Галина Алексеева - Любовь и ненависть Готики

   ***

   - Вообщем так! Тебе нужно найти самого старшего сына.

   Я подняла голову с кровати. В данный момент мое тело располагалась на огромной кровати, с многочисленными подушками и с красными шелковыми простынями. Что ни скажи, а у Габриеля просто шикарная комната. Когда я ему это сказала, он махнул рукой и ответил, что почти в ней не бывает. В основном в комнате преобладал красный оттенок. Два вольтеровских кресла, стоящих напротив камина, столик из красного дерева, пушистый ковер, в котором утопают ноги, также был красноватого оттенка, красные шторы, про кровать сплошь усыпанною красными подушками я вообще молчу. Интересно, это символично?

   - Так ты же говорил, что у него один сын был.

   Габриель ходил по комнате и объяснял что от меня требуется.

   - Да. У него один сын от законной жены. Видишь ли, зато от других увлечений у него сыновей очень много.

   - И что? Они все в замке что ли?- мне представилась картина, как по замку ходят тысячи вампиров, внебрачных сыновей, которым не терпится вкусить власти и подвинуть задницу дражайшего Повелителя на троне.

   Габриель увидев мой слегка ошарашенный вид, поспешил меня успокоить:

   - Внебрачных сыновей очень много. Но в таком случае, когда исчез прямой наследник, а других законных сыновей нет, закон гласит, что трон может занять только самый старший внебрачный сын.

   - Тогда причем тут эта побрякушка?- не удержалась от вопроса я, головой кивая в сторону камня, небрежно брошенного мною в самый дальний угол комнаты, в кресло. Да простят меня Повелители за такое отношение к их святой реликвии.

   Габриель посмотрел на камень, затем тяжело вздохнул.

   - Это все традиция. Мы не можем просто найти самого старшего сыны, похлопать по плечу, мол, садись и правь.

   Я застонала. И тут у меня появился вопрос.

   - А что если камень не подтвердит его истинность, хотя он и является носителем крови Повелителя?

   Габриель шлепнулся со мной рядом на кровать и тоже потянулся, чем вызвал мое удивление. Он улыбнулся мне. Я поспешила отвернуться, чтобы не расплыться в улыбке, как влюбленная дурочка.

   - Так что насчет моего вопроса?- беспечно спросила я, пытаясь не думать и не замечать то, что Габриель двигается ко мне ближе.

   - Какого?- хищно улыбнулся он, склоняясь над моим лицом и облокотившись двумя руками на кровать по обе стороны, убирая пути к отступлению. Я смотрела в потолок, изображая из себя монашку.

   - Напомню, я спросила насчет того, что если амулет не подтвердит...

   - Исключено, - не дал закончить он мне.

   Когда я смотрела в потолок, почувствовала, как что-то холодное дотронулось до моей шеи. Нет. Это были не клыки. Они острые. Это прикосновение было нежным, дразнящим. И тут я поняла: Габриель легонько дотрагивался губами до моей шеи. Это было так возбуждающе. Вампир был так увлечен, что не чувствовал, как я его толкаю. Его поцелуи становились более настойчивыми, было понятно, что стоять на одном месте он не собирался и в ход пошел язык.

   - Хватит, - я не сразу поняла, что этот сиплый голос принадлежит мне.

   Габриель чуть слышно застонал и встал, быстро отвернувшись.

   Мы оба предпочли делать вид, что ничего не произошло - уже в который раз. Габриель ходил по комнате, чем-то занимаясь. Я лежала на кровати, смотря в потолок. Поднять голову и узнать, чем там так занят Габриель мне было лень. Да...совсем ты зажралась, Готика.

   И тут я вспомнила.

   - Слушай, ты еще что-то хотел сказать про камень.

   - Ах да, - послышался звук шлепка. Габриель хлопнул себя по лбу. Все хуже и хуже. Он чуть ли не постоянно улыбается, а теперь еще и выясняется, что вампир хлопает себя по лбу.

   - Тебе вовсе не нужно будет вешать каждому на шею камень. При близости "истинного" камень нагревается. Тебе просто нужно будет не выпускать его из рук,- пояснил Габриель.

   Я фыркнула.

   - Это радует. Только не понятно, почему это именно Я должна бегать по вашему склепу.

   - Камень устроен так, что только в руках смертного он может изменить температуру при приближении "истинного". Мы же ведь холодные, помнишь? Официально обратиться к смертному королю за помощью...понимаешь, он не хочет, чтобы у вас судачили об этом. Вашему королю, да и всем смертным не понять, когда тот, кто на троне, самостоятельно хочет оставить его. Насколько мне известно, у вас постоянно какие-то междоусобицы за власть. Повелитель знает, что если хорошо заплатить наемнику, то он будет молчать. И потом, Повелитель всегда проявлял интерес к тому, что у вас...- Габриель замялся, - обладает плохой репутацией.

   - Плохая репутация?- переспросила я.

   - Ну да. Ты же убийца. Весьма жестокая наемница. Никому ничего о тебе неизвестно. Все королевские шпионы пытаются разнюхать что-то про тебя, но никому не удается.

   Действительно, знали бы они мое настоящее имя...

   Аннабель Яромирова считается сгоревшей вместе с отцом. Можно сказать, богатый и известный род Яромировых исчез, никому и в голову не может прийти, что последняя из этого рода - убийца, которую давно хотят посадить за решетку. По правде говоря, есть свои преимущества в том, что тебя причисляют к мертвым. Скажи им я свое настоящее имя и фамилию, курам на смех поднимут и покрутят пальцем у виска.

   - Быть откровенным, то я рад, что он исчез. Из него бы не получился мудрый правитель. Я, конечно, знаю: у каждых Повелителей есть какая-нибудь маленькая слабость, но у него их была куча. Он бы просто загубил все, - заворчал Габриель.

   - Кто? - полюбопытствовала я.

   - Я про сына Повелителя. У меня почему-то было предчувствие, что с ним что-то случится.

   Я вспомнила, что Габриель говорил о том, что никому неизвестно дальнейшая судьба сына Повелителя после его отъезда.

   Я хмыкнула. В семье не без урода. Повелитель надеялся на своего сына, а его сынок - легкомысленный оказался, попросту неподготовленный, чтобы нести такую ответственность.

   - Дорофей вместо того, чтобы думать о будущем своего народа отдавал предпочтение человеческим слабостям - выпивка, женщины, игры в карты, - пробурчал Габриель.

   Мне показалось или он сказал...

   - Как его звали? - потребовала я, уже встав с кровати.

   Вампир посмотрел на меня, пытаясь догадаться, что это подняло меня с кровати. Не увидев ничего, он отвернулся. Затаив дыхание, я ждала.

   - Дорофей его звали. До-ро-фей.

   Я опустила глаза вниз, пытаясь не выдать свое мрачное торжество, и еле сдерживалась, чтобы не захохотать, как безумная. К счастью, Габриель ничего не заметил и продолжал заниматься своим делом.