Полёт совиного пёрышка - Арина Предгорная

в висках, я чувствовала, как подступает знакомая пелена гнева. На чудовищную ложь, на непонятные тайны Вергена, всё новые, и на участие во всём этом Ализарды, которой я безоговорочно доверяла столько лет.

Проклятье!

Тысяча ррохов, чем бы или кем бы они ни были!

Волны зашуршали громче, уже не мягко и ласково, а стремительно накатывались на берег одна за одной. Райдер оглянулся на воду, чуть сдвинул брови.

– Я категорически не согласен с твоей самостоятельностью, ласточка. Даже несколько часов могут принести спокойствие, а в ином случае спасение. Я всё же поеду за тобой. Мне не нравится, какая ты.

– Мне тоже, – криво улыбнулась я, разжимая оказавшиеся крепко сжатыми кулаки. – Но я не смогу перенести тебя вместе с собой, а если ты поедешь следом, то всё равно никак на меня не повлияешь. Я справлюсь, Рэй.

Наверное.

То есть, без вариантов. Но как же сильно, до темноты в глазах, хотелось самой, своими собственными глазами увидеть их! Не на магических слепках, а вживую, на расстоянии вытянутой руки! Убедиться, что это не дурацкая фантазия чьего-то больного разума! А Райдер приводил всё новые доводы в пользу своего предложения. Развернув меня к потерявшему спокойствие морю спиной, потащил обратно к дому.

– Сейчас допьём то вино и подробно всё обсудим. Дэри, признаться, я… Я готовился немного к другой реакции, а ты почти спокойная, но это пугает меня сильнее, чем если бы ты билась в истерике.

– Я в истерике, – нехорошо засмеялась я. – Я ломаю голову над тем, для чего эта лживая женщина так вцепилась в Вергена. В большую и светлую любовь я не верю, тут другое. Но что? Ты знаешь?

– Ещё нет. Но непременно выясню.

Мы вошли обратно через калитку в сад, Рэй сотворил запирающее заклинание и вся ограда со стороны берега замерцала мертвенно-белым. Подумалось, что грабителям на территорию дома лэйр-Альвентея соваться не следует. Не поздоровится.

– Он говорил, что кровь может быть не для ритуала и не для зелья… – задумчиво протянула я.

– Кто? – тут же обернулся ко мне всем корпусом Рэй.

– Рене. Мы так и эдак рассматривали ситуацию…

– Вот как.

– Для подтверждения... – принялась вспоминать я. – Но если так… Кровь определит, что я – не Гертана Уинблейр, а это…

Мы посмотрели друг на друга, но Райдер, как назло, молчал. Не спешил делиться соображениями, только крепко и надёжно держал мою ладонь.

– Я не хочу вина, Райдер, – извиняющимся тоном сказала я и аккуратно выцепила свою руку. – Скажи, про Лиз и этого гада – это все новости? Есть что-то ещё, чем ты хотел поделиться?

Мой маг медленно покачал головой.

– Пока всё.

– Тогда… – я приподнялась на цыпочки и поцеловала его. – Прости, пожалуйста, я что-то совсем…

Я отступила назад и сунула руку в карман, где лежало совиное пёрышко.

– Амулет со мной, ты в любой момент можешь убедиться. И твоя защита со мной.

– Дэри?

– Мне надо побыть одной, – прошептала я. – Напиши мне, в какой час приходить, я буду готова. Мы уже всё подготовили для побега. Спасибо тебе, те, кого ты нанял, принесли нужные сведения.

– Дэри, ты что?..

Воронка перехода закрутила меня, швыряя в тошноту и мрак. Выплюнула в мою спальню; я испытывала сожаления, вспоминая растерянное и немного обиженное лицо Райдера, но оставаться рядом больше не могла. Боялась сорваться в ту самую истерику. Отдышалась, выпила воды. Действие алкоголя не ощущалось ни капли.

Сычик находился здесь же, при моём появлении весь его облик являл собой один большой вопрос. Я невесело расхохоталась и, меряя быстрыми шагами спальню, поделилась с ним потрясающим открытием. В окна бился шквалистый ветер, так и норовя преодолеть преграду и как следует разгуляться внутри помещений. Что-то зачастило ненастье в наши края, давно такого не помню.

Рене был прав, прося не верить Ализарде, а я… Ррох. А я забыла сказать Рэю, что выдала наш план этой женщине! Я заметалась, схватилась за магическую бумагу. И плюхнулась в кресло, пытаясь взять себя в руки, отдышаться и не позволять гневу решать за себя.

Могло ли быть так, что Ализарда всё ещё не донесла Вергену о готовящемся побеге? Ведь за истёкший день никто из Риагата со мной не связывался, а преодолеть за сутки расстояние от Риагата до Бейгора нереально. Как же всё запутано! И как же хочется посмотреть в глаза тётушке! Время шло; я сжимала в одной руке сломанное перо, а в другой несколько листиков магической бумаги и дышала, дышала, усмиряя злость, которая мешала найти верное решение. Рене скакал рядом и одну за одной выдавал бурные птичьи тирады.

– Я знаю, – не стала оправдываться я. – Дура и есть.

Тон совиных трелей сразу изменился, будто признать очевидное сычик отказывался.

И я не знаю, как так получилось. Я хотела оказаться в Риагате, в доме, где прожила не самые радостные и счастливые годы, но я никак не ожидала, что магия вмешается ещё раз. Я прикидывала, как лучше написать Райдеру о своей ошибке, когда резко закружилась голова и перестало хватать воздуха. Что-то с силой вытолкнуло из кресла, протестующе пискнул сычик, цепляясь коготками за край моей юбки. Полная темнота, бешеный свист ветра в ушах, намертво зажатое в руке использованное перо… Удар – и я осознала себя упавшей на колени на что-то жёсткое. Задышала чаще, прогоняя новый приступ тошноты. Темно. Кое-как поднявшись, я неуверенно выставила перед собой руки и едва не заорала, почувствовав, как что-то острое проскребло по коленке через ткань платья. Рене. Я постояла, привыкая к темноте, поняла, что стою в какой-то комнате и, решившись, вызвала на ладони маленькое пламя. Второй рукой подцепила сычика, прижала к себе.

Света огонёк давал немного, но хватило, чтобы минуту спустя узнать помещение, в которое меня неведомым образом перенесло.

Гостевая комната Ализарды.