Маруся Карасева - Долго и счастливо

- Может, потому, что мне уже не двадцать пять?

- Ага, может быть, - Эстри ухмыльнулась и снова начала наступление: подползла к краю кровати и протянула руку к его бедру. - Ты ведь у нас теперь совсем большой мальчик!

- Хватит, - поймав ее за запястье, Сандер отшвырнул руку Эстри, словно ядовитую змею, и поднялся. - У тебя больше нет надо мной власти. Так что говори, что тебе нужно, и давай уматывай отсюда на хрен! Мне еще разгребать дерьмо, которое ты вчера очень обильно навалила.

В следующую секунду Сандер стукнулся затылком о стену, к которой Эстри прижала его, держа за горло. Лицо у нее при этом жутко исказилось, а зеленые глаза почернели.

- Я тебя старше как минимум в пять раз, а значит, сильнее, - прошипела она, с силой сжимая пальцы. - Ты хочешь знать, где я была последние двести лет? Так я тебе скажу. Наш общий друг Экимму, Верховный Дознаватель вампирского совета, заколотил меня в гроб и поставил сверху резервуар со святой водой. Ты хоть представляешь, каково это - лежать с крестом на груди под дождем из святой воды? Представляешь?

- Нет, - выдавил Сандер. Дышать ему было почти не нужно, но сломанные от удара кости неприятно впивались в плоть.

- Так я тебе расскажу, хочешь? Это так больно, что каждую секунду ты молишься о смерти, - кому угодно, раю, аду, своим палачам. Но нет, ты не можешь ни умереть, ни потерять сознание - ты не можешь даже пошевелиться. Ты мечтаешь о том, чтобы сойти с ума, но даже этого тебе не дано. Эта боль невыносима, Сандер, и эта боль длится вечно. 

Эстри помолчала, глядя в пустоту, а потом ослабила хватку.

- Так что сейчас ты сотрешь с лицо брезгливое выражение, ляжешь со мной в эту постель и будешь делать все, на что у меня хватит фантазии, - сказала она уже спокойней. - Потому что ты мне должен, и еще потому, что иначе я верну твою подружку и убью ее у тебя на глазах. Медленно. А потом устрою так, чтобы в ее смерти обвинили тебя. Ты меня понял?

Сандер с трудом кивнул.

- Не слышу.

- Понял.

- Вот и хорошо.

Эстри отпустила его, села на кровать и рассеяно провела по лицу.

- Я так устала, - сказала она слабо. - Так устала все время требовать того, что и так принадлежит мне по праву... Что ты можешь сделать, чтобы помочь мне расслабиться?

   3

   Новость о возвращении Эстри Василиса приняла стоически. Измученное сознание немедленно намекнуло ей: раз Сандер решил не рассказывать ей о своей создательнице, значит, ему было что скрывать. А это, в свою очередь, означало лишь одно: бывший васин возлюбленный был не только убийцей невинных, но и лживой скотиной. И еще неизвестно, что хуже.

   Так что Василиса поклялась оставить свой роман с вампиром в прошлом и начать новую жизнь, в которой не будет места бездушной нежити. Ну, за исключением милой мамочки и дорогого папочки. Из которых, кстати, первая ей тоже врала ей напропалую, а второй и вовсе предал. Одним словом, прекрасный новый план Васи с самого начала был обречен, однако она была сейчас не в том состоянии, чтобы заметить в нем зияющую брешь.

   Мамино предложение отвлечься и сменить картинку пришлось как нельзя кстати. Поначалу приготовления действительно ее отвлекали: Василиса выбрала отель в Убуде, заказала билет до Денпасара и уже совсем было собралась его оплатить, когда вспомнила, что истратила последнюю чистую страничку в паспорте, когда возвращалась в Москву. Пришлось позвонить Борису, известному своей способностью решать любые проблемы.

   - Будет сделано, барышня, - только и сказал он.

   Через час Василиса приехала фотографироваться на биометрический паспорт, а на следующий день получила новенькую корочку. Листая чистые страницы, она вдруг подумала о том, как быстро заполняются отметками о визах паспорта в приятной компании: три месяца - и вот уже нужен другой. Этот, новый паспорт, была уверена Вася, прослужит ей как положено - пять лет. Мысль эта кольнула болезненной иголочкой, и Василиса поспешила ее отогнать: ни к чему было растравлять едва затянувшиеся раны.

   Ее ждал отдых.

   4

   Полет был бесконечным. Васина соседка отрубилась еще на взлете, так что Василиса смогла беспрепятственно насладиться своими страданиями. В очередной раз перебрав в памяти особенно мучительные воспоминания, она наплакалась, напилась и решила, что с момента прилета на Бали ни разу больше не подумает о Сандере. Эта часть ее жизни окончена, и глупо было фантазировать о том, как могли повернуться события, если бы кто-то из них - или оба - в какой-то момент повел себя по-другому.

   Гул мотора был ровным и успокаивающим, а от усталости и выпитого клонило в сон, и Василиса задремала, привалившись головой к иллюминатору. Она уплывала все дальше и дальше в царство снов, чувствуя себя так, будто ее душа отделяется от тела и уносится куда-то по своим делам. В какой-то момент Васе даже показалось, будто она видит себя, спящую в кресле самолета, в то время как ее второе "я" летит меж облаков в неведомом направлении.

   Скорость васиного полета все увеличивалась, и вот уже ветер засвистел в ушах, а земля начала стремительно приближаться. Глядя сверху на открывающуюся территорию, она все никак не могла отделаться от ощущения, что эта местность ей знакома. Что, конечно же, было странно: под ней расстилалась безымянная бесконечная равнина, забросанная клочьями серого снега. На самой кромке поля стеной стоял лес - до того густой, что между плотно сдвинутыми кронами деревьев ничего было невозможно разглядеть. Только спустившись пониже, Василиса наконец поняла, куда попала: это было то же самое поле и тот же самый лес, где она бродила, провалившись во временной разлом во Франции. Только на этот раз Вася не ощущала тягучей тоски и безотчетного страха: день был солнечным, и лес, не смотря на густоту, уже не казался таким опасным.

   Коснувшись ногами земли, Василиса осмотрелась. Позади, насколько хватало глаз, простиралась равнина, а вперед вела узенькая дорожка, петлявшая между деревьев. Поразмыслив, Василиса отправилась по ней. Едва она сделала несколько шагов вглубь леса, как небо в просветах между деревьями начало темнеть, за спиной послышался непонятный шорох, и Василиса, тут же опечалившись, подумала: "Ну вот, сейчас опять начнется!" Мысль о том, что из-за деревьев вот-вот вынырнет кто-то страшный, совершенно ее не радовала: ведь теперь, даже если она побежит, то вряд ли вырвется на опушку с маленьким домиком, где ее ждет самый прекрасный мужчина как на том, так и на жтом свете. Потому что домик взорвался, а мужчина оказался убийцей и предателем. Горько вздохнув, Вася остановилась и прислушалась. Шорох повторился.