Выбор для Пепла - Дарья Вознесенская

Черт.

- То есть… он вам заплатил мешок? - спросила упавшим голосом.

- Двойную сумму - управляющий остался, похоже, даже доволен.

- Но… я же не вещь! - возмущение прошлось смычком по натянувшимся нервам -  Нельзя так просто передать человека другому! Я же… доверился вам, когда пришел, стал частью семьи... был уверен, что вы защитите меня, и я смогу уйти только по собственному желанию. Как же возможно…Вы должны были отказать! - я пыталась подобрать слова, чтобы убедить его, но это было бесполезно.

- Да пойми ты, это семья Канилосс!  - меня схватили за жилет, едва ли не подняли в воздух и тряхнули, зашипев прямо в лицо.  - В их воле разметать наше шапито по всем Араклетским землям! Если бы они пожелали всех наших прим одновременно, я бы нарядил тех в лучшие платья и отправил с поклоном! Мы еще легко отделались…

- Мной? - стало совсем горько.

- У тебя, считай, шанс на лучшую жизнь!

- Вот уж спасибо! В качестве игрушки? Может даже сексуальной? Это издевательство, а не жизнь!

- Но выбора у тебя нет, - поставил точку в нашем бессмысленном разговоре управляющий. - А будешь сопротивляться - обвяжу  веревками и доставлю в замок пленником.

И тогда я побежала. Глупо, инстинктивно, бесполезно, но… я должна была попытаться. Потому как в замок мне совершенно не хотелось.

Ни в качестве кого.

Потому что мое желание жить в тепле, чистоте и со вкусной едой мироздание исполнило весьма извращенно.

Потому что при первом же отказе потакать сексуальным капризам - или что там эта дари захочет -  станет понятно, что я женщина. И ситуация может ухудшиться в разы.

Потому что я не была уверена вовсе, что дело в дочке правителя... а не в даре Квинте!

Конечно, меня скрутили. И правда обвязали веревкам как… колбасу какую-то! И засунули в телегу, на которой обычно перевозили оборудование, не дав ни с кем увидеться, кинув мой узелок с вещами и не закрепив  ничем, так что на всех поворотах меня перекатывало от бортика к бортику и материло…на русском, естественно.

Велик и могуч он, в отличие от аратлетского, где самым «жутким», что я слышала, было «пойти потону в зад».

В общем на замковое задворье я вернулась с триумфом… Уже молча и даже без злых слез - все испарились под встающим солнцем.

Я не смирилась, нет. Но решила притвориться на все согласной. Присмотреться, узнать подробности и… не знаю, может где располагаются секретные ходы.

Может просто… разонравиться капризной дари.

И исчезнуть, как только представится возможность.

Вряд ли шапито за мое самоуправство накажут - да и мне, если честно, было уже плевать. Здесь каждый за себя, как и везде. И мне оставаться в опасности и насильственно обозначенном положении не хотелось. «Золотая» семья как и любые «великие» правители считали прочих грязью под ногами и конструктором, из которого они могут лепить любые конфигурации. Но это не означало, что я по настоящему, а не притворно готова играть по их правилам.

Меня развязали и грубо толкнули к небольшой двери черного хода, и кучер тут же отправился назад. А в проеме появилось двое высоченных парней в красивых жилетах, белоснежных рубашках и с такими лицами… В общем, дедовщины мне, похоже, не избежать.

Черт, черт, черт.

Высоко задрала подбородок, хотя, полагаю, выглядела я жалко - в грязной и порванной одежде, отплевывающаяся от соломы и лохматая - я под презрительными взглядами темненького и светленького прошествовала внутрь.

Логично предположив,  что устраивать сидячую забастовку на крыльце было бы совсем глупо.

- Вонючка, - усмехнулись мне в спину.

- Мужчины так всегда пахнут, если  и правда работают, - пожала плечами и, получив ощутимый тычок, резко развернулась.

Придурки зажали меня в углу темного коридора и решили пояснить мне правила пребывания здесь:

- Не вякай, если не хочешь лишиться своего хорошенького личика…

- Собираетесь испортить то, за что заплачено куча денег? - я недоуменно задрала бровь. - Дар Квинт, наверняка, вас поблагодарит.

- Ты здесь временно и не знаешь реку… - прошипел темненький слуга. - Дари быстро надоест с тобой играться ,и тебя отправят выгребать нужники, чего ты и заслуживаешь…

- Но до этого времени я успею испортить вам жизнь, - я смотрела прямо и уверенно, чтобы и у них не возникло сомнений.

- Нарываеш-шься?

- Предупреждаю. Не знаю, чем вы такие чистюли здесь занимаетесь, но я привык не только выгребать нужники, но и засовывать в них всяких идиотов, которые лезут ко мне. Или вы думаете жизнь в деревне и в шапито была мирной?

С несколько секунд мы мерили друг друга прищуренными взглядами.

А потом темноволосый хмыкнул, хлопнул меня по плечу и сказал русоволосому:

- Вроде он неплох.  - и снова повернулся ко мне, - Как тебя угораздило?

- Сам не рад, - скривился. - Все так ужасно?

- Ну почему же… Дари Камиль не худший вариант, вот только вся семья ей потакает… и если она скажет спать у нее в ногах или изображать собачку, придется это делать.

- А если захочет… любовных услуг?

Парни переглянулись и странно хмыкнули.

- Увидишь. Я - Зорр, - представился брюнет, - А это Карсий. Мы в личных слугах у старшего сына дарелла-пар Канилосс…

- Самого главного?

- Угу.

- А много всего… Канилоссов?

- ПарЫ, вдова бывшего главы рода, сестры дарелла-пара с семьями, шестеро детей, кузен по жениной линии… - начал деловито перечислять Карсий.

- Хватит, хватит… - я в притворном ужасе подняла руки. И спросила то, что меня волновало больше всего, - А… дар Квинт?

Обоих скривило - похоже и в этом мы найдем общий язык.

- Он тоже… в семье, - буркнул Зорр.

- А почему «дар», а не дарелл? - я совсем обнаглела - но мы уже углублялись в путаницу коридоров и я побоялась, что позже мне не предоставится такой чудесной возможности получить информацию.

- Ты  земляной, что ли? Бастард потому что…

- Дарелла Канилосса? - я уже запуталась.

- Старого дарелла Квинта, конечно, - Зорр разве что по лбу не постучал и произнес торжественно, распахивая хлипкую дверь. - Вот твоя комната.

Осмотрелась.

Ну, если сравнивать те места, где я спала раньше,  с европейским хостеллом, то это… четыре звезды, не меньше. Отдельная комнатка с крохотным оконцем, кровать с чистым бельем, даже сундук имелся для вещей и стул с колченогим столиком, на котором стоял кувшин и тарелка с чем-то,