Елена Колоскова - Целитель и сид

Увидев в толпе челяди, он ничем не выдал, что узнал меня. Заново проанализировав разговор с «Эрне», я решила, что он тоже не доверял мне до конца. Ну что ж, мы квиты.

Наплевав на правила приличия, я оделась по-мужски в просторные брюки и рубаху с жилетом. Во множество карманов я рассовала разные мелочи, которые могли понадобиться. Хотя всего не предугадаешь, эта суета немного успокаивала.

В десятый перечитывая сценарий, я убедилась в своей догадке.

Дело в том, что сцена вращалась, чтобы дать полный доступ для просмотра со всех трех сторон с галерей. Круглые кулисы перекрывали поле зрения и часть сцены. Например, это позволяло ставить погони: сцена неслась все быстрее, раскрашенные кулисы одновременно вращались, а лошадь со всадником неслась вскачь, оставаясь при этом практически на месте. При этом создавалась иллюзия быстрого движения.

Как только стемнеет, музыканты начнут играть, Оливия петь, а огнеметатели станут запускать в небо петарды в виде разных фигур.

Надо поинтересоваться, где они разместили свои ракетницы, и с какой скоростью будет крутиться сцена. И вообще, где находится механизм, запускающий и останавливающий это вращение. Была идея сбить прицел преступнику или развернуть сцену в сторону, противоположную зрительским местам.

Я слонялась за кулисами, наблюдая, как двое слуг регулируют при помощи рычагов и лебедок вращение сцены. Так, понятно, как все работает. Жалко только, что механизм не останавливается мгновенно.

А еще центральная часть сцены была стабильной. Если преступник будет целиться оттуда, то ничто не поможет.

Вылезая из-за кулис, я ощутила спиной взгляд. Обернулась. Никого постороннего, не считая слуг. Попеняв себе за мнительность, пошла за небольшим кофром с лекарствами, — я решила в этот раз приготовить все возможное, практически на любой случай. С этими мыслями я нырнула в вагончик-карман с обратной стороны.

В небольшом переносном кофре с ручкой хранились мои сокровища. Не считая лекарств, там находилась одежда и множество других, не менее важных вещей. Кому-то покажется странным, что все это умещалось в небольшом на вид кофре.

Однако внутри кофр был не так прост. Он был зачарован на образование пространственно-временной лакуны, своеобразного пузыря-хранилища. Теоретически, если создать лакуну подходящего размера, используя вместо сумки комнату, получилось бы магическое хранилище. Но такие могли себе позволить лишь очень состоятельные люди или маги.

Запустив руку в кофр в поисках необходимого лекарства, я неожиданно нащупала странный прямоугольный предмет. Озадаченная, я извлекла находку наружу. И тут же спрятала обратно, пока никто не увидел.

Это был резной некромантский аддикт для воспитания умертвий. Руны и глифы, вывернутые наизнанку, и Ее сила в предмете не давали ошибиться.

Кофр был зачарован на меня, и обычный человек не увидел бы внутри ничего особенного. Значит, и подсунуть аддикт мне никто не мог. Оставался еще один вариант.

Я не раз слышала, что лакуны, теоретически, могут соприкасаться, и иногда предметы попадают в чужие лакуны. Также гуляли небезосновательные слухи о том, что лакуну можно взломать изнутри. Кто-то ведь обчистил сокровищницу Дорки пару столетий назад?

Порывшись в недрах сумки, я так и не нашла то, что искала. Так, понятно… равноценный по массе обмен между лакунами.

Я утащила кофр в дальний угол к раскладному столу у небольшого застекленного оконца. Достала лист бумаги и писчие принадлежности. Что бы написать? «Приветствую вас, любезный господин. Знаете ли вы, что наши лакуны соприкасаются? Рекомендую вам как можно скорее сменить локализацию или запечатать хранилище. Возвращаю вашу вещь. В качестве ответной любезности прошу вернуть мою фляжку. С наилучшими пожеланиями, Т.Р.».

Дождавшись, когда тушь высохнет, я обернула лист вокруг аддикта и засунула его поглубже в сумку.

По ощущениям это было похоже на прореху в подкладке обычной сумки. Мозг, не в силах справиться с поступающими сигналами, по-своему интерпретировал это в знакомые ему образы. Говорят, некоторые маги, воспринимая многомерность как есть, сходили с ума.

Я протолкнула находку с письмом в «прореху» и стала ждать, не закрывая сумку. Я успела рассортировать одноразовые мини-инъекторы и эликсиры; подумала и засунула в карман жгут для остановки кровотечения. Камень с заклятьем стазиса на самый крайний случай. Спустя четверть цикла от сумки пошло слабое возмущение Силы.

Я запустила руку внутрь и вытащила вожделенную фляжку, в которой плескался чистейший дистиллят гномьей настойки. Знаю, многие считают это несущественным, но я лучше проведу обеззараживание при лечении, чем буду потом тратить лишнюю Силу, излечивая воспаление.

К фляжке был примотан лист дорогой хинской бумаги. Развернула. Внутри изящным наклонным почерком было написано: «Здравствуйте, любезный господин. Благодарю вас за возврат моей вещи и за предупреждение. Возвращаю принадлежащее вам. С наилучшими пожеланиями, А.С. - P.S. Извините, не удержался и попробовал. В качестве компенсации — бутылка вина из моих личных запасов».

Побулькала фляжкой. И правда, ополовинил. Порылась в сумке и около «прорехи» ухватилась за горлышко бутылки. При ближайшем рассмотрении это оказалось вино из виноградников южных провинций. Не сильно разбираюсь в винах, но пыль на соломенной оплетке указывала, что бутыли немало лет.

Ладно, разберемся позже.

За несколько дней до этого Тито возмущался, что наши конкуренты перехватили заказ на обслуживание бала у Герцогини. Если бы он знал, что бал не состоится…

В два часа пополудни начались придворные торжества.

Перед этим охрана Герцогини и люди из свиты жениха рассредоточились по периметру внутреннего дворика и за кулисами. Я даже испугалась, что это заставит преступника запаниковать и действовать раньше времени. Но нет. Похоже, это были самые обычные предосторожности.

Пышно разряженные дворяне расселись на креслах во дворе и галереях по периметру двора. Из-за кулис я пыталась рассмотреть, что происходит на почетных местах.

Сигран, он же Эрне, сидел по правую руку от невесты, оказавшись между ней и Герцогиней. По правую руку от последней сидел ее советник. Далее разместились гости рангом пониже. Вот туда будет направлен удар.

Выступили артисты, отыграла музыка, отгремели аплодисменты. Наш маготехник создал воздушные линзы, словно приближающие изображение на сцене к зрителям.

Когда Оливия начинает петь, я забываю обо всем и наслаждаюсь. Внутри все замирает от восторга. Приходится напоминать себе о деле. Стараюсь не упускать из вида Морисета с ракетницами.