Светлана Григорьева - КСВ

   -Я его не держу, - сердито выдала я, на что бабушка отрицательно покачала головой.

   -Ты сама связала себя с ним, так пройди же этот путь до конца. Я не говорю, что это будет легко, особенно учитывая ваши характеры, но вам двоим выпал отличный шанс прожить всю жизнь бок о бок с кем-то, кто будет лишен шлейфа болезненных разочарований прошлого и ошибок, навязанных другими. Не упускай его.

   -Я не связывала, - привычно буркнула я. - Это был его выбор. Случайность.

   Бабуля закатила глаза.

   -Какая ж ты упрямая. Ну, да. Он провел весь ритуал связи, причем, судя по всему, не до конца отдавая себе отчет в том, что он получит в конечном итоге. Но, Омичка, ритуал связи на то и существует, чтоб в нем участвовали двое. Или ты и, правда, думаешь, что он прошел бы настолько успешно, не желай ты этого сама?!

   -Что? - потрясенно спросила я. - Я? Я?! Я этого не хотела! Я вообще не нужна эта... связь. Мне и так было неплохо.

   Бабуля нахмурилась.

   -Подожди, - медленно произнесла она. - Ты хочешь сказать, что убеждена в том, что связь установилась только потому, что этого хотел Влад, и потому что ты переспала с ним?

   -Бабуль, - приложив руки к щекам, я ощутила, как те горят от смущения. - А можно без подробностей?! Но в общем да.

   -Боже мой, ребенок, - рассмеялась она. - Большей глупости от тебя, пожалуй, и ожидать было нельзя.

   -Опять ребенок, - буркнула я.

   -Родная, - в неверном свете уличного фонаря ее глаза поблескивали, как два оникса и она практически по слогам произнесла, - связь никогда не установится, если ОБА участника ритуала не желают этого. Выражаясь простым человеческим языком - хоть упейся кровью по самое не могу, но без взаимной любви отдать часть своей души взамен на ту же часть партнера, не удастся никогда. Обмен попросту не состоится и все.

   Видимо вот так и чувствуют себя рыбы, вытащенные из воды. Судорожно вздохнув, я поняла, что сейчас начну задыхаться. Воздух входил и выходил в легкие, но вот жаждущий кислорода мозг чувствовал себя безнадежно обманутым. Вся моя вера в случайность, в мгновение ока разлетелась в прах и осыпавшись к моим ногам мелкими частицами, подобно пеплу от сгоревшей книги с историей моей жизни, и лишила возможности адекватно ответить на вопрос, ответ на который я как мне казалось нашла совсем недавно: "И что дальше?"

   -Омичка, ты что так до сих пор и не поняла что любишь его? - мягко произнесла бабушка и я почувствовала, что снова плачу.

   -Я... я не знаю. Я несколько раз пыталась произнести эти слова вслух, но меня все время что-то сдерживало. Я решила, что раз не могу, значит - сомневаюсь, а значит - это неправда. Точнее это не истинно, а потому и неважно.

   -Согласна, ужасно сложно сказать вслух три простые в сущности слова, тем паче глядя в глаза тому, кто так жаждет их услышать, но неужели само твое сердце не шепнуло тебе об этом много дней назад? - прикоснулась она к моей щеке, стирая слезинку.

   Я прикрыла глаза, пытаясь припомнить, что я чувствовала каждый раз, когда я видела его. Припомнить каждое его прикосновение, его взгляд, его улыбку, его запах. Сердце тут же начало отбивать учащенный ритм, и я поняла...

   -Какая я глупая, - всхлипнула я.

   -Родная, то как ты чувствовала себя, как вела себя рядом с ним, все это говорило о том, что ты влюблена в него и я, честно говоря, думала, что на тот момент ты просто искала подходящего случая, чтобы сказать ему об этом, но никак не то, что ты сама не знала об этом чувстве.

   -Но почему тогда, когда мы встретились впервые, ты так яростно набросилась на него из-за связи? Если ты знала, все это, почему ты обвинила во всем его, его одного?

   -Прости меня, Омичка, но постарайся понять, - слабо улыбнулась она. - Я, как могла, оберегала тебя от всего этого, думая, что обычный мир подарит тебе спокойствие и избавит от необходимости принимать на себя груз чужих ошибок. Я не хотела такой судьбы для тебя, потому в первый момент, когда я осознала, что ты не только узнала о существовании хранителей, но и по сути прочно связала себя с одним из них, мягко скажем, расстроило меня. И я невольно выместила все, что чувствовала в тот момент на Владе, увидев в нем первопричину всех своих недочетов и душевной боли. Кроме того первой моей мыслью было то, что он понял кто ты есть на самом деле, потому и захотел связать тебя с собою. Но после я увидела по характеру связи, что он любит, но сомневается в тебе и в силу старой привычки ударила по самому болезненному - его неуверенности. Ты же слишком дорога мне, - мягко провела она ладонью у меня по щеке, - но именно в тот момент я осознала, что потеряла тебя безвозвратно. Не смотря на все свои потери прошлого, я все еще умудряюсь переживать каждую последующую, так же остро и болезненно, как будто это происходит со мною впервые.

   -Но ведь я же здесь и никуда не собираюсь, - произнесла я в ответ.

   -О, нет, родная. Отпускать любимых тоже надо уметь, потому как мое вмешательство в твою жизнь отныне будет сродни якорю для отплывающего корабля. Я видела в тебе себя в молодости и невольно жила через тебя. Очень самонадеянно с моей стороны, но как бы то ни было, именно ты возродила во мне жажду жизни. С момента смерти Вацлава, лишь с твоим рождением я поняла, что жизнь еще имеет смысл.

   -А папа? - удивилась я.

   -Ну, Миша..., - бабушка отвела взгляд, - Миша слишком напоминает мне своего отца, чтобы я могла спокойно, без замирания сердца смотреть ему в глаза, не думая о прошлом и двигаться вперед.

   -Бабуль, расскажи мне о... моем дедушке, - обхватила я руками колени.

   -Они очень похожи с твоим отцом, - глядя перед собой произнесла она. - Оба идеалисты и неисправимые оптимисты. Мы познакомились с Вацлавом случайно, когда я уже была помолвлена, на каком-то очередном светском рауте устраиваемом родителями моего будущего мужа. Вацлав только-только приехал к нам в страну и еще плохо говорил по-русски. Я как дочь поляков, хоть и осевших в России уже пару поколений как, все же неплохо знала польский и вызвалась быть ему переводчиком на первое время, пока он не освоится как следует. Алекс, мой жених, воспринял все это как очень добросердечный жест с моей стороны, но реальность была намного мрачнее и, в тоже время, гораздо более захватывающа и привлекательна, моего показного радушия. Я влюбилась, с первого взгляда, едва он заговорил. Это было как наваждение. Мне было двадцать, как тебе сейчас и я всю жизнь, до того момента считала себя чрезвычайно разумной и можно сказать даже расчетливой юной леди. Мой жених относился к одной из самых древних и родовитых фамилий среди хранителей и его родители, уже тогда были близки к самым верхним постам в иерархии нашего ордена. Он был красив, обаятелен и на тот момент мне даже казалось, что он действительно любит меня. В общем, передо мною открывались блестящие перспективы, даже учитывая тот факт, что по большому счету это был брак по расчету. Не смотря на бедность и некоторые темные пятна в биографии моей фамилии, я была потомственный Эрго, а родителям Алекса уж больно хотелось заполучить к себе в род, хоть одного потомка с подобным набором генов. Их не останавливало даже осознание того факта, что без полноценной связи, ребенок от нашего союза мог и вовсе не унаследовать ни одного из генов родителей и попросту стать обычным человеком.