А единороги будут? - Ирина Владимировна Смирнова

уже довольно уверенно стоит на всех четырех ногах. Отлично, значит, у нас снова шесть «лошадок»!

И тут я увидела еще кое–что, — Лотанариэ, оказывается, пришла в себя и тихо пыталась сползти с ящера, пользуясь тем, что всем сейчас было не до нее. Нападавших оставалось двое, но в любой момент могла появиться подмога, и пора было сваливать, как можно быстрее. Так что, может, и хорошо, если эта красотка сейчас рванет к своим, привлекая к себе внимание.

Но я недооценила ответственность или злобность детишек Виньямара… Вместо того чтобы броситься в лес, девушка схватила один из мечей и ринулась к нашим эльфам сзади, а Нибрас, Рикиши и Чхар оберегали Лаирасула и его невесту слева, справа и спереди. Ведь сзади, со спины, были Клим и ящеры… Да, мой ментальный крик услышали и инкуб, и нетопырь. Да, Рики, всю битву использующий свою скорость не в полную силу, так как понимал, что подпитываться будет не у кого, сделал мгновенный рывок к Лаирасулу, но Лота, выставив вперед меч, мчалась не на него, а на Гэллаис. И не добежала буквально пару шагов. Все произошло практически одновременно: Рикиши, вновь использовав свою способность мгновенно перемещаться, оттащил одну застывшую девушку в сторону, а рог единорога пронзил вторую девушку в спину.

Мы все дружно хором ойкнули… Но я мгновенно взяла себя в руки и громко выкрикнула:

— Быстро по ящерам и сваливаем!

Просто мою интуицию неожиданно скрутило так, что у меня вспотели ладони, и в ушах засвистело. Резко почерневший единорог подскочил к Яриму и Джиди, дождался, пока эта парочка на него усядется и поскакал за взлетевшим вверх Нибрасом, ловко подхватившим Шакрасиса.

Бхинатар на Галлиза, Чхар — на Деллис, я — на Шаллиз, Рикиши — на Неллис, эльфы — на Грыфа. Кто успел — запрыгивал сам, кого–то залевитировали на ящеров я и Бхинатар, меня закинул Рики, и мы понеслись вперед. При этом полог над всеми нами держали я и муж, а демона в небе защищал Шакрасис.

Тела семерых напавших на нас эльфов и Лотанариэ остались лежать на земле, еще часть пограничников выскочила из леса, преследуя и стреляя по нам и Нибрасу. Обернувшись в очередной раз, я увидела того, кто вдохновил их на действия — Виньямара. Мне даже стало его жалко, когда я услышала его полный ненависти крик над трупами сына и дочери. Мурашки по коже от страха и мощная энергетическая волна в спину, которую мы с Бхинатаром едва сумели отразить вдвоем. Даже думать не хочу, насколько это должно быть ужасно — пережить собственных детей, тем более бессмертному эльфу.

— Погоня, — обернувшись в очередной раз, крикнул муж, но тут Нибрас резко спикировал, закидывая Шакрасиса в середину небольшого холма.

— Быстрее! — скомандовал демон, и мы все, не замедляя скорости, тоже влетели в эту невысокую горку, покрытую травой и скрытую кустами. Не зная, что именно она — дверь в демонский туннель, в жизни бы не догадалась. Нибрас вбежал последним и, обернувшись, прошептал что–то, махнув рукой. Закрыл. Все. Теперь можно выдохнуть и расслабиться.

— Мы успеем раньше них в Джиннистан? — поинтересовалась я, понимая, что теперь нас будут преследовать на каждом шагу и не по велению богов или из расчета, а по зову сердца. Ненависть — страшная движущая сила. И никто не будет задумываться, что это не наша вина, и мы только защищались.

— Должны. Если у эльфов нет своих переходов к джинам, то мы опередим их на трое суток.

— Лаирасул, ты не знаешь, как у вас со связью с джинами? — спросила я у парня, находящегося, явно, в какой–то легкой прострации.

— Почему она хотела убить Гэллаис? — спросил он, оглядывая нас всех, как будто кто–то из нас мог объяснить логику его сестры. Кстати, возможно, как раз здесь и прячется решение.

— А почему тебя хотел убить твой брат? Это ведь был твой брат?

— Аркуэнон? Да. Он хотел остановить нас, помешав присоединиться к миссии и, одновременно, отомстить мне и Гэллаис.

— Отомстить?

— Да, он тоже рассчитывал на благосклонность Гэллаис, но она выбрала меня, — Лаирасул даже слегка улыбнулся, говоря это. Но потом снова нахмурился и прижал к себе девушку, как будто кто–то пытался ее у него отнять.

Я нашла взглядом обратившегося вновь в человека Клима, к которому точно так же жалась Джиди, а Ярим даже не дергался и стоял спокойно рядом. Понятно, успокаивают друга. Правильно. Потом поговорю, выясню, как он, и что с ним теперь будет. Сейчас, со стороны, он выглядит гораздо более адекватным и нормально воспринимающим реальность, по сравнению с Лаирасулом.

— Может быть, Лотанариэ возненавидела Гэллаис за то, что она стала причиной вашей ссоры?

— Она сначала бежала на него, — встрял в разговор Клим. Ну, раз даже спокойно уточняет, значит, с ним точно все хорошо. — Но потом, как только мимо нас промелькнула тень Рикиши, мгновенно сориентировалась и кинулась на девушку. Похоже, ей было уже все равно, кого убивать.

— Я так не уверена, — неожиданно для самой себя я решила оправдать Лотанариэ. — Ей хотелось остановить миссию… Но она не хотела массовых убийств! Вспомните, она же была против того, чтобы показать нам тропу, потому что переживала за эльфов–пограничников!

— Моя сестра? — как–то нервно рассмеялся Лаирасул. — Да она ради власти перебила бы половину рода, даже не задумываясь!

М–да… Неужели я настолько сильно не разбираюсь в людях, то есть в эльфах?..

— В следующий раз, когда на меня нападет приступ человеколюбия, — не совсем правильное слово, но никаких других вариантов мне в голову не пришло, — напомните мне о Лоте и о том, что это могло стоить кому–то жизни или… другой судьбы.

— Не переживайте за меня, это был мой выбор, — только то, что он чуть повысил голос, выдавало, что улыбающийся мне Клим не так спокоен, как хотел бы казаться. — Зато теперь вы сможете на мне покататься, — парень даже подмигнул мне, старательно делая вид, что у него все хорошо.

Загадочный он у нас и все переживания прячет еще глубже, чем Рикиши. Интересно, это общая черта всех единорогов или только нам такой скрытный достался?

— И в драке я могу теперь поучаствовать. Сплошная польза от случившегося, — продолжал шутить Клим, но у обнимающей его Джиди были очень грустные глаза. Да и стоящий рядом Ярим хмурился, явно, не от ревности. Рано я решила начать себя успокаивать, что с парнем все нормально. Не нормально. Но просто