Жизнь и Месть Чёрной Королевы (СИ) - Головач

Глава вторая

(Новый нежданный союзник)

После того, как новость о жестоком убийстве моей сестрицы в ночном клубе разлетелась по всему Питеру, прошло четыре дня.

Вся семья моего дорогого папаши скорбела о своей тяжёлой потере. Спустя ещё два дня они всё же организовали похороны этой похотливой и ничтожной дряни, на которые я посмела явиться в роли неприметной и незнакомой никому гостьи в сопровождении Себастьяна, дабы сполна насладиться скорбью, болью и страданиями своей родни.

У этих ублюдков хватило денег заказать гроб из весьма красивого и качественного палисандра и шёлковой обивкой, не говоря уже и о памятнике в её честь, который делали прямо на ходу и во время похорон.

Хоронили эту потаскуху в закрытом гробу, ибо никто не хотел видеть тот ужас, что Себастьян сотворил с ней. А зря, представляю, как бы все перепугались, когда поняли что среди провожающих мою поганую сестрицу в последний путь, рядом стоят её убийцы.

Тихие рыдания и слёзы всех присутствующих буквально радовали мои глаза и наполняли душу и сердце истинным блаженством, которое мог увидеть и ощутить только демон, стоящий рядом со мной.

Ох, и как рыдала эта наглая старая ведьма, что буквально легла на крышку гроба и кричала на всё кладбище и округу:

— Забери меня с собой, внученька! Забери, родненькая! Без тебя мне не жить.

— Ничего, скоро сдохнешь вместе с ней, — прошептала я самой себе под нос эти слова, крепко сжав руку Себастьяна и давая ему понять, что скоро нам прибавится работки. — Уже совсем скоро…

Я посмотрела на это жалкое и даже в некотором смысле смешное зрелище взглядом, полным ледяной ненависти, которым одарила после буквально всю семью отца.

Похороны длились минут сорок, и когда уже все начали расходиться, гроб был уже в яме, и осталась только старушка, которая продолжала тянуться к своей внучке, я сразу же дала знак Себастьяну быть готовым к удару.

День постепенно сменялся вечером, а моя ненавистная бабка всё продолжала реветь на могиле, и успокаивал её лишь оставшийся вместе с ней младший сын, брат моего папаши.

Похоже, сегодня у нас будет не одна, а целых две жертвы, которые я с радостью преподнесу демону на ужин. Что же, так даже лучше.

— Пора, — сказала я, подступая ближе к могиле сестрицы вместе с Себастьяном.

На кладбище уже не было даже простых рабочих, не то, что гостей. Мы выиграли себе достаточно времени, чтобы устроить настоящий последний кошмар для бабки и дядюшки.

Я небрежно скинула со своей головы капюшон чёрного кожаного плаща и обратилась к своим родственникам холодным и наглым тоном, подходя всё ближе:

— Выходит, таких искренних, но убогих рыданий можно от вас добиться, лишь став самой настоящей шлюхой, а после умерев. Какая жалость.

Тут же бабка и дядька грубо посмотрели на меня, вытирая свои сопли, слёзы и слюни с красных лиц.

Старуха сквозь рыдания попёрла на меня:

— Не смей так говорить о моей внучке! Она самая лучшая на свете… Была… Самая красивая и сильная!

— Только для вас, но не для тех, кто частенько трахал её ради того, чтобы ублажить себя, как следует.

Я ухмыльнулась, глядя им обоим прямо в глаза:

— Только на это она и была способна, но не более того.

Тут мои родственнички подсуетились и, поднявшись с места, стали отступать.

Дядюшка поспешил вооружиться лопатой и агрессивно уставиться на нас:

— Так это вы её убили?!

— Скорее избавили землю от лишних голодных до секса дырок, — Себастьян грозно усмехнулся, ловко прыгнув им за спины. — Пришёл теперь и ваш черёд.

— Кто вы такие?! — глаза моей бабки резко расширились, а дряхлые старые кости буквально затряслись.

— Мы всего лишь те, кто хочет мести и справедливости, — отозвалась я, скрестив руки на груди и подходя к ней деловитым и даже хищным шагом.

— Да мы вас впервые видим! Ничего вам толком сделать-то не успели! — дядюшка запаниковал, и это четко выделялось в его голосе и поведении. Он трясся как силиконовый мешок с жиром и мочой внутри.

— В этом ты, ой, как сильно ошибаешься, Андрей. Или мне лучше называть тебя дядя Андрей? — я перевела наглый и ледяной взгляд на него.

— Что?! — старуха побледнела и уставилась на меня, как на призрака. Она подошла ко мне и ощупала кончиками своих грязных пальцев моё лицо. — Нет… Ты же не… У моего сына Витюшеньки не было детей от других браков… Если только ты не…

— О-о-о, да-а-а. Я его первая и самая старшая дочь, которую он бросил на произвол судьбы в чёртовом приюте, — я смотрела на её шок и удивление с явной и откровенной насмешкой. — Как же легко и просто вы все забыли обо мне.

— Нет… Нет-нет-нет… Я же заплатила медсестре, чтобы тебя там сразу удавили! Как ты вообще встала на ноги?! — шок старухи перешел в гнев. — Что тебе сделала моя внучка, ты… Ничтожная и бесполезная калека?

— Госпожа? — Себастьян тут же выхватил лопату у моего дядюшки и дал мне увидеть его сверкающие глаза. — Позвольте мне наказать эту дряхлую ведьму за столь грубое обращение к Вам.

— Сразу удавили, вот как? — я издала ледяной смешок, одарив свою родственницу яростным и ненавистным взглядом, а после кивнула демону: — В таком случае, «бабушка», эта участь постигнет тебя саму, но лишь после того, как я вдоволь насмотрюсь на ваши страдания. Действуй, Себастьян.

Он кивнул и поспешил моих родственничков столкнуть в открытую могилу, которую вырыли для скорых похорон кого-то ещё из нашего города.

Резко небеса закрылись тьмой из-за надвигающихся туч, и полил дождь. Это было нам на руку. Земля станет влажной и рыхлой, и так просто ни мой дядя, ни бабка не выберутся оттуда.

Они оба оказались в ловушке, которую Себастьян собрался превратить для них в настоящую тесную камеру пыток. И я и демон были прекрасно осведомлены о том, чего же до смерти боялись эти двое, и решили сыграть именно на этом.

К примеру, моя «дорогая» и «разлюбезная» бабушка просто до безумия боялась в конце своей жалкой жизни стать настоящей обузой для своих сыновей, оказаться на месте тех, кого она так ненавидит и презирает всем своим ядовитым сердцем и чёрной душой.

Дядя же просто до безумия боялся растерять всё своё влияние среди своих дружков-подельников и бандюг, стать жалким бесполезным куском дерьма, который так ничего достойного и не добился в своей жизни и в конечном итоге умрёт, оказавшись захороненным заживо, никому ненужным, неизвестным и забытым всеми.