Личная помощница для демона (СИ) - Лав Амалия

Оргазм не заставляет себя долго ждать и прошибает меня сладким током, слышу полустон Георга и чувствую, как он бьется об меня как отбойный молоток. Слышу шлепки наших тел. Еще один стон Георга, и он изливается в меня по традиции.

Я ослабеваю как матерчатая кукла и, мне кажется, будто бы глобус весь озарен этой алой энергией.

Меня одолевает какая-то слабость, я едва хватаюсь за стол руками чтобы не упасть. Судя по Георгу, что также держится об стол и судорожно переводит дыхание — он чувствует себя также.

Снимает с меня маску, обычный мир, знакомый кабинет сначала режет глаза своей яркостью, но я замечаю глобус. Он будто бы светится от переполняющей его энергии.

— Это?

— Мы напитали его, энергия огня — это энергия секса, или злости. Мы хорошо его напитали, ты молодец, — отвечает Георг. — Можно было, конечно, просто поработать со свечками, но согласись, это куда интереснее?

— Теперь, он снова опасен? — шепчу я.

— Нет, — внезапный мокрый поцелуй в шею, от чего я улыбаюсь и поднимаю её, давая ему место для поцелуев, ласк, укусов и чего он захочет.

Он проходится несколькими поцелуями снизу вверх и останавливается у моего уха от чего по телу снова проходят приятные мурашки.

— Мы его зарядили, теперь нужно облечь это в магию. Ты станешь отличной ведьмой, моя девочка.

— Ты хочешь сделать меня ведьмой? — глупо повторяю я его слова.

Отодвигается, теперь я вижу его лицо и черные от страсти глаза.

— Я хочу сделать тебя своей, окончательно, а не на ближайшие пару десятков лет, а для этого ты должна будешь отказаться от всего человеческого, включая короткий век жизни. От родителей, от друзей, от твоего желания быть доброй для всех, от назойливых мыслей и твоих исканий никому не нужной правды. Так что да, я хочу сделать тебя ведьмой.

У меня перехыватывает дыхание, не от предвкушения а от страха.

Часть 18

Дверь открывается и в дом входит женщина низкого роста, с жидкими темными волосами, острым лицом.

— Проходи, — улыбается ей Георг.

Я же стою рядом, разглядывая её ни живая ни мертвая. Георг о чем-то совещается с женщиной, затем мне улыбается, и я отвечаю кривой натянутой улыбкой. Не знаю, замечает ли он моё смущение, но он просто уходит, оставляя меня с ведьмой наедине.

— Итак, я Алексис, — говорит она и присаживается на светлый диван напротив меня. Я тоже сажусь, понимаю, что мне безумно жарко и взяв на столе пульт от кондиционера включаю его на полную мощность.

— Я не знаю, что сказать, — честно говорю я.

— Тогда я начну, ты хочешь узнать, как превратится в ведьму?

— Узнать, да, хочу, — делаю акцент я и ведьма оказывается умной.

— А стать ли, еще не решила? Странно, задача от Георга была помочь тебе начать превращение.

— Насколько я могу быть откровенна с вами? — спрашиваю я. Алексис моргает неловко поправляет темную прядь волос.

— Можете, я не буду передавать наш разговор вашему Хозяину, — говорит она. Киваю, хотя и не уверена в её честности, но все же я не пытаюсь сказать чего-то крамольного.

— Я не уверена в том, что хочу быть ведьмой.

— Да вы что? Это великий дар! — округляет глаза собеседница.

— Я знаю правила, я слышала об этом очень давно, но все же — ведьма теряет способность любить, ведьма теряет контакт с близкими? Это так?

— Ведьма не теряет контакт, они просто её забывают, будто её никогда не было, — усмехается она. — Ты остаешься в памяти только тех, кто сам обладает силой. Я вас запомню, Георг тоже, а вот родители, или родственники, друзья, враги — все забудут. Вы начнете жить заново.

— Я не уверена, что хочу чтобы меня забыли… Поймите, я отдала Георгу своё время, я провожу его так, как он мне приказывает таков был уговор. Я отдала ему свою верность, хотя мне даже предлагали выкупить у него. Я отдала ему своё тело, — я запнулась, кажется, я стала слишком откровенна с ней, но она закивала, прося продолжить мысль. — Я никогда не была с мужчиной так быстро близка. Все что осталось от меня, самой меня — это моя душа и память обо мне. Но если я потеряю даже память о том, какой я была до него — разве я не потеряю свою душу? Я вообще собой останусь?

— Став ведьмой ты вообще прекратишь быть собой, — замечает Алесис. — Это как в коконе сомневаться хочешь ли ты становится бабочкой. Ты изменишься да, ты потеряешь саму себя, твоя личность прекратит существовать, но появится другая. Сильная и бессмертная.

— Бессмертная? В смысле?

— Милая, а ты так и не поняла? Если ты станешь ведьмой, ты будешь неуязвима и вечно молода. Правда никогда не сможешь иметь детей, твое тело будто сохранится в этом состояний. Никой менструации, никаких морщин, старости, больной голов. Георг пытается дать тебе вечную жизнь, и я думаю, он хочет, чтобы ты провела её с ним. Ни одной рабыне при мне не предлагали вечную жизнь. И уж тем более ни одна рабыня при этом не кокетничала что не хочет.

Стоп. Об этом он не говорил. И никто не говорил. Ведьма бессмертная? Значит, я буду должна ему вечность и даже не могу умереть?

— Погодите, — я встаю с диванчика и холодный ветер кондиционера щекочет мои волосы. — Вы хотите сказать, что… он хочет, чтобы мы были вместе всегда?

— У людей это называется брак, да, милая. Кажется, он именно тебе и предлагает. Я даже немного завидую, иметь такого сильного супруга. Такого влиятельного мужчину заграбастать за сколько ты у него? Пару недель?

Я глупо оседаю на том же диванчике, лицо покрывает краска, сердце стучит безумный африканский ритм, я не знаю, что и думать, и чувствовать.

— Поскольку у тебя уже есть сила, то никаких особых премудростей постигать тебе не надо. Тебе нужно только принять её и совершить небольшой ритуал на природе. По сути — просто клятва. После которого ты месяц будешь обращаться в ведьму, постепенно тебя начнут забывать. Когда луна пройдет полный цикл твое обращение закончится.

— И как принять силу?

— Сразу же отправляйся туда, где бушует природа и где будет видна луна. На реку, к пожару к чему угодно, стихия не важна она лишь передаст от тебя сообщение, а тебе оставит небольшую вещицу, это может быть ветка, цветок — что угодно у меня это был крайне вонючая болотная водоросль. Это талисман, словно договор у людей. Если ты порвешь его, это будет нарушением твоего слова, ритуал сорвется. При этом, люди вокруг как будто сойдут с ума и будут желать порвать твой талисман, уговаривать тебя, умолять это сделать. Тебе надо его защищать от нападок, тем самым, ты сама себе будешь доказывать свою решимость. Так что в целом, твое обращение займет около пятидесяти дней. Один раз не используешь силу, отчитывай пятьдесят дней заново, не сбережешь талисман — силы не будет. Поняла?

— Да, вроде бы.

— Я запишу какой ритуал нужно сделать, а ты начинай использовать силу уже с сегодняшнего дня и отбрось все сомнения. Такой шанс выдается раз в жизни! Что может быть ценнее? Твоя детская дружба? Родители, учителя школьные — разве они могут быть важнее чем брак с одним из сильнейших демонов? Чем сила, которой ты сможешь разрушать целые города? Ну, если захочешь, — добавляет она, заметив, как переменилось моё лицо.

Когда ведьма уходит, я медленно выхожу из гостиной и иду в его кабинет. Он восседает за столом погрузившись в бумаги и выписывает что-то на отдельном блокноте перьевой ручкой. Меня они раздражают, ведь режут бумагу, но Георгу нравились именно они.

— Побеседовали? — спрашивает он, не отрываясь от занятия.

— Она сказала мне как это сделать, говорит, займет около пятидесяти дней.

— Хорошо, ты сделаешь это?

Он спрашивает. Впервые он об этом спрашивает, возможно, я могу отказаться?

— Я должна понять, — начинаю говорить я. — Я думала, что ваша задумка с тем, чтобы сделать меня ведьмой была в том, чтобы усилить мои способности. Но, разговор идет о том, что ведьма остается… что она как будто фиксируется в одном состоянии и становится бессмертной. Зачем вы пытаетесь сделать меня бессмертной? Вы хотите, чтобы я служила вам вечность?