Невеста под конвоем (СИ) - Бер Власта

И лорд, похоже, тоже что-то услышал.

Потому что его рука сжалась еще сильнее.

— Мы просто хотели искупаться… - зачем-то начала оправдываться, словно это могло мне помочь.

— Дома мне все расскажешь, - отчеканил Хилл, все еще тыкая мне, и потащил к своему коню. А потом усадил на него сверху, и сам сел сзади, прижав так, что я едва дышать могла. Я притихла, понимая, что лучше пока не рыпаться. А то с него станется за ногу к седлу привязать и протащить таким образом к особняку.

Но было очень-очень страшно.

Потому что лорд добавил, уже мне на ухо.

— Запомни. Я твой жених. И только я могу делать с тобой то, что захочу.

Глава 23. Утро добрым не бывает

Никогда.

Никогда больше не буду столько пить.

И ржать.

И пить.

И…

Так, что там было дальше? Не помню…

Бедная моя головушка и нервы…

Ах да, замуж тоже больше никогда не соберусь. Замуж - это зло, особенно если твой жених сноб, бабник и гадкий лорд, который тебе не доверяет, а вот своей любовнице - пожалуйста.

И особенно, если этот жених - из другого мира. Это, кстати, еще один огромный гвоздь, забитый в крышку гроба с нашими отношениями.

Я представила молоток, бьющий по гвоздям, настолько явно, что в голове застучало и заболело с удвоенной силой… а, нет, это в дверь стучат.

— Войдите, - сказала слабым голосом.

В спальню осторожно зашла служанка с подносом, посмотрела на меня с некоторой опаской - я же ничего такого не натворила? не? - и споро переставила на прикроватный столик кувшин с водой, бокал с чем-то розовым и густым и небольшой чайничек.

— Лорд Якобсон передал вам порошок… специальный, - кивнула она на бокал и быстренько убежала.

Я осторожно пригубила сладковатую и приятную жидкость и тут же выпила ее залпом, чувствуя, как мне сразу становится легче.

Божечки, какой мужчина! И пить умеет, и от похмелья лечить… Ну вот почему не он мне в мужья достался, а? Обходительный, явно ко мне не равнодушно дышащий, красивый и вообще… доктор. Лечит людей, а не калечит. Я бы может тогда и не выдумывала, как бы мне сбежать побыстрее…

В голове вспышкой пронеслись воспоминания, как мы сидели на берегу озера и чем это закончилось. Точнее, не закончилось - потому что появился лорд Хилл и…

Прижала руки к лицу и застонала.

Божечки, там же такая жуткая сцена была! Голый Седрик… м-мм, голый и прекрасный…

Разъяренный лорд… Кстати, что он там говорил? Что Седрик на самом деле предупредил его, что утешать меня поехал? То есть это все было не по своей воле, а потому что лорд попросил?

Злиться на доктора не получалось - на Хилла проще было. Тоже мне, сам не ам - и тебе не дам, и…

Уставилась на голую грудь, с которой соскользнула простыня.

Почти голую - на мне была только нательная сорочка, которую на меня нацепили вчера перед приемом и в которой я купаться собиралась.

А вот кроме сорочки - ничего. Ни корсета, ни панталончиков, ни чулочков…

Та-аак. Вспоминай, Ниночка.

События прошлой ночи упрямо не желали восстанавливаться, особенно после появления жениха. Не помню, как мы добрались домой, но, кажется, светской беседы у нас не вышло. Помню только, что от быстрой езды на его коне меня чуть не стошнило.

И в дом мы попали не с главного входа, а незаметно пробрались через какую-то узкую калитку. Я еще особняк не узнала и спросила, куда это он меня притащил и не собирается ли прямо здесь убить? Помню, как нехорошо сверкнули глаза Хилла, и я заткнулась, чтобы не провоцировать сухаря с маниакальными наклонностями.

Но молчать мне удалось не долго. Кажется, я сопротивлялась и обзывалась, и тогда меня просто скрутили, взвалили к себе на плечо и поволокли в дом.

А когда я, в желании задеть лорда побольнее, ляпнула, что он сам виноват, раз его лишенная мужского внимания невеста по другим бегает, маршал снял меня с плеча и так посмотрел… не помню как, но было страшно.

А потом… что потом? Кажется, он меня поцеловал, или хотел поцеловать… или укусить за губу. Хотя, нет, стоп. За губу как раз укусила его я. Но он-то первый начал… целоваться? Или я первая начала? Не суть. Может мне это вообще все привиделось на пьяную голову. Кажется, он взбесился еще больше. И потащил меня в спальню со словами, что он мне сейчас покажет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А дальше?

Что противный лорд Хилл сделал, когда заволок меня в спальню?

Провал…

Я на всякий случай оттянула сорочку, осмотрела грудь на предмет повреждений, поерзала, пытаясь понять… ну, было или не было, и пришла к выводу, что, скорее всего, не было. Но поцелуй-то был?

Если да - как теперь не думать о том, что я целовалась с предателем и таскателем на помолвку любовниц?

Если нет… что это получается, я настолько ему отвратительна, что он даже целовать меня не хочет?

Вздохнула.

Вообще не об этом стоило думать.

А о том, что Хилл - жуткая сволочь. Не поддержал меня, поверил всяким гадостям. Не нужен он мне вот ни разу. Ни как жених, ни как муж.

Ниннель сбежала - и я сбегу. Также как она, в другой мир - в этом от такого не скроешься, похоже. Осталось только воспользоваться всеми моими новыми знаниями и источниками информации - что-то подсказывало мне, что и дядя, и Седрик не откажут в ответах, если их завуалировать - и составить конкретный план побега.

Ну и исполнить его.

Встала, покачнувшись слегка, и отправилась в ванну. А после того как привела себя в порядок и оделась - опять в удобную одежду, а не вот в это вот все - вызвала служанку и потребовала завтрак а также передать записку опекуну.

С дядей надо было поговорить как можно быстрее.

Глава 24. Тайное оказывается не столь уж тайно

Как ни странно, оказалось еще довольно рано, а в саду - свежо. И пустынно. Уж не знаю, чем у них закончилась вчерашняя вечеринка, и остался ли кто ночевать, кроме родственников, но время и место для разговора я выбрала идеально.

А может и для некоторых признаний?

— Ниннель!

Вздрогнула.

Нервы ни к черту.

Обернулась к хромающему ко мне мужчине и вдруг поняла, что не знаю как его зовут. Все, что я запомнила из уст сухаря «лорд Дюкман», но разве так принято обращаться к близкому человеку?

— Дядя, - первое, что пришло в голову и прозвучало это как-то слишком жалобно. Я зашагала к нему навстречу.

— Ох… Моя девочка! Бедная моя… Как этот ничтожный северянин посмел тебя обидеть!

Обеспокоенное лицо опекуна располагало к тому, чтобы вывалить на него накопившуюся обиду и пожаловаться.

— Вы слышали, что случилось? - спросила я, и лорд кивнул осторожно, всматриваясь в меня.

— Милая моя, уверен, Лилиан тебя спровоцировала, ведь всем известно, какие у нее с Хиллом отношения, - поджал он неодобрительно губы. - Если бы я только мог предвидеть это…

— Не в этом дело, - мотнула головой в надежде, что хоть кто-то поверит в мою версию. - Там был какой-то серебристый сгусток, похожий на маленькое облачко. И голос я слышала из него, похожий на мой. Именно голос начал ее оскорблять. А мои руки, двигаясь без моего участия, влепили ей пощечину. Я в это время сама ничего не делала - стояла и наблюдала, не в силах остановить.

Опекун удивленно моргнул, а затем задумчиво нахмурился.

— По описанию очень похоже на пыльцу единорога - она способна создавать мощную иллюзию. Но как Лилиан удалось ее раздобыть? Она запрещена даже на юге, а последних единорогов видели еще до войны…

Я пожала плечами. Уж кто-кто, а я точно этого не могла знать.

— Возможно, поэтому лорд Хилл мне не поверил, когда я ему рассказала, - вздохнула я, жалуясь на гнетущую несправедливость.

Лорд Дюкман сжал трость от негодования.

— А я говорил тебе, какой скверный характер у этого Хилла! Ну, почему ты меня не послушала? Зачем сюда вернулась? Или у тебя ничего не вышло с тем ожерельем?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

На секунду я зависла, удивленно приоткрывая рот.

— Так это вы надоумили ее сбежать в другой мир? - спросила почти шепотом, уже не отдавая отчета, о чем говорю.