Тайны моего босса (СИ) - Трифоненко Елена

— Извини, я не могу сейчас ехать к тебе, — пробормотала я. — Мне домой надо. Меня брат ждет.

— Ничего, мы ненадолго. — Вид у босса стал какой-то хищный, предвкушающий. — Говорю же: тебе нужна эта экскурсия. По легенде ты регулярно у меня бываешь, значит, должна ориентироваться в квартире. Должна знать примерно, что где стоит. Мало ли какой разговор зайдет в гостях?

Я открыла рот, чтобы возразить, но не успела. Босс подошел ко мне, стащил со стула.

— Яна, не трать мое время на препирательства. Мы в любом случае едем ко мне. Это не предложение. Это распоряжение руководства, которое ты обязана выполнять.

***

Григорий жил совсем рядом с офисом — в уютной сталинке с ажурными балкончиками. В ее идеально чистом и ухоженном дворе росло незнакомое мне дерево, усыпанное пушистыми розовыми цветами. Ветер то и дело срывал эти цветы с веток, усыпал ими дорожку. Напротив дома босса стояла беседка, ее увивал виноград, на котором уже спели фиолетовые грозди, а у крыльца сталинки плелась лиана с ярко-оранжевыми цветами, похожими на колокольчики. Если честно, я бы многое отдала, чтобы жить в таком месте, а не рядом с кладбищем.

— И чего ты вздыхаешь? — с укором спросил босс. — Неужели совсем нелюбопытно посмотреть, как живет начальство?

— Любопытно, — буркнула я, отстегивая ремень безопасности. — Аж дождаться не могу той минуты, когда узнаю, куда у тебя выходят окна: во двор или на дорогу.

— У меня окна на обе стороны.

«Буржуй!» — подумала я и на мгновение ощутила к нему острую классовую ненависть.

Подъезд Григория соответствовал внешнему виду дома: стены покрывала лепнина, на ступенях лежал ковер. Я с трудом подавила желание разуться прямо у входа. Мы поднялись на второй этаж, босс отпер дверь и пропустил меня в квартиру.

Едва перешагнув порог, я поняла, что босс рассуждал вполне здраво, когда решил устроить мне экскурсию. Его квартира напоминала музей. Даже прихожая была под завязку набита старинной мебелью из потемневшего дерева. Шкафы, зеркало в тяжелой оправе, какие-то изящные светильники — все притягивало взгляд и будило любопытство.

В углу прихожей стоял стул, будто из будуара королевы, — темно-бордовый, с изогнутыми ручками. Я робко примостила на него сумку и тут же ощутила неловкость. Испугалась, что стул испортится из-за такого фамильярного обращения.

— Вот тут у меня кухня-гостиная, — гостеприимно пояснил босс, оттаскивая меня от стула и вталкивая в одну из комнат.

Я огляделась. В кухне-гостиной все так же имело налет старины. В углу комнаты, на узорчатом столике, примостился самый настоящий граммофон. Рядом с ним задумчиво тикали похожие на башню напольные часы.

— Тебе дедушка квартиру завещал? — спросила я обескуражено.

— Нет, я ее купил у наследников владельца антикварного магазина.

— Серьезно?

— Да, им старинная мебель до лампочки, — с легкой ноткой осуждения сказал Григорий. — А мне нравится. Но тут только треть от старого хозяина, еще треть — из моих личных запасов, а часть — просто стилизация.

— Красиво.

Григорий взял меня за руку, опять потянул за собой.

— Вот тут кабинет, — быстро пояснил он, заводя меня в следующую комнату.

Одну из стен кабинета заполняли шкафы. Часть из них была заставлена книгами, часть — какими-то фигурками, посудой. Напротив шкафов стоял широкий, по всей видимости, дубовый стол, справа от него, на стене, висели сабли.

— Ого! — воскликнула я, глядя на них. — С тобой лучше не ссориться.

— Так и есть, Яна, — тихо сказал босс, перехватив меня за плечи, прижал к себе. — Я злопамятный и мстительный. Кстати, забыл сказать: у меня в гостях ты можешь не только смотреть по сторонам, но и трогать все, что тебе понравится.

Его голос опять был полон сексуальной хрипотцы.

Я высвободилась из его объятий, шагнув к саблям, провела пальцами по лезвию одной из них. Металл показался мне обжигающе холодным.

— Какой интересный выбор, — задумчиво произнес босс. — Я думал, ты двинешь к лампе Тиффани. — Он показал мне на светильник, чей абажур будто бы собрали из кусочков разноцветного стекла.

— Я что, ламп не видела? — Я пожала плечами, ощупала еще одну саблю.

— А ты знаешь, что Фрейд говорил об интересе женщин к длинным продолговатым предметам? — вкрадчиво спросил Григорий, подходя ко мне.

— Нет, не знаю. — Я предательски покраснела

— Фрейд считал, что это указывает на сексуальный голод, — с удовольствием поделился знаниями босс. — Тоску по твердому мужскому…

— Глупости какие-то! — перебила я. — Мне всего лишь стало любопытно, бывали ли эти сабли в бою.

— Эти — нет. Это коллекционное оружие, — ответил он, складывая руки на груди. — Но у меня есть другая, повидавшая всякое. Дать подержаться?

— Не надо, — поспешила отказаться я. Было непонятно: то ли у него и правда есть боевое оружие, то ли он пошло шутит, намекая на другое. Я решила проявить осторожность и не проверять, как дело обстоит на самом деле.

После того как я внимательно оглядела содержимое каждого шкафа, Григорий повел меня в спальню. Несмотря на вечерний час, она все еще была залита солнцем. Посреди спальни стояла огромная кровать с высоким резным изголовьем, а над ним висела картина Амира. Эх, лучше бы я ее никогда не видела. Лучше бы у меня обморок случился при виде сабель или лампы Тиффани.

На картине изображался сущий разврат: три девушки — брюнетка, блондинка и рыженькая — полулежали на белоснежных подушках и с призывными улыбками глядели на нас. Они были абсолютно голые, бесстыже оглаживали себя там и сям.

Спина у меня при виде этого «шедевра» покрылась ледяным потом. Ужас какой! Я точно не хочу в таком вот виде перед кем-либо позировать. Представляю, что обо мне подумал Амир.

— Впечатлена? — уточнил Григорий, ухмыляясь.

Я смогла только кивнуть. Потом скорей отвела взгляд, стала рассматривать рисунок на обоях. Те тоже показались мне какими-то старинными — будто с картины французского художника. В открытое окно подул ветер, тонкий тюль зашелестел, надулся. На мгновение мне показалось, будто я перенеслась в какое-то кино.

— Ну и как тебе моя квартира? — ленивым тоном поинтересовался Григорий. — Нравится?

— Да, у тебя очень уютно.

«И дорого» — мысленно добавила я. Вот так зацепишься за что-нибудь плечом — потом вовек не расплатишься за причиненный ущерб.

Босс сел на кровать, поманил меня рукой. Я оцепенела, во рту пересохло. Он хочет, чтобы я присела рядом с ним? На постель? Господи, зачем?

— Иди сюда, — скорей приказал, чем предложил Григорий, а потом вдруг стянул с себя футболку.

Глава 8

Глава 8

С голым торсом мой босс выглядел даже лучше, чем в одежде. Он напоминал греческого бога, скульптуру времен античности. Забыв о приличиях, я уставилась на него как заправская деревенская кумушка. Сначала внимательно оглядела мускулистые плечи и грудь, потом опустила взгляд ниже — на кубики пресса. Они были как с картинки — четко-очерченные, симметричные, покрытые ровным бронзовым загаром.

Я сглотнула.

— Подойди, — еще раз властно потребовал Григорий.

— За… зачем?

— Я думаю, тебе следует изучить не только квартиру, но и ее хозяина.

Ноги у меня стали ватными. Я никак не могла сообразить, чего именно от меня хочет босс. Воображение, конечно, великодушно подсказало, что тот, конечно же, жаждет опрокинуть меня на свою антикварную кровать, чтобы навалиться сверху и…

— Родители могут заговорить с тобой о моих тату, — добавил Григорий. — Они их терпеть не могут. Не хочу, чтобы ты растерялась и наболтала моим предкам глупостей. Ну что ты там застыла, Яна? Иди, разгляди меня получше.

Разглядеть тату? Всего лишь?

Мне все-таки удалось отлипнуть от пола, подойти к боссу.

— Вот тут, смотри, скорпион, — Григорий повернулся ко мне левым плечом. — Я набил его еще в девятнадцать. Считай, первое тату.

— Это твой знак зодиака? — догадалась я.