Ненавижу тебя, оборотень! (СИ) - Татьяна Лепская

он меня изнасиловал?

Мышцы на шее оборотня напряглись, а в глазах зажегся огонь.

— Как еще объяснить, что ты жива.

— Например, тем, что он не собирался меня убивать!

— Вот! — Алекс указал на меня пальцем. — А ты говоришь…

— Да не трогал он меня! — мой голос сорвался. — Я смогла отбиться!

На лице Алекса отразилась целая смесь эмоций: ревность, злость, подозрение. Он не мог поверить, что незнакомец так просто отпустил меня.

И именно из-за этого не хотелось открывать всей правды.

— Ты так говоришь, будто я виновата, — более спокойно добавила я.

Алекс ничего не ответил. Но его взгляд все-таки стал спокойнее.

Никогда бы не подумала, что он такой вспыльчивый и ревнивый. Но вот уже который раз это демонстрирует.

— Алекс, если так будет продолжаться, я откажусь от свадьбы.

Оборотень метнул на меня испуганный взгляд.

— Не шути так.

— Я не шучу, — предупредила я его. — Ты в последнее время ведешь себя так, что мне уже Дима больше по душе, чем ты.

И снова в его глазах блеснула ревность.

— Дима?

— Только не начинай, — устало сказала я. — Давай просто не будем говорить об этом.

— Ладно, — согласился жених. — Но ты впредь не должна упоминать, что Дима тебе нравится больше.

— Я не буду касаться моего отношения к младшему брату, но не по твоему приказанию, а потому что сама не хочу.

Пришлось очень жестко обозначить эту границу. Волчица во мне и так выла от злости, а от его приказов только сильнее хотелось на все плюнуть.

— Как скажешь, милая.

Алекс неопределенно пожал плечами и вышел из комнаты. Его отсутствие заставило меня облегченно выдохнуть.

— Пора браться за дела, — устало сказала я и пошла умываться.

Дом кипел жизнью. У большинства волков скорбь по моему отцу не была особенно заметна. Лишь некоторые самые близкие тяжело переживали его смерть. Оно и ясно. После его похорон стае нужен будет новый вожак, и большинство мужчин-оборотней уже точили зубы, намереваясь как можно скорее занять место альфы.

Особенно нелегко приходилось Алексу, которому за одно только утро не раз пришлось выслушать, насколько он худ и немощен на вид. Он достойно выдерживал нападки, но чувствовало мое сердце, длительное пребывание здесь, ни к чему хорошему не приведет.

Был уже полдень, и эти часы прошли в ужасной суматохе. Подготовка к похоронам занимала больше времени, чем я ожидала. Помимо этого, приходилось постоянно отмахиваться от оборотней, которые так и норовили выяснить причину гибели отца и оттягивания помолвки. Некоторые слишком решительно участвовали в предстоящих похоронах.

Меня поведение оборотней беспокоило, а ставить их на место не всегда получалось. Я для них всего лишь самка, пусть и дочь вожака.

— Летта, — окликнули меня, когда я в очередной раз отмахивалась от назойливого молодого оборотня.

Через огромный банкетный зал ко мне шагал мой дядя Владимир.

— Вот она, наша малышка, — он развел руки для объятий.

— Дядя Мир! — я радостно бросилась ему навстречу.

Мужчина крепко взял меня за талию и чуть приподнял над полом.

— Я думала, что ты не приедешь. Ты же вроде отбыл по срочным делам и обещал вернуться только через полгода.

— В такой день, — прошептал он и посмотрел мне в глаза. — Я не мог оставить тебя одну.

От нахлынувшей благодарности защипало в носу. Я снова обняла его и еле подавила желание всхлипнуть.

— Очень рада, что ты тут.

— И я.

Несколько секунд мы просто стояли, обнявшись. Впервые за последнее время мне стало гораздо легче. Рядом со мной был человек, которого я знаю с детства. Сейчас его поддержка действовала, как глоток свежего воздуха.

— Расскажи мне, что случилось.

Я коротко сообщила дяде о том, чем закончилась помолвка с Алексом. Упомянула бои и нежелание Димы отказаться от них. Про горестную весть и даже про нападение по дороге домой.

— На тебя напал альфа? — изумлено спросил он.

Я кивнула.

— Странно. Они обычно сами никогда не нападают. Ты-то как? Цела?

— Да, отделалась царапинами и сломанным ребром. Все зажило, не беспокойся.

— Что он от тебя хотел?

Я замешкалась. Про наш разговор у меня совсем не было желания распространяться. Но я быстро отмела эту мысль, понимая, что дядя мне только поможет.

— Сказал, что хочет встретиться со мной.

Брови Мира взметнулись вверх.

— Когда? Где?

— Завтра в Лиственном сквере. В полдень.

Оборотень нахмурился и многозначительно хмыкнул.

— О чем он хотел поговорить?

— Не знаю, — пожала я плечами. — Не сказал.

Дядя задумался. Долго рассматривал что-то за окном и молчал. О ходе его мыслей я могла только догадываться.

— Знаешь, — наконец, сказал он. — Не советую тебе идти на эту встречу.

— Почему? Если бы альфа хотел меня убить, то сделал это еще в лесу.

Оборотень сокрушенно покачал головой.

— Боюсь, его цели несколько иные.

— Например.

— Он хочет стать вожаком нашей стаи.

Я усмехнулась.

— И как это сделает? Силком затащит под венец?

Дядя укоризненно зацокал.

— Боюсь, он может поступить иначе. Шантаж.

В его слова верилось с трудом. Но, с другой стороны, объясняло, почему меня не убили и решили встретиться снова.

— Глупости, — махнула я рукой. — Чем меня можно шантажировать. У меня в жизни не случалось ничего постыдного, что может опорочить имя.

Дядя пожал плечами.

— Это всего лишь пример, дорогая. Но его мотивы слишком мутные. А отец должен был тебя научить, что делать в таком случае.

Сердце больно кольнуло.

— Да, он учил, — тихо ответила я. — Идти к нему.

Оборотень издал звук, похожий на кваканье. Обнял меня за плечи и прижал к груди.

— Прости меня, Летта. Я нетактичный дурак.

Я тепло улыбнулась дяде.

— Все в порядке. Очень скучаю по нему.

— Я тоже.

Он ободряюще потрепал меня по плечу и чмокнул в щеку.

— И все же, Летта, я настаиваю на том, чтобы ты не ходила на эту встречу.

Я скривилась, показывая свою неуверенность.

— Боюсь, что с тобой может случиться нечто неприятное. Я не прощу себе это, понимаешь.

— Понимаю.

Дядя хотел было еще что-то сказать, но не успел открыть и рта, как дверь распахнулась, а на пороге появилась высокая статная женщина.

Она обвела нас гордым взглядом, в котором проскакивали искорки, говорящие о ясном уме дамы.

Женщина легонько изогнула бровь и неторопливо сняла тонкие перчатки.

— Николетта, — сказала она. — Сочувствую твоей утрате.

— Спасибо, Марьяна.

Дама красноречиво посмотрела на Владимира, и мне показалось, что в ее глазах мелькнуло раздражение и любопытство.

Дядя наклонился к моему уху и прошептал.

— Гаргульи слетаются к старому замку.

Дама сделала вид, что ничего не услышала, хотя с таким тонким слухом, как у нее, она смогла