О каретах и тыквах (СИ) - Чернышова Алиса

В теории я должна завидовать ей, а не наоборот. Но почему-то, как это часто бывает, практика с теорией не совпадает.  

- Да, - донни отвернулась и шагнула вместе со мной к двери. Оная распахнулась, будто только того и ждала, и мы вместе ступили в бальный зал, утопающий в ярком свете.

Ну что, Золушка Элин, добро пожаловать на бал? Смотри там, не превратись по ходу дела в тыкву...

6

***

Ступая за донни и осматриваясь по сторонам, я невольно ловила себя на восхищённом трепете. Без шуток, бальный зал был роскошен - при условии, что вы любите масштаб и вычурность, но всё же. Огромное помещение, мерцающий пол, покрытый плитами из какого-то искристого минерала (на диво, не особенно скользкого), многоуровневые люстры с двух меня высотой, лепнины, фрески и позолота. И, пусть у светлых не всегда складывается с творчеством, нельзя не признать - они настолько отличные ремесленники, что это само по себе граничит с искусством (или, вопреки мнению тёмных ненавистников, является таковым). В архитектуре это проявляется особенно ярко: светлые Храмы, дворцы и прочие монументальные сооружения достойны восхищения, как в силу неповторимой игры со сферической геометрией и пространством, так и благодаря поистине филигранной отделке.

У нас такого не увидишь: Тёмная Империя - страна функциональности, однотонности и острых углов. Из колдовской традиции в архитектуру просочилась необходимость любое помещение проектировать так, чтобы оно подходило для простейшего ритуала вызова - отсюда любовь к максимально ровным поверхностям, чёткой геометрии, соответствию стен сторонам света и минимализму. И да, обычно мне нравится такой подход, но иногда, в порядке разнообразия, полюбоваться на роскошь и вычурность Светлой Империи - приятно глазу.

Не портила впечатление даже музыка: она пусть и была примитивна на мой избалованный вкус, но зато отличалась какой-то возвышенностью, хрустальной чистотой звучания, позаимствованной, очевидно, со светлых месс.

- Вижу, вам понравился бальный зал? - вопрос донни вырвал меня из размышлений.

- Это потрясающе, - сказала я откровенно.

- Да, - в её голосе проскользнула тень нетерпения. - Это наследие одного великого архитектора. И я бы с удовольствием обсудила сей вопрос предметно, но нам стоит сконцентрироваться на происходящем, не так ли?

Упрёк был справедливым: как-то я слишком увлеклась созерцанием. Влияние единорога, не иначе!

Тряхнув головой, переключилась на происходящее в комнате. Вовремя - мы, капусты-невесты, как раз принялись становиться у стеночки точно в ряд, как на боевом построении. Напротив нас то же самое делали потенциальные женишки (на них нормальная одежда - тёмные камзолы; нечестно!).

Я с любопытством пронаблюдала за их маневрами. И что теперь, интересно? 

- А что... - начала я.

- Не стоит, - отозвалась донни на грани слышимости. - Разговоры нежелательны. Мы ожидаем.

Что же, ожидаем так ожидаем: очевидно, без полного комплекта невест бал не начнётся. Прислушавшись к сердцебиению присутствующих, поняла, что пока нас до пункта назначения добралось шестеро. Интересно, живы ли остальные четыре девушки? Или чудные конкурсы поджидали на пути не только нас с донни? Мысленно пожелав сёстрам по несчастью выжить, я покосилась на женихов. Поскольку нас уже вот целых десять минут не пытались убить, мысли мои вернулись в колею, немного раздражающую, но вполне характерную для дев моего возраста.

Проще говоря, я стала думать о том светлом маге.

Интересно, он среди женихов? Должен быть, но с такого расстояния не понять. Мне кажется, что я чую на себе тяжесть знакомого взгляда, но - не играет ли со мной разум? Парни стоят далеко, маски бросают тень на глаза, потому даже не понять, смотрит ли на меня кто-то из них.

Но вот что делать, если - когда - я узнаю его? Пригласить ли на танец, или не стоит? С одной стороны очевидно: плохая идея. С другой - ну что изменится от одного танца, правда? Донни сказала - всё добровольно, уйти можно в любой момент. Но связываться со светлыми... ещё и это приглашение ни с того ни с сего....

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В общем, как вы понимаете, дилемма была та ещё. Во мне шла натуральная война холодного разума с юношеской придурью, причём линия фронта постоянно сдвигалась то туда, то обратно, и ни одна из сторон упорно не желала капитулировать. У меня даже сердце начало биться быстрее, а хвост заметался от волнения.

Непорядок.

Мысленно обозвав саму себя нехорошо и многоэтажно, я сосредоточилась на дыхании, очищая разум от лишних мыслей.  Коль уж мы всё равно тут торчим, как неповоротливые вешалки, то почему бы не помедитировать? Тем я и занялась, отстранённо отмечая происходящее.

Через минут пятнадцать нашу шеренгу пополнили ещё две девушки.

Через тридцать - ещё одна.

Одна невеста всё же не пережила естественного отбора. По крайней мере, я так думаю: никто, разумеется, в объяснения вдаваться не стал, да и без минуты молчания по безвременно почившему товарищу обошлось. Более того, стоило девятой девице стать в ряд, как музыка стала громче, торжественней, и мы двинулись вперёд, навстречу судьбе.

И неприятностям.

Я слегка ускорилась, чтобы успевать копировать движения других девушек, но первый танец был проще некуда: женихи и невесты медленно, как контуженные черепахи, кружили по залу, переходя от одного партнёра к другому. Причём никаких прикосновений! Регламент первого танца предполагал, что между телами партнёров остаётся шаг. Стоя вполоборота друг к другу, мы протягивали руки вперёд, чуть согнув. Ладошки невест смотрели вверх параллельно полу, левая рука вела. У парней, соответственно, зеркальная партия. Между нашими и их ладонями оставалось расстояние, достаточное для того, чтобы поместить там средних размеров яблоко.

Таким вот образом я покружила с пятью женихами, прикидывая, что дальше могу вообще не участвовать во всеобщем веселье: парней восемь, а девушек - девять. И в данном случае быть лишней - к лучшему...

- Вы всё же пришли, - знакомый голос, в котором звенела радость, прозвучал за пару мгновений до того, как я ощутила очень знакомый внутренний ритм, исходящий от следующего партнёра. Светлый шагнул ко мне, не сводя с меня сияющего взгляда. Интересно, он случайно подошёл чуть ближе, чем требуется? Ох, вряд ли...  

- Я всё ещё не хочу замуж, - сказала я. - Честно.

- Я помню, - он криво улыбнулся.

Мы медленно, как того требовали местные обычаи, подняли руки. Я с трудом подавила дрожь - по ладони словно бы пробежали крохотные белые молнии.

- Вы мне подходите - как я и думал, - сказал он тихо.

- Вы мне - нет.

Мы пошли по кругу.

- Жестоко, - усмехнулся светлый. - Разве можно быть столь прямолинейной, леди?

- Зато честно, - отрезала я. - Серьёзно, что вы ко мне прицепились? Уж простите, я не верю в любовь с первого взгляда.

- Я тоже, - усмехнулся он. - Но вполне верю в симпатию. А ещё верю, что порой даже первый встречный, на чей зов отозвалось твоё сердце, может казаться олицетворением чего-то.

- И что же я олицетворяю, дон?

Даже интересно, право.

- Свободу, леди, - его голос прозвучал неожиданно жёстко. - Свободу выбора, которую у меня забирают. 

Круг завершился, мы разошлись. Я криво усмехнулась. Да уж, этот светлый - мастер комплиментов... А вообще, конечно, я могу его понять, да. Просто помочь не могу, увы, ничем.

Ну, это я умом понимала. А сама всё следила за его фигурой краем глаза. С кем ещё заискрят молнии? Много ли у него подходящих девушек? Я заметила, что нашлась такая ещё одна, вот на ней он и женится, видимо... Отчего-то эта мысль погрузила меня в некую грусть. Я даже не сразу сообразила, что происходит, когда между мною и номером восемь заплясали те самые белые искры. Я бросила беглый любопытный взгляд на его лицо - вытянутое, весьма симпатичное, насколько можно рассмотреть, но очень уж портит печать высокомерия. Выражение на лице такое, как у распоследнего правого помощника левой пятки сто сорокового министра какой-нибудь захолустной изжопной дыры.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})