Дженнифер Эстеп - Поцелуй холода

Но я не могла сбежать с урока, так что я открыла нужную страницу.

— Так, — добавила профессор Метис, — вы знаете о жнецах хаоса, которые служат злому богу Локи, и вы так же знаете, как они столетия назад пытались поработить всех людей. Это привело к длинной кровавой войне хаоса, которая почти разрушила весь мир. В конце концов, члены пантеона объединились, чтобы бороться против Локи и его жнецов. Ника, греческая богиня победы, победила Локи в дуэли. Она и другие боги изгнали его в магическую мифологическую тюрьму, которая находится далеко от мира смертных.

Метис переводила взгляд с одного ученика на другого, чтобы убедится, что все внимательно слушали.

— Мы так же уже говорили и о том, что жнецы пытаются освободить Локи, чтобы бог мог снова начать вторую войну хаоса…

Пока профессор вела свое занятие дальше, я снова подумала о Жасмин Эштон и о том, что она была жнецом, так же как и остаток её семьи. Прежде чем она умерла, Жасмин рассказала мне, что в Академии есть и другие — и от этой мысли мой желудок сводило судорогой даже сейчас. Было уже скверно знать, что жнецы вообще существуют. Ещё более страшно было понимать, что ходишь с ними в школу и не знаешь, кто они — или когда они попытаются кого-то убить.

Вообще, это жнецы были причиной того, почему мы ходили в Мифическую Академию. Школьники были потомками воинов от начала мира, которые помогали победить Локи. Мы были здесь на тот случай, если бог когда-нибудь освободится. Все школьники Мифической Академии с рождения учились применять свои способности и магию правильно, чтобы с их помощью сражаться с жнецами.

Конечно, я не была таким воином как другие — не по настоящему — но у меня была своя магия: моя психометрия, которую мне подарила сама Ника.

Я только совсем недавно узнала, что все мои потомки так или иначе служили Нике, включая бабушку Фрост и мою маму Грейс. Поэтому богиня подарила нам магию, и это делало нас цыганами. Моя бабушка объяснила мне, что существуют и другие цыгане, другие получившие от богов магию, но я не встречалась ни с одним из них. Я даже не была уверенна, хочу ли я этого вообще. Не все цыгане были хорошими — некоторые из них были такими же злыми, как боги, которым они служили.

Ника даже выбрала меня чемпионом, и я пытаюсь сохранить традицию моей семьи, не имея ни малейшего понятия, как позаботится о том, чтобы с другими и со мной не случились скверные, очень скверные вещи.

— … чем больше вы знаете о существах, которых используют жнецы, тем лучше вы можете защитить себя и ваших любимых, — закончила Метис вступительную часть своего урока.

Я отодвинула свои беспокойные мысли в сторону и сконцентрировалась на пояснениях Метис. Следующие полчаса Метис говорила о монстрах — о большом количестве проклятых монстров, о линдвормах, василисках, драконах, снежных людях, даже об огромных птицах, которых называли чёрная птица Рух. Она называла их всегда существами, чем хотела показать себя политически корректной или что-то в этом роде, но, в действительности, это были монстры. Все с клыками, длиннее чем мои пальцы, и огненным дыханием были определённо монстрами.

— На следующей странице мы видим интересное существо — волк Фенрир, — сказала Метис.

Бумага зашелестела, когда все перевернули следующую страницу, которую украшал рисунок тушью огромнейшего волка, которого я только когда-нибудь видела. Всё у него было просто большим -

большие глаза, большие лапы, длинный хвост и, конечно, большие-большие зубы и когти. Ведь, что бы это был за монстр, если бы не мог разорвать на части и разгрызть кости.

— Эти волки, потомки Фенрира, самого первого огромного волка, который сражался на стороне пантеона в войне хаоса, — сказала Метис. — В течении лет жнецам удалось, переловить почти всех волков, но некоторых из них можно найти и сегодня в дикой местности, в том числе и здесь, прямо в горах северной Каролины.

На одно мгновение рисунок на странице зашевелился, и волк из туши повернул голову, и пристально посмотрел на меня. Чёрная тушь, казалось, течёт сначала вниз, потом снова на верх. Я поняла что монстр улыбается — и при этом показывает каждый свой острый как игла зуб.

По моей спине пробежал озноб, и я отвернулась. Иногда мой дар цыганки сходил с ума и показывал мне что-то, чего по настоящему не было, даже если я не притрагивалась к предмету.

Или, может быть, моё воображение сегодня сильно разыгралось. Во всяком случае мне нужно было сдержаться, чтобы не захлопнуть книгу, и не бросить ее через всю комнату.

— Что вам нужно обязательно понять, это тот факт, что существа злы не от природы. — Нежные зелёные глаза Метис скользили от одного ученика к другому.

— Жнецы столетиями меняли их, заключали в неволю и издевались, пока они не превратились во что-то совершенно иное.

— Даже Немейские охотники? — спросил Карсон передо мной.

— Даже охотники, — ответила Метис.

— Помните всегда, что их хотя и натаскали, чтобы убивать, но, в конце концов, у них есть и свобода воли, как и у всех нас. Иногда происходит так, что охотники, волки и другие существа, обращаются против жнецов. В конечном счете, это зависит от самих существ, кого они слушают и как поступают. Даже боги не могут заставить людей или существ что-то сделать. У нас у всех есть свобода воли — мы сами решаем, какими людьми мы станем и что сделаем в жизни.

Свобода воли? Как бы не так. Ухмыляющийся волк Фернир в моей книге по истории, казался мне довольно злым, так же как и другие монстры. Мне было всё равно, была ли у них свобода воли или нет.

Метис попросила нас снова перевернуть страницу, и стала говорить о следующем мифологическом кошмаре. Монстры может и не были моей любимой темой, но я вслушивалась в каждое слово профессора и делала тонны заметок. Когда я только начала здесь учиться, я ненавидела мифологическую историю, но сейчас это был мой любимый предмет. В начале школьного года я ещё думала, что не имею никакой связи с детьми-воинами. Но теперь уже знала, что это было не так — и что я хотела стать такой как они.

Может быть это потому, что моя мама была полицейской и её жизнь заключалась в том, чтобы помогать людям. Может быть, это было связано с тем, что она и бабушка Фрост еще до меня были чемпионами Ники. Или, вероятно, это было то, что я слышала и видела с того времени, как начала ходить в миф-академию.

Но я хотела стать настоящим воином, такой же как и другие ученики. Я хотела стать такой же свирепой, сильной и храброй как они, как моя мама и бабушка были когда-то.

Я хотела защитить мир и всех в нём от жнецов и Локи, и монстров.

Я хотела с моим цыганским даром достичь большего, даже если ещё точно не знала, как эти великие дела будут выглядеть — и как мне с ними вообще справиться.