Любимая ведьма инквизитора - Соня Марей
Усиленная Хаосом магия земли сорвалась с цепи – побеги, уже едва удерживающие тварь, стали раздуваться и обрастать шипами, как и в схватке с ведьмой. Только на этот раз они напоминали длинные треугольные лезвия, которые скользили по бронированному телу, выискивая слабые места в сочленении пластин. Монстр задергался с бешеной силой в клубке из лиан, послышался хруст и писк, а потом все вокруг охватило пламя.
Вспыхнуло чудовище, запылала трава, огненная змея скользнула в мою сторону и захватила в кольцо-ловушку. Я не успела ничего сделать, и теперь судорожно думала о том, что сгорю прежде, чем вызову ливень. Жар мазнул по телу горячим языком, на коже выступила испарина.
Это Эйван! Он догнал меня и теперь не пощадит.
– Ведьма! Попалась! – раздались голоса из-за спины.
Обернувшись, я увидела двоих в черных балахонах. Обнажив клинки, они мчались в мою сторону. Ох, лучше бы это был Эйван. Он меня хотя бы знает, можно было попробовать договориться.
Крики «ведьма» звенели в ушах, ноздри забивал запах гари. Я отчаянно вскинула руки, заставляя силу Хаоса струиться по телу. Моя просьба была обращена к небу, к облакам и тучам, я просила, приказывала дождю прийти как можно скорее.
– Она творит черное колдовство! – заорал один из инквизиторов. – Скорее, убей ее!
– Ее надо допросить!
– Так сам и допроси!
– Нет уж, иди ты!
Пока они переругивались, стена из огня взметнулась выше, искры полетели на платье, все перед глазами заволокло черным дымом. Когда я закашлялась, пламя отчего-то начало стихать и втягиваться в землю. Спустя несколько мгновений вокруг осталось только черное кольцо сгоревшей травы, а я в полнейшем замешательстве уронила руки вдоль тела.
Что это? Неужели я смогла?..
– Спокойно, братья.
Знакомый голос заставил сердце сбиться с ритма. Я рывком обернулась, чтобы встретиться взглядом с Эйваном. Он ехал вперед на Сапфире, сжимая поводья одной рукой. Лицо его было мрачным, зловещим, не обещающим ничего хорошего.
– Это моя ведьма, – произнес жестко и спешился. – Если она и сгорит, то только от моего пламени.
– Магистр Эйван? – удивился тощий и длинный, как палка, инквизитор. Балахон висел на нем, как одежда на огородном пугале.
– Тогда почему она бродит здесь одна? Она сбежала? – поинтересовался его спутник. Здоровый, не уступающий в росте Эйвану. Балахон едва не лопался на нем.
Эйван замер рядом с ними и метнул в мою сторону острый взгляд. Да как он вообще здесь оказался? Неужели все это время преследовал меня?
– Я веду ее в Оплот. Пока отвлекся на монстров, ведьма улизнула. Но на ней моя магия, так что далеко уйти шансов не было.
Что? Какой еще Оплот?! И магия… Вот дура наивная! Я сложила руки перед грудью в защитном жесте и перевела взгляд с Эйвана на пару инквизиторов и обратно. Встреча с чудовищем, инквизиторы с их огнем, пережитый страх – все это опустошило и лишило сил. А тут еще и он… Ловко же меня обманул! А я, дурочка, поверила, что сбежать удалось легко и просто.
– Мы можем сопроводить вас, – быстро предложил тощий. – Она же совсем дикая.
– Я слишком тороплюсь, а у вас много дел. В лесу еще остались твари Хаоса, троих я убил по дороге. Полагаюсь на вас, – безапелляционно заявил Эйван.
– Их призвала эта ведьма! – едва ли не завизжал противный инквизитор, тыча в меня пальцем. – Мы вовремя ее остановили!
– Это вряд ли. Она слишком слаба для этого. К тому же, все время была у меня под присмотром.
– Да на нее только посмотрите, магистр! От этих тварей одно зло!
– Неправда! – я шагнула вперед, тело слегка потряхивало, но от такой наглой лжи силы стали возвращаться. – Я почти убила монстра, а вы мне помешали.
– Закрой рот, исчадье! – рявкнул здоровяк, а потом обратился к Эйвану: – Вы с ней там построже. Допросите как следует, – размял пальцы, показывая, как это стоит сделать, и ухмыльнулся. Меня передернуло от омерзения.
– Сам разберусь. А ты, – обратился ко мне и поманил пальцем. Взгляд не сулил ничего хорошего. – Иди сюда.
Несколько мгновений я не двигалась с места. Потом решила, что его общество все-таки лучше, чем компания тех двоих. Эйван вытянул руку и, едва я приблизилась, сомкнул пальцы на локте и потянул к Сапфиру. Закинул в седло, как мешок с зерном и уселся позади, крепко перехватив под грудью и прижав к себе.
– Удачи, магистр! Пусть хранит вас Порядок.
– Будьте осторожны с ведьмой!
Инквизитор что-то процедил сквозь зубы, и Сапфир, гордо тряхнув гривой, пошел быстрым шагом. Мимо мелькали деревья, сливаясь в зеленый поток, но желания любоваться природой не было. Я пыталась осмыслить все, что произошло, уложить в голове слова Эйвана. Он продолжал прижимать меня свободной рукой, словно я была какой-то добычей.
Было горько из-за своей глупости, из-за того, что позволила себе думать о нем лучше, чем он есть на самом деле. Ах да, он ведь магистр. Возможно, в его подчинении десятки инквизиторов, он командует одной из крепостей. Странно, молодой еще.
– Значит, все-таки Оплот, – сказала я потухшим голосом.
– Нет.
Мы как раз выехали к берегу реки, и Сапфир замедлил шаг.
– Стой. Остановись.
Но никто меня не послушал: ни Эйван, ни Сапфир. Тогда я перекинула ногу и соскользнула вниз. Конь вовремя замер на месте, чтобы я не упала.
– Что такое? – раздраженно спросил инквизитор и спустился следом.
Сложив на груди руки, уставился на меня, склонив голову на бок.
Я не знала, с чего начать. Если прежде была тупая опустошенность, то теперь ее место занял медленно нарастающий гнев.
– Что все это значит? – спросила, сердито откинув за спину волосы. – То ты говоришь, что отвезешь в Оплот, где меня запытают до смерти, то вдруг нет. Ты уж определись. Страшная правда лучше неведения.
– И это вместо: «Спасибо за спасение, господин Эйван»?
– Ах, да. Спасение, – я начала все больше распаляться, пальцы сжались в кулаки. – А как ты меня нашел, магистр? Преследовал все это время? Ты поставил на меня магическую петлю! Понял ведь, что добровольно я не пойду на службу королю, что не выдам расположение клана, поэтому решил поступить подло!
– Я говорил тебе не строить иллюзий, ведьма.
– Мерзавец, а я ведь думала о тебе почти хорошо. «Это моя ведьма. Если она и сгорит, то только от моего пламени», – передразнила с чувством. – Как я тебя ненавижу!
Разочарование и обида сдавили горло так, что в глазах потемнело. Пока я говорила, кончики пальцев начало покалывать, Эйван бросил взгляд на мои кисти, и его глаза удивленно распахнулись. Только
