — она настаивала на этом, несмотря на мои протесты, потому что, как она говорила, «молодой девушке неприлично шастать по замку в ночной рубашке», а одеваться ради того, чтобы спуститься на кухню, слишком хлопотно. Я не спорила. Честно говоря, завтраки в постели — это было чертовски приятно, особенно когда эти завтраки состояли из свежеиспеченного хлеба, который Марта пекла каждое утро (и запах этого хлеба распространялся по всему замку, проникая даже в мое западное крыло), домашнего сливочного масла, меда из местных ульев и какого-то темного эльфийского отвара, который бодрил лучше любого кофе.
После завтрака я обычно начинала свой обход замка — это стало своеобразным ритуалом, потому что замок был огромным, и каждый день я открывала для себя что-то новое. То обнаруживала библиотеку в южной башне, где на полках стояли книги на языках, которых я не понимала, но иллюстрации в которых были настолько прекрасными, что я могла часами сидеть, просто разглядывая их. То находила небольшую комнату с роялем — настоящим роялем из черного дерева, который стоял посреди круглого зала с куполообразным потолком, и когда я осторожно коснулась клавиш, звук разнесся по всему помещению с какой-то невероятной, почти магической акустикой.
— Это была музыкальная комната его невесты, — тихо сказала Иви, когда я спросила ее об этом позже. Мы сидели на кухне, и она шила мне очередной комплект белья, потому что оказалось, что местные панталоны — это какое-то издевательство над женской анатомией: длинные, до колен, с оборками и завязками, напоминающие что-то среднее между пижамными штанами и викторианским нижним бельем.
— Невесты? — переспросила я.
Иви кивнула, не поднимая глаз от шитья. Ее пальцы проворно двигались, протягивая иглу через тонкую ткань — она делала мне что-то кружевное и розовое, потому что я показала ей свое черное белье, и она пришла в восторг от «такой изящной работы», хотя это было обычное белье в нашем мире.
— Давно это было. Лет сто пятьдесят назад, может, больше. Марта знает историю лучше, она тогда здесь еще не работала,
