Александр Бромов - Высшее образование по-демонически

— Пашут, наверное, как черти, — недовольно ответили ей, перебив, — И тебе никто, Машка, не мешает, тогда и проблем со знакомствами не будет.

— Такие мальчики тусуются только с моделями, а не с дурочками вроде нас, — обреченно вздохнула та, что просила автограф, и грустно посмотрелась в зеркальце.

— Конечно, поэтому нечего голову ерундой забивать, — ответила самая здравомыслящая и добавила, — Но какие мальчики! Да, я бы тоже не отказалась.

— Но помечтать-то не запрещается!

— Девчонки, — решительно прервали поклонницу певцов, — а может, по пироженкам? Рабочий день-то закончился. В кафе и мечтать интереснее. Представляете, сидим мы, и вдруг….

Декан факультета ракетно-космической техники замешкался в дверях, заканчивая разговор, когда заметил двух молодых людей, идущих к выходу.

— Вот черт! — он резко подался назад.

— Антон, в чем дело? — удивился его друг, профессор Духов.

— Понимаешь ли, Марк, — перевел дыхание тот, — Ты все хотел посмотреть на моих родственников, — он кивнул головой в сторону коридора, — Есть великолепная возможность, если поторопишься.

Физик, выглянув, проводил глазами уходящих.

— И что они здесь делают? — спросил он.

— А если они меня ищут? — Антон вопросительно посмотрел на профессора, — Брат передумал и решил довести все до логического….

— Не городи ерунды, — поморщился Марк, — Срок давности давно истек.

— Нет у нас срока давности, — горько возразил декан, — Я опозорил не просто род, а весь дом. Ты куда?

— Ты видел, откуда они шли? Навести справочки, пока фифы не ушли, — отозвался его друг, — Жди.

— Так, слушай, — говорил он через десять минут, — Сии отроки подали заявление на… ты слушаешь?…твой факультет. Что ты так смотришь? По закону вероятности, это вполне возможно. А если это твой шанс получить прощение и вернуться на родину?

Ашурт мотнул головой:

— Бред собачий. Там глухое средневековье, откуда у них такие знания?

— Когда это было? Я их документы просмотрел. Сантос Алехандро Ромеро Марков, испанец по отцу, русский по матери, Алонсо Эрнесто Ортега Романов. То же самое. Гражданство наше есть, не подкопаешься.

— Хитро придумали, — усмехнулся Антон, — Что там еще?

— Ну, тут много чего, — Марк, не мелочась, выпросил «погонять» дела под личную ответственность и обещание тортика к чаю, — Талант на таланте. Победы в общеиспанских олимпиадах школьников по математике, физике и информатике, только за одни черные пояса и гонки на яхтах их с руками оторвут. Везде призовые места. Нет, ты представляешь, третий дан! Да Филатыч их на руках носить будет!

— А если подлог? — усомнился декан.

— Да первая же проверка все выявит! Антошка, а почему бы не поговорить с ними? — предложил друг, — Выяснить, что к чему?

— Пусть сначала поступят, — проворчал тот, — а там посмотрим.

— Да что ты боишься? — Марк возмущенно взмахнул папкой, — Давай мыслить логически. Если бы хотели отомстить, то давно бы уже отомстили. А это — обычные мальчишки!

— Дети Повелителей обычными не бывают, — ашурт пронзительно посмотрел на присвистнувшего друга, — Один из дома огня, ему около трехсот лет. Второй действительно очень молод, не больше ста, из дома воздуха.

— Ого! Откуда ты знаешь, что дети Повелителей? На них написано?

— Как тебе сказать, — Антон провел по лицу руками, — не так уж нас и много, чтобы не отличить, а в этих мальчишках, — декан усмехнулся, утрируя последнее слово, — чувствуется огромная сила.

— Я бы все-таки поговорил.

— А я бы подождал. Когда у них первый экзамен?

Мужественно отскучав на консультации и прорепетировав до ночи, математику демоны написали за пятнадцать минут и сразу рванули в концертный зал.

Сегодня первое выступление в этой стране. Как отнесутся к ним здесь? Судя по восторженно-завистливо-насмешливым взглядам, по-разному.

— Ты проверял, — спросил Шип-Колючка Ласайенту во время обеденного перерыва, — продажа тухлых помидоров и яиц не возросла?

— Щит поставлю, — немедленно отозвался йёвалли.

— Симон клянется и божится, что публика рвет билеты из рук, — хмыкнул Джуни, — У вас когда следующий экзамен?

— Русский через три дня, — лениво ответил лежащий на сцене Сантилли, не открывая глаз, — Лас, бросай свой интернет. Понятия не имею, что писать.

— Выезжай на вдохновении, — посоветовал Гном, — Наверняка будет свободная тема. Можно такую поэму написать.

Концерт собрал аншлаг. Певцов и музыкантов завалили цветами и никак не хотели отпускать, прося спеть еще. Демоны не стали отмахиваться, исполнив несколько песен вместе со зрителями. Потом появился озабоченный импресарио и на дикой смеси французского и английского попытался отвоевать уставших солистов. Не понятно как, но его поняли, вручив напоследок огромный букет роз. Симон растаял, и демоны еще немного пообщались с поклонниками.

— Нормальные люди, — говорил Вульф, — Ты ту красотку видел? Я почти влюбился. Божественные ножки!

— Ножки он разглядел, а кольцо на руке — нет, — Гном сверху вниз посмотрел на гитариста.

— Фигня, — отмахнулся тот, — Какая-то дурацкая железка любви не помеха.

— Зато помехой может стать то, что к ней прилагается, — хмыкнул Шип и натянул Вульфу кепку на глаза, — Муж, например.

Демоны дураками не были и умным советом воспользовались. Сочинения в стихах имели определенный успех в среде преподавателей, переходя из рук в руки. И если йёвалли делал ставку на интеллект, то ашурт налегал на юмор, каждый приобретя своих поклонников.

Физику они сдали, не напрягаясь, введя приемную комиссию в легкую прострацию скоростными ответами без подготовки.

— Антошка, — Марк Савельевич размахивал руками, бегая по кабинету декана, — Это… это нечто. Я вопрос задал этому Ортеге-Романову из первого курса! Ты бы видел, как он на меня посмотрел! Как на таракана.

— И что? — отрешенно спросил Антон.

— И что? И что?! Да он ответил, не задумываясь! Но ты знаешь, очень странный взгляд. Не совсем приятный. Ты когда-нибудь видел желтые глаза?

— Видел, — усмехнулся ашурт, — Вблизи. У Повелителя воздушных. Злые желтые глаза с вертикальными зрачками, когда нахамил ему по пьяне.

Профессор вздохнул:

— Бурная у тебя было молодость. Ты дочери-то сказал? Все-таки родственники. Девочке они, надеюсь, мстить не будут?

— Нужна она им, — декан тяжело поднялся из кресла, — Даже не заметят. Полукровка.

Профессор с сочувствием посмотрел на сгорбленную спину ашурта.

— Хватит хандрить, хулиган, — решительно сказал он, — Я вызвал остальную шайку. К зачислению как раз приедут. Мы тебя в обиду не дадим! — получилось пафосно, и Марк поморщился, — Не дадим, и не мечтай! Точка!