Татьяна Шулакова - Империя Золотого Дракона

Однако, всё течёт, всё меняется. Потихоньку менялся и Залеск. Появлялись ремесленные мастерские, многочисленные лавки, торговавшие не только во время ярмарок, но и весь круглый год. Чего стоила одна лавка готового платья, наличием которой не каждый, даже более крупный город, может похвастаться. Не менялось только одно — харчевня «Три толстяка», срубленная из толстенных брёвен, способных выдержать любые удары судьбы, а также выходки разбушевавшихся посетителей.

В этот тёплый вечер перевалившего за свою середину жатейника в харчевне было многолюдно, но, как не странно для подобных заведений, довольно тихо. Причиной тому, было присутствие за стойкой хозяина, цепко озирающего зал и прекращающего на корню любые зарождающиеся безобразия. Бывший воин, человек, привыкший к дисциплине, которую поддерживал и в своём заведении, Хавл, в жилах которого текла орочья кровь, одним своим видом внушал невольное уважение. Он напоминал медведя ростом, комплектностью и повышенной волосатостью. Один взгляд Хавла из-под мохнатых бровей приводил в трепет самого отъявленного головореза. Поэтому в его харчевне почти не случалось драк, а также краж, и постоянные посетители, приходя сюда, знали, что могут спокойно отдохнуть и обговорить свои дела, не беспокоясь, что будут прерваны на самом интересном месте какими-нибудь заскучавшими невежами, решившими повеселиться и устроить потасовку с участием мебели и иного инвентаря.

Хлопнула дверь, за только что вошедшим посетителем. Он был невысокого роста, худощавый и двигался легко и почти бесшумно, видимо этому способствовали эльфийские сапоги. Одет вновь прибывший был очень просто и практично. Серая льняная рубашка с узкими рукавами на шнуровке, чуть распущенной у шеи в виду тёплой погоды; коричневая кожаная жилетка до середины бедра, перетянутая сверху широким поясом; и плотно сидящие на ногах штаны из эльфийской ткани, тонкой, но прочной, позволяющей хозяину не потеть жарким летом, но и не опасаться за появление непредвиденных дырок. Одна деталь костюма вошедшего сразу же бросалась в глаза — наличие у жилетки капюшона, что делало её похожей на куртку без рукавов.

Сняв наспинные ножны и сунув их в руки резво подскочившего хозяйского младшего сынка, вновь прибывший направился к стойке, за которой расплывался в приветливой улыбке Хавл. Такой улыбкой обычно встречают лишь старых добрых друзей.

— Рад тебя видеть, Тайрин, давно приехала?

Посетитель откинул капюшон, улыбаясь в ответ. Это была девушка с короткими волосами, остриженными чуть ниже ушей, темно-каштанового цвета, могущими казаться почти чёрными, но сейчас они немного выгорели на солнце и из-за этого выглядели светлее. Загорелая кожа, серые глаза, чёлка до бровей. Она изменилась, черты лица стали жестче, пропала та нежность и некоторая наивность, проглядывающая раньше. Взгляд стал цепким, настороженным и возможно немного циничным.

Девушка протянула тонкую руку, изящная кисть которой тут же утонула в широкой лапище Хавла.

— Вернулась только что. Устала как собака.

Тай тряхнула головой, удобнее устраиваясь на высокой табуретке у стойки.

— У меня сегодня праздник, Хавл, — неожиданно сказала она, глядя в глаза харчевника. А тот, вдруг понял, что его удивило, при её появлении. Её глаза. У девчонки, которая любила посмеяться, и делавшая это очень заразительно, глаза всегда оставались серьёзными. Заметить это могли только хорошо знавшие её, такие, как Хавл. Сегодня же в её глазах плескалась тихая радость.

— Прошло ровно пять лет, с того момента, как на мне поставили магическую метку. Сегодня истёк её срок, и она исчезла.

Девушка сказала это легко, недрогнувшим голосом, словно говорила об обыденных вещах. Будто и не было тех пяти лет, в течение которых по ней скользили презрительные, злобные или просто любопытные взгляды каждого, кто был наделён хоть капелькой дара. Да и остальные люди и нелюди быстро оказывались в курсе относительно её метки, стоило девушке задержаться ненадолго в одном месте. Они с Хавлом никогда не говорили об этом. Что обсуждать, когда и так всё ясно. Она не винила его за то презрение и недоверие, с которым он отнёсся к ней при их знакомстве. Хорошее мнение о себе приходилось зарабатывать с большим трудом, потом и кровью. Но больше она им не дорожила, используя в чисто меркантильных целях.

— Всем выпивки за мой счёт! — гаркнула над ухом задумавшегося Хавла Тай. — И мне налей.

— Я не припомню, чтобы ты когда-нибудь пила что-то покрепче кваса, — хитро прищурился Хавл.

— М-м, такое событие, грех не выпить, — подмигнула Тай, оглядывая явно оживившийся после её слов зал. Здесь её знали, но побаивались и редко кто по доброй воле рисковал заговорить с ней первым.

— Вина, пива? — поинтересовался Хавл, разливая в пустую тару, подсунутую посетителями, горячительные напитки.

— Рюмку гномьего самогона, — спокойно ответила Тай, отковыривая ногтем присохшего к стойке жучка.

— Не слишком ли крепкое питьё для юной девушки? — в изумлении поднял брови Хавл.

— Не такая уж я юная. Хватит, Хавл, я устала и хочу выпить. И в мои планы не входит бегать по укромным местам, куда обычно часто наведываются после потребления пива. Поэтому, гномий самогон.

Харчевник молча подал требуемую жидкость, поставив рядом с рюмкой блюдце с кусочками сыра. Он с нескрываемым интересом приготовился к зрелищу, которое предвкушал, зная об абсолютном безразличии Тай до сегодняшнего дня к горячительным напиткам. Зрелище не состоялось, она даже не поморщилась, залпом осушив рюмку и не притронувшись к закуске.

Хавл хлопнул себя по лбу, явно вспомнив что-то важное.

— Тут по твою душу приходили!

— Когда и кто? — девушка по-прежнему сидела в расслабленной позе, но Хавл, опытный воин, почувствовал, как она подобралась.

— Сегодня. Спрашивали, когда вернёшься. Хотят предложить работу по специальности и, кажется, очень спешат.

Тай скривилась, она только что вернулась из долгого путешествия, сопроводив один караван до Лазурного моря, и рассчитывала, хотя бы на недельный отдых. Впрочем, ещё не всё потеряно, ведь те, кто её искал, приходили сюда до её приезда, а потому не знали, что она вернулась. Конечно, у неё очень приметная лошадь, но девушке хотелось надеяться, что в сумерках на её прибытие в Залеск никто не обратил должного внимания. Лошадь же она оставила в конюшне на постоялом дворе.

— А вот, кстати, один из них! — прервал её размышления Хавл.

В помещение вошёл высокий мужчина, в шляпе и плаще, делавшем его весьма загадочным в тёплый летний вечер. Он окинул быстрым взглядом харчевню и направился прямиком к Тай, вызвав у той желание, выхватить бутыль с самогоном из рук Хавла и поскорее напиться. А что? С пьяного взятки гладки.