Анна Тарасова - Изменяющая судьбы

Девушка согласно качнула головой.

— И именно поэтому кто-то в вашем прошлом смог разобраться в том, что вы из себя представляете, и заблокировать ваш талант. От греха подальше, так сказать. Мда…, — потянул задумчиво Авраам, — Знать бы еще, когда это случилось и как именно.

Лина задумалась. Рассказать или нет? Ведь она с почти стопроцентной уверенностью знает, когда ее способности перестали работать. Кто именно — можно только догадываться, но дату она помнит как сейчас. Такое не забывается.

— А если вы будете знать когда, что это вам даст, Авраам Моисеевич? — решила уточнить девушка.

— А вы знаете? — подозрительно сощурился старик.

— Могу подозревать, — грустно подтвердила она, — Примерно восемь лет назад.

— Рассказывайте, — подал голос Марк.

Девушка неуверенно оглянулась на него.

— Я лишь предполагаю, что это было именно тогда, — начала она.

Марк же многозначительно молчал, ожидая от нее продолжения.

— Мне лет семнадцать было, и у меня была подруга, лучшая, самая близкая. А я по собственной дурости рассказала ей, что могу. Я ведь тогда действительно могла многое. Ну, для того возраста этого было достаточно, — смущенно улыбнулась Лина.

Действительно, какие глобальные проблемы могут быть у молоденькой девушки? Чтобы не вызвали к доске, если не готова, чтобы пришел нужный автобус, когда опаздываешь, или проявил внимание понравившийся парень.

— А она… в общем, мягко говоря, мы поссорились, крупно поссорились. Она предала меня и я изо всех сил пожелала, чтобы она прочувствовала на себе, как мне было плохо.

— Это было среди ее вероятностей? — уточнил маг.

Лина коротко пожала плечами. Она не знала.

— То есть вы просто пожелали, чтобы та подруга на себе прочувствовала, как вы себя в момент предательства ощущали? — прищурившись, спросил Авраам Моисеевич, — И каков же был результат?

— Я знаю не очень много, слышала лишь краем уха, что она крайне неудачно вышла замуж, муж над ней издевался, и в итоге она попала в психиатрическую больницу.

Марк нахмурился.

Дело осложнялось с каждой минутой. Поначалу он надеялся, что Лина все-таки слаба как ткущая, мало ли, Елиазар мог и ошибиться в анализе ее уровня, а Авраам Моисеевич давно с ними не работал. Но слыша рассказ девушки, понтифик понимал, что такой редкой жемчужины им еще не попадалось. Изменить не маленький эпизод, а целую жизнь…! Гая будет крайне сложно убедить отказаться от использования Алины. И даже то, что Марк фактически признал девушку заранее своим имуществом, брата не остановит.

Надо заткнуть еврею рот, так, чтобы тот и думать не смел докладывать брату реальные сведения об уровне Лины. Но как это лучше сделать?

Он снова прислушался к разговору.

— Изменить жизнь человека, да еще настолько сурово…, — потянул еврей, — Вы очень сильны, Лина, очень. Но и то, что вы сделали, равноценно преступлению!

— Я не прощаю предательства, — глухо проговорила девушка.

Еврей осуждающе смотрел на Алину, слегка покачивая головой.

— А создавали ей эту реальность, как я понимаю, тем же способом, что и вчера?

Девушка коротко кивнула. По — другому управлять своим талантом она просто не умела.

— Вы должны понимать, что такие действия недопустимы! — старик возмущенно ударил ладонью о колено, — Этот способ изменения реальности вы должны забыть раз и навсегда! Вы фактически их изнасиловали, мало того, вы это сделали для того, чтобы совершить свою месть! Категорически запрещено! Категорически!!! Я искренне надеюсь, что вы учтете мои слова и больше никогда так делать не будете!

Девушка еще больше съежилась под гневным взглядом старого мага.

— Создавать реальности силой нельзя, это рвет связующие между ними нити! Нельзя, запомните! Наверняка, вам тоже потом досталось, да? — и, не дождавшись ответа, продолжил уже чуть спокойнее, — Конечно досталось. Еще как. Это и называется откат, Алиночка! Он ударяет по вам с той же силой, что вы применили к реальности. Я научу вас, как правильно пользоваться вашим талантом.

— Время позднее, — Марк посмотрел на часы на стене, — Ей пора отдыхать, Авраам Моисеевич. Идемте, Лина, я провожу вас.

Она подняла голову и посмотрела на вампира, Марк был откровенно зол. Неужели он тоже ее осуждает?

Девушка порывисто вскочила со стула. Да, ей необходим отдых. Она устала, пережила неприятные минуты воспоминаний и хотела, чтобы этот день побыстрее закончился.

— Всего доброго, дитя мое, — попрощался с ней учитель, — Запомните, что я вам сказал про ответственность! Пусть это будет первым нашим уроком!

Лина попрощалась с Авраамом Моисеевичем, подхватила сумочку, и быстрым шагом вышла из кабинета вслед за понтификом. Они молча спустились на лифте вниз, прошли в холл, где в ожидании подруги Гюнтер читал газету.

— Ну что, тебя, наконец, отпустили? — он весело ей подмигнул, и только затем увидел Марка, — Господин! — вампир слегка склонил перед высшим голову.

Марк свысока ему кивнул, приветствуя, но очень выразительно посмотрел на Лину. Девушка отвела взгляд, не собираясь признаваться в том, что его просьбу держаться подальше от друга она не выполнила.

— Ты свободен, я сам отвезу девушку, — презрительно бросил Марк парню.

— Но, господин…

Высший молча пристально осмотрел на вампира. Гюнтер еще раз поклонился и встретился с Линой взглядом, она растерянно пожала плечами.

Понтифик отвернулся от вампира и пошел к выходу, девушка постаралась за ним не отставать.

Гюнтер зло проследил взглядом за удаляющейся парой.

Все-таки, понтифик заинтересовался подругой не из-за таланта, это точно.

Чтобы он самолично отвозил смертную до дома? Во второй раз?

И как теперь быть?

То, что Марк с девчонкой лишь поиграет, и дураку понятно, но как потом с ней Гюнтеру общаться? Ведь она и так-то шарахается от каждого мужчины. Понтифику на это будет плевать, а вот психику девчонке попортит. И после того, как высший ее бросит, она будет раздавлена окончательно. Тут уже не до любви с очередным воздыхателем.

Нет, влюблять Лину в себя нельзя, в этом Гюнтер только что убедился. Надо действовать по-другому.

По дороге к машине Лина робко спросила:

— Может, я лучше сама доберусь до дома?

Марк лишь грозно глянул на нее:

— Нет, я отвечаю за тебя.

Лина удивленно на него уставилась, но понтифик лишь открыл ей дверь машины, как и вчера, дожидаясь, пока та заберется внутрь. В машине девушка старалась вести себя максимально тихо и незаметно. Злой мужчина это само по себе неприятное зрелище, а злой вампир, да еще и высший… В общем, лучше лишний раз не нарываться.