Обручённые зверем. Часть 2 (СИ) - Серганова Татьяна

Шёлк приятно холодил кожу. Запахнуть и завязать узел на поясе. Надо же, руки совсем не дрожали.

Повернувшись в сторону служанки, которая вошла в спальню, я громко, стараясь перекричать музыку, произнесла:

— Позавтракаю на кухне. Хочу блинчиков с джемом. Надеюсь, вы успеете приготовить, пока я буду в ванной?

— Да, госпожа.

Кивнула ей и отправилась в ванную. Последняя пара шагов и щелчок закрывающегося замка.

Включить воду. Максимально горячую, но не кипяток.

Замерла у зеркала, вглядываясь в собственное отражение. Провела пальцами по шее, повернула голову чуть в сторону, изучая небольшой синяк.

Омару всегда был темпераментным и страстным. И, несмотря на показательную холодность, оборотень не всегда мог контролировать свои эмоции.

Я и не я.

Глаза какие-то больные, злые и лицо словно маска, сухие губы, скривившиеся в ядовитой усмешке.

Он яд. И его желания тоже яд, убивающие, сжигающие.

Я считала свое решение спасением. Наивная дурочка, зацикленная на себе и своём горе, не понимающая, что именно собираюсь сделать.

Взмах рукой, легкий звон и изображение пошло трещинами и царапинами, после того как я запустила в него флакон с духами. Еще раз — и осколки посыпались вниз, прямо на подставленное мною полотенце. Такие яркие, переливающиеся. И моё лицо, размноженное в десяток раз, как карикатура на прошлую я.

Осторожно взяла в руки один из них, вздрогнув, когда острый край рассёк кожу на пальцах и первые капли крови окрасили ванную.

Больно?

Возможно. Но это даже не сравнится с той болью, которая терзала моё сердце и душу.

В воду залезть тоже было нелегко.

Как же горячо. Задержала дыхание, глотая накатившие слёзы, и сильнее сжала осколок, который еще больше впился в кожу.

Подавшись вперёд, закрыла кран и замерла, собираясь с силами. За дверью продолжала греметь музыка, это хорошо. Значит, никто не хватился и не бросился на спасение.

Решилась и с трудом смогла проглотить рвущийся наружу стон, прикусывая губы. Резкая боль и кусок зеркала упал из ослабевших пальцев прямо в воду, которая уже окрасилась вокруг меня в розовый цвет. И с каждой секундой этот цвет становился все темнее и насыщеннее.

А я улыбалась сквозь слёзы, застилающие глаза. Мне удалось обхитрить модифицированного. Удалось вырваться из его лап.

И я улыбалась. Впервые за столько дней я улыбалась.

Потеряла сознание я довольно быстро. Раз и темнота. Чёрная, тягучая, страшная. И света в конце тоннеля мне пришлось ждать долго. А когда он наконец появился и начал приближаться на невероятной скорости, я неожиданно поняла, что это волк.

Огромная такая мохнатая зверюга, которая неслась ко мне на бешеной скорости.

— Уйди! Уйди! — взвизгнула я, путаясь в подоле неизвестно откуда взявшегося платья и пятясь назад. — Уйди от меня! Я больше не принадлежу тебе!

А он уже рядом.

В прыжке бросился мне на грудь, свалив на пол и придавливая сверху. Оскалившаяся морда застыла всего в нескольких сантиметров от меня, угрожающе рыкнув.

— Нет! Нет!!!

Волк призрачный, голубой, как свет луны. А вот глаза у него ярко-оранжевые, янтарные. И такие человеческие.

— Не хочу! — зарыдала я. — Пусти! Пусти меня!

— Моя! — пророкотало откуда-то и волк, подняв голову вверх, взвыл, оглушая.

Нет, это не может так закончиться. Не может. Омару не может достать меня здесь. Даже он не властен над смертью. А я мертва! Мертва!

Но у хищника на этот счет были свои планы.

Он вновь взглянул на меня и начал растворяться, пока не превратился в неясную дымку. Неужели вышло? Но стоило мне вздохнуть с облегчением, как она пришла в движение и рванула прямо мне в грудь, там, где было сердце.

Я вскрикнула, выгибаясь дугой, и задрожала от боли, внезапно осознав, что сбежать не получилось.

«Кейт… что же ты… Дура! Дурочка! Дыши, глупая! Всё равно не отпущу! Дыши!» — слышался голос на краешке сознания.

Совсем другой, непривычно глухой и взволнованный.

Очнулась на следующие сутки в больнице. И первое, что я увидела, открыв глаза — тяжелый взгляд модифицированного, стоящего надо мной.

И всё изменилось.

Вздрогнув, я проснулась и долгое время лежала, разглядывая потолок своей новой квартиры.

Снова волк. Снова!

Даже после смерти Рейф не оставляет меня.

Ошибка? Игры обезумевшего разума? Я не знала, но кое-что мне всё-таки было понятно. Мне обязательно надо было попасть в усыпальницу Омару! Жизненно необходимо!

— 18-

Спать было мягко, уютно и тепло. Словно на маленьком облачке… только рокочущем.

Тук-тук… тук-тук… тук-тук…

— М-м-м, — прошептала чуть слышно, теснее прижимаясь к источнику тепла и спокойствия.

И этот стук совсем не мешал и был похож на ритм сердца.

— Ой!

Я дёрнулась в сторону, едва не свалившись с сидения, но чужие руки заботливо поймали и усадили на место.

— Доброе утро, Мари, — улыбнулся Стив, на которого я так опрометчиво залезла во сне.

Мы всё ещё куда-то ехали в машине. Уже рассвело. За окном всё тот же зимний пейзаж — деревья, усыпанные пушистым снегом, и серая пелена сумрачного неба.

— Доброе, — промямлила в ответ, осторожно отодвигаясь в сторону. Никаких резких движений, медленно и плавно.

Эйо внутри зашевелилось, расправило крылышки или лапки, точно не знаю, какие конечности у него были, зевнуло и снова потянулось к хозяину. Пришлось сопротивляться.

— Ты знала, что сопишь во сне? — вдруг спросил Стив и уголки губ приподнялись в ленивой усмешке.

— Что? — осеклась я, оставляя попытку привести волосы в порядок.

— И разговариваешь.

— Я не разговариваю, — возмутилась в ответ. — И уж точно не соплю.

— Но я-то слышал. И это было довольно мило. Мне понравилось.

— Это неправда.

Стив улыбнулся еще ехиднее, чуть подаваясь ко мне, от чего сердце бешено забилось.

— Рассказать, о чём ты шептала во сне?

И почему мне во всём видится сексуальный подтекст? Даже сейчас. Особенно сейчас. И дело не только в вопросе, взгляде и тембре голоса, который опустился ниже, став чуть хриплым, обволакивающим. Дело в нас самих. В салоне внезапно стало так тесно и трудно дышать и даже про водителя забыли, словно его и не было, а просто мчались по заснеженной дороге наедине.

— Не думаю, что это хорошая идея, — ответила ему немного нервно и снова отползла, упираясь боком прямо в дверцу.

— А я настаиваю.

И снова движение в мою сторону, всего на пару сантиметров, а я уже задыхалась.

Рука, лежащая на спинке сидения, чуть сдвинулась, касаясь моих волос, пропустила прядь через пальцы и почти сразу отпустила.

— Ты мечтаешь о панкейках с апельсиновым соусом и кружке ароматного глясе.

— Д-да? — совершенно искренне удивилась я, сглотнув.

— Да. Ты именно так и сказала, — отодвигаясь назад, заявил Стив с совершенно непередаваемым выражением на лице, потом вдруг снова улыбнулся и хитро так поинтересовался: — А ты о чём подумала?

— Я? Ни о чём!

— По глазам вижу, что о чём-то неприличном.

— Нет!

— Тебе что-то снилось, Мари? — продолжал вгонять меня в краску оборотень. — Или кто-то? Может быть я?

— Не выдумывай, — отворачиваясь к окну, пробурчала я и скрестила руки на груди. — А куда мы едем?

Деревья сменились небольшими домиками пригорода, а там впереди виднелись высотки приближающегося города.

— Это Анден, — ответил Стив.

Ага, насколько я помнила, это первый крупный город от зоны обитания модифицированных.

— И зачем мы здесь? — изучая мелькающие вывески, поинтересовалась у него.

— У меня тут квартира.

Кто бы сомневался.

— И что? У меня тоже есть квартира. Правда, не здесь, — многозначительно добавила я.

Тихий смешок за спиной.

— Мы не можем пока вернуться. Анден более лоялен и дружелюбен к модифицированным. Здесь совсем нет радикалов и к оборотням относятся иначе.