Обратный отсчет - Галина Васильевна Герасимова

моего детства. — Тимона развела руками, её взгляд затуманился. — Только представьте: по прилете на остров гость видит на пирсе голограмму маленькой девочки с двумя хвостиками. Это я в детстве. Я была таким очаровательным ребенком, что соседи пищали от восторга! Так вот, девочка мило улыбается и провожает гостя к Тимоне постарше. Затем совместный поход в кино, в парк аттракционов. Возможно, свидание для счастливчиков? — она подмигнула и рассмеялась грудным смехом. — Ах, фанатам будет интересно погрузиться в мои счастливые воспоминания!

Соня её энтузиазма не разделяла, к тому же претила мысль о вырубке прекрасных лесов Летучей рыбы. Но сейчас она была не вправе отказываться от покупателей.

— Хотите посмотреть фотографии острова? — Втайне Соня надеялась, что великолепные виды заставят певицу задуматься об их сохранении.

— Зачем? Этим будут заниматься мои дизайнеры. Меня интересует только цена. — Тимона щелкнула по коммуникатору и что-то набрала на вылезшем экране. — Вот цифра, которую я готова заплатить.

— Боюсь, вы ошиблись на пару нулей, — вежливо заметила Соня. Указанной цены хватало разве что на домик нептунца, и то без лодки и причала.

— Ошиблась? Я делаю вам одолжение! — Тимона вскочила с места. — Это вы мне ещё приплатить должны за рекламу вашей шарашкиной конторы!

— «Амадина» довольно известная фирма.

— Ты мне перечить будешь? Да как ты со мной разговариваешь⁈

Соня опомниться не успела, как Тимона схватила чашку и выплеснула на неё остатки кофе. Ладно хоть остывшего, но менее обидно от этого не стало. Зато открылся плюс фирменного комбинезона — капли стекли с него, не оставив следа.

Соня схватила свой стакан с соком, собираясь ответить тем же, но подбежавший охранник удержал её руку. Следом, как по волшебству, появился встревоженный владелец «Голубой устрицы».

— Госпожа Тимона, нам очень жаль, — залебезил он и сделал охраннику знак увести Соню.

Она даже не успела схватить свою сумочку, как её поволокли к выходу.

— Но это Тимона облила меня кофе!

Возмущенные крики никто не стал слушать, а охранник просто оставил Соню у входа. Когда же она попыталась вернуться, выход преградил владелец.

— Больше никогда не приближайтесь к этому ресторану, — ледяным голосом произнес он и бросил ей под ноги сумочку.

Кажется, Соня в очередной раз потерпела фиаско.

* * *

Следующим в списке Раи значился пожилой джентльмен, желающий перебраться на остров вместе с юной возлюбленной. Он менять ничего не собирался, а хотел пожить в тишине и покое подальше от чужих глаз. Всё шло хорошо, Соня мысленно ликовала, готовя бумаги, но тут на открытую веранду летнего кафе ворвалась дородная дама. Как выяснилось, жена стареющего ловеласа. До потасовки, к счастью, не дошло, но ни о какой сделке после этого речи тоже идти не могло.

Ну а последней каплей, переполнившей чашу терпение, стала встреча с молодыми супругами, которые вообще не собирались приобретать остров, а планировали купить квартиру. Но жаждали посоветоваться по этому поводу с профессионалом, вот и соврали Рае.

— Зря я обманула Ингу. Ничего у меня не выходит, — жаловалась Соня, откинувшись на спинку крутящегося кресла в мастерской Криса. Она специально пришла перед обеденным перерывом, подгадав время, когда друг сможет выслушать её нытье.

— Смирись, сегодня не твой день. — Визажист отломал половину шоколадки и отдал ей. Соня вгрызлась в плитку с благодарностью, ведь нормально пообедать не успела.

— По-моему, это проклятие. Из-за того, что я отправила Ингу в незапланированный отпуск, — с набитым ртом проворчала она.

— Точно! Помнишь, ты рассказывала, что там есть племя юолов? Инга с их помощью прокляла тебя невезением! Срочно позвони ей и попроси снять проклятие!

Соня будто не услышала сарказма в его словах.

— Думаешь, это юолы виноваты? — задумчиво протянула она, набирая на коммуникаторе номер отеля.

Инги не оказалось на месте, и Крис облегченно вздохнул.

— Я пошутил, — повинился парень и, выключив голографический экран, подтянул кресло к зеркалу. — Давай-ка подправлю макияж. У тебя еще встречи запланированы?

— На сегодня одна. — Соня уныло посмотрела в зеркало на покрытую чешуйками кожу и зеленые пряди. — А ты можешь всё это убрать? Русалочий дух аж бесит!

— И чего бы тебе хотелось? — по-деловому заинтересовался Крис, приподнимая тяжелую копну её волос.

— Хочу выглядеть посерьезней. Сам знаешь, встречают по одежке…

— Смотри, потом не жалуйся, госпожа Громова, — едва заметно улыбнулся визажист и, отвернув подругу от зеркала, взялся за ножницы.

Крис никогда не показывал промежуточного результата, но Соня всецело ему доверяла. Он прекрасно знал, что именно подойдет посетителям и как подчеркнуть природную привлекательность.

Пока Крис колдовал над волосами, возвращая им натуральный темный цвет, Соня читала доклад с работы. Ларочка, которую Инга чуть не уволила, старалась реабилитироваться в глазах начальства и нашла немало полезной информации об асфариях и тифлине. Терри был прав, рыбы очень трепетно относились к изменениям в среде обитания. Если на пляже появятся отдыхающие, они просто уйдут в другое место потише. Асфарии потому, наверное, и развелись у нептунца, что он жил один.

— Отвлекись ненадолго и закрой глаза. Немного пощиплет, — предупредил Крис, намазывая ей на лицо специальный лосьон.

Виски и щеки обожгло, и Соня сжала пальцы в кулаки, чтобы не почесать зудевшую кожу.

— Ты не говорил, что снять чешуйки будет проблематично, — едва открывая рот, выдавила она.

— Через неделю они благополучно отслоились бы сами. Но мы удаляем их раньше, так что терпи. — Он провел салфеткой по подбородку, и зуд стал совершенно нестерпимым.

— Крис!

— Если сорвать их прямо сейчас, могут остаться шрамы.

Друг схватил её за руки, не давая совершить глупость. В зале повисла тишина. Со стороны их поза выглядела слишком доверительно-интимной, и в головах у прочих сотрудников салона могла сочиниться целая любовная история. Тем более Соню многие знали и искренне считали, что она френдзонит Криса. Парень, дразня подругу