Записать на память - Ния Орисова

так же. Мы быстро перекусили и отправились по тоннелю дальше. Кимрэй остановился и я, выглянув из-за его плеча, чтобы понять причину остановки, у нас появился выбор. Предстояло решить куда идти, направо или налево. Я слышала, что при прохождении лабиринта существует правило правой руки, в таком случае есть шанс выбраться из него, но это пещеры и скорее всего, правило не работает.

— Куда сейчас?

— Насколько помню, то выход располагается с правой стороны. Проблема в том, что там не пройти. Этот обвал не первый, придётся свернуть в левый коридор.

Я услышала сомнение в его голосе, но разве у нас есть выбор. Вскоре я потеряла счёт поворотам, Ким вёл меня, держа за руку, и это вселяло в меня уверенность на благоприятный исход. Еда закончилась, а с водой нам повезло, мы нашли стену, по которой стекал тонкий ручеек. Около неё мы задержались, вдоволь напились и набрали полные бутылки. Я потеряла счёт времени, блуждая в этих коридорах, и надежда стала покидать меня всё больше заполняя душу отчаянием.

— Мы не выберемся отсюда.

— Выберемся.

— Не ври, — слёзы текли из глаз, и я размазывала их по щекам. — Мне не пять лет, и я давно перестала верить в сказки.

— Не верь сказкам, а мне верь.

Он зажал моё лицо между своих ладошек, чтобы я не смогла отвернуться и смотрела на него. Ким наклонился и поцеловал меня, я стояла, не пытаясь вырваться, не понимая, что происходит. Я же грязная, растрёпанная и зарёванная как меня можно такую целовать, но это помогло отвлечься от мыслей о смерти, и я ответила. В какой-то момент поняла, что мне мало его поцелуев, но Ким отстранился.

— Выберемся отсюда, и я тебя не отпущу, ни за что не отпущу.

— Я согласна.

Это был переломный момент, точка отсчёта, когда я изменилась и повзрослела, это не может быть концом, поэтому я шла за Кимрэем, больше не допуская чёрные мысли.

Механически передвигаясь, смотрела под ноги. Идти становилось всё трудней из-за большого количества обломков камней.

— Кажется, мы выбрались.

— Что? — я не поверила сказанному. — Повтори.

— Выключи фонарь.

Свой он уже выключил, я послушно погасила фонарик и увидела свет в конце тоннеля. До выхода мы бежали, а выбравшись из темноты, я прыгала, кричала, целовала Кима и снова прыгала, закончился этот кошмар. Теперь Ким мог отправить опознавательный сигнал и активировал маячок, для определения нашего местоположения, который глушили стены пещеры и скоро нас заберут. Мы почти неделю бродили внутри горы и, выбравшись из неё, Ким собирался отправиться поискать воду, я не отпустила, побоялась остаться одной, а иди вместе с ним, сил не было, и никакие уговоры не помогали.

— Потерплю до прилёта спасателей, только не уходи.

Это стало самым большим моим страхом, что он уйдёт, и я останусь без него. За нами прилетели через четыре часа и оказали необходимую помощь, я не отходила от Кима, а он отслеживал всё, что делали со мной, как обрабатывали раны, ставили необходимые прививки и кормили едой. Оставшееся время полёта посвятили рассказу о том, как мы выжили в пещерах. На туристической базе нас уже ждали.

— Кайси!

Элика налетела на меня как ураган, обнимая и ощупывая, совершенно не смущаясь того, что на нас смотрят.

— Они не хотели вас искать, — она ткнула пальцем в направлении спасателей. — Их отговорки я слушала неделю.

Говард хмыкнул, пряча улыбку.

— Ты чего это, — Элика пихнула его локтем в бок.

— Я ничего, а о том, как ты их уговаривала отправиться на поиски, можно песнь сложить.

Элика перевела внимание на Кима.

— Спасибо за Кайси. Всё это время мне твердили, что если кто и сможет выбраться из-под завала, так это ты.

Она потянула меня за собой, и я пошла за ней, чтобы вымыться и переодеться, но постоянно оглядывалась на Кима. Ведь он не исчезнет, ему тоже надо привести себя в порядок. После того как смыла с себя тонну грязи, меня ещё немного покормили и затребовали рассказ о блуждании в темноте. Как поэтично Элика выразилась о поисках выхода из пещер. Так я могу сказать о своей жизни, только сейчас открыла глаза, чтобы увидеть, как удивительно прекрасен мир.

— Пока ты лазила по пещерам, мне пришлось связаться с отцом. Я надеялась, что он сможет повлиять на этих спасателей.

— В результате, — она тяжко вздохнула, — мне приказано возвращаться домой, так что летим на Онэвию. Команда собралась, ждали только тебя. Решай, полетишь с нами или наш договор подошёл к концу.

Я растерялась, так как не могла принять решение, не поговорив с Кимрэем.

— Я не знаю.

Элика поняла мои сомнения.

— У тебя есть время до завтра. Мы вылетаем в три часа после полудня, а сейчас отдыхай.

Я походила по комнате, полежала, посмотрела в окно, и уснула сидя в кресле, наблюдая за входящими на территорию туристического комплекса, он не пришёл. Солнце давно взошло, а решение так и не принято.

В дверь постучали.

— Войдите! Открыто!

Мне должны были принести завтрак, но это был тот, кого я так ждала.

— Кимрэй, рада тебя видеть.

Я вела себя более чем сдержанно, хотя хотелось броситься ему в объятия.

— Точно рада?

Я не выдержала и позволила себе то, что хотела, обняла и поцеловала.

Следующий стук в дверь известил о том, что принесли заказанную еде. Пока я завтракала, Ким рассказывал, что устал отвечать на вопросы.

— Мне пришлось написать целый опус на тему как быть, если оказался под обвалом. Кайси, — неожиданно он встал около меня на колени, — я знаю обычай людей, но хочу сделать тебе предложение по традиции моего народа, — он достал из коробочки, которую всё это время вертел в руках широкий ажурный металлический браслет. — Я из расы долгожителей онэев.

Моё сердце радостно забилось, пускаясь вскачь, как я раньше не догадалась проверить его на принадлежность к расе онэев, если мне предстоит пережить его, то ненамного.

— У нас принято предлагать любимой женщине разделить жизнь и вечность на двоих. Если ты согласна, то обещаю, что не предам твоего доверия, и сколько бы лет нам не отмеряно, всегда буду рядом.

Если я не догадалась посмотреть на Кима рассеянным зрением, то у него такой необходимости не было, а такая простая проверка как расфокусировка со мной не работает. Протянула левую руку.

— Я согласна, но знай, что терпеть меня придётся до конца жизни, ведь я тоже онэй.

Радостная улыбка после моего согласия, сменилась недоумений. Он защёлкнул на протянутой руке браслет, поцеловав пальчики.

— Не думай,