Благородная Дама - Ведьма Минари (СИ)

Я попал в самое пекло. Мой брат сошел с ума. Иначе я не знаю, как объяснить то, что случилось. За десять месяцев, прошедших со смерти отца, он спустил все наше состояние. Мой приезд совпал с концом этой драмы. Он вынес из дома все, что имело хоть какую‑то ценность, даже 'Сердце вечности' нашу знаменитую фамильную реликвию, — Вирт вынул из кармана алый алмазный перстень, вырезанный в форме сердца из цельного камня.

— Сколько я себя помню, матушка не снимала его, она сняла его только в день смерти отца, чтобы отдать Эду, который теперь должен был передать его своей невесте. Но он не собирался этого делать, у него была другая избранница… — правда тогда я еще не знал, кто это. В тот вечер он ушел из дома, прихватив кольцо. Больше мы его не видели. Когда его тело нашли, кольца при нем уже не было. Потом было следствие, которое не принесло результата, а через полгода я похоронил в общей могиле матушку и сам был близок к тому, чтобы свести счеты с жизнью… Но судьба распорядилась иначе. В тот день я узнал, кто убил брата и забрал Сердце вечности.

Я вышел на нее случайно, — увидел женщину, которая, не таясь, носила обручальный перстень матери… Ее звали Лестра. Она и ее подельник как раз собрались бежать из империи, и я не мог допустить этого. Вначале они хотели уйти морем, но в ту ночь был шторм, и они решили идти через горы. Я сумел сделать так, чтобы оказаться в нужное время в нужном месте. Им нужен был проводник через перевал, и я вызвался провести их. Я так сильно изменился за эти полгода, что меня невозможно было узнать, даже если бы у них был мой портрет. Работать магом меня никуда не взяли и, все полгода я проработал в порту грузчиком. Сами понимаете, как тяжелая работа меняет человека — от тонкого аристократично юноши ничего не осталось, я сильно вытянулся и раздался в плечах. Перед смертью матушка очень сокрушалась, что я утратил благородную тонкость кости.

Они представились мне, как брат и сестра из благородного магического семейства. К ней надо было обращаться леди Лестра, а к нему магистр Сурог. Я же стал просто проводник Вирт. По началу, я думал, что уведу их подальше в горы и там убью без всякого сожаления. Но ночью, я услышал их разговор, когда они думали, что я сплю и лежу достаточно далеко. И я понял, что все будет не так просто.

— Сурог, мальчишка очень странный, ты много видел парней его возраста, которые не смотрели бы на меня с восхищением?

— А может он того?.. Гы — гы — гы, до парней охоч?

— Ты не смейся, Сурог, я такие вещи шкурой чувствую, и мне тревожно. Он мне все время кого‑то напоминает и мне это не нравится.

— Кого?

— Если бы знать. Но я тебе точно говорю, смотри в оба, он не случайно за нами увязался.

— Тогда не надо ждать, давай прямо сейчас от него избавимся.

— А через перевал сам нас проведешь?

— А если он нас заведет куда?.. Думаешь, будет лучше?

— Давай понаблюдаем за ним. Старик говорил, что до вершины два дня идти надо. Если завтра к вечеру до вершины не дойдем, тогда и спросим с него. А пока нужно метки ставить незаметно, чтобы вернуться.

— Это ты дельно придумала, Лестра. Завтра я глаз с него не спущу.

Я понял, что мне нужно все хорошо продумать, если я хочу выйти победителем из этой игры. Я никогда не был излишне самонадеян, я понимал, что у меня есть магия, но очень мало опыта в подобных делах, а у них его с избытком. К тому же я специализировался на бытовой магии и не знал тогда боевых заклинаний. Поэтому я решил, увести их подальше в горы, уничтожая, по пути, оставленные ими вехи. Чтобы мой план удался, мне, во что бы то ни стало, нужно было завести их подальше на ледник; оттуда, даже если я проиграю и меня убьют, они сами не смогут спуститься.

Весь следующий день мы лезли по склону одной из гор, я специально выбрал один из самых крутых склонов, чтобы максимально вымотать их. Лестра все время ныла, что ей трудно, что она устала, и ей нужно отдохнуть, но я подгонял их, говоря, что до перевала нужно пройти до темноты. После короткого отдыха после обеда мы, наконец, вышли на ледник. Я осмотрелся, мне нужно было найти самый скользкий лед, какой тут только мог быть. Наконец, я определился и повел их туда. По пути магически немного изменив им подошвы, чтобы не скользили. Я вел их к тонкому перешейку между двух вершин заваленному оледеневшим снегом. Там у меня было больше шансов.

— Вирт стой! — Крикнул Сурог, когда я наконец вышел на перешеек.

— Заткнись, дурак. — Прошипела Лестра. — Чего ты орешь в горах? Лавину хочешь дозваться?

— Твою… Вирт.

Он снова позвал меня, но уже тише. Я сделал вид, что опять не услышал и молча продолжал стоять на ледяной корке. Я чувствовал, тонны снега, лежащие подо мной, и это придавало мне уверенности. В любой момент я мог приказать ему сорваться вниз и похоронить под собой этих двоих. То, что я сам погибну, уже не пугало меня.

— Не хорошо так, мальчик. — Он подбежал вплотную ко мне и ухватил меня за грудки. — Уговор был какой? Пройти перевал до вечера! А ты куда нас привел, сученок?! Солнце садится, а никакой долины не видать. Как это понимать, твою мать?!! А?

— Держи его, Сурог. — Тонко крикнула Лестра. — Не дай сбежать.

— Не вырвется… гаденышь.

— Я с самого начала говорила, что он подозрительный. И как видишь, не ошиблась. Так что ты хотел сделать,… сопляк? Надеялся нас провести?

— Надеялся. — Согласился я улыбаясь. — А разве мне это не удалось? Оглянись назад, Лестра, разве ты видишь свои красные ленточки? Ты же на них всю шаль свою извела, а где они? Ветром сдуло?

— Ах, ты гаденышь! — Кинулась она ко мне, выставив когти.

— Потише, потише, Лестра. Видишь, мальчик решил говорить. — Отгородил меня Сурог. — Он это, не подумав, ляпнул. А сейчас он одумается и все нам расскажет, да Вирт? Еще бы с ножичком под ребрами, я ведь могу этот ножичек ненароком и поглубже вогнать и провернуть там пару раз… Так что сейчас он еще раз подумает, а потом выведет нас отсюда. Да?

— Ты прав Сурог, я буду говорить, но выводить вас отсюда я не собираюсь. — Я резко вывернулся, перехватил руку Сурога и выкрутил ее, одновременно прекращая сдерживать магией скольжение их обуви.

Сурог ругнулся и упал, выпустив нож. У Лестры тоже разъехались ноги. Я отскочил подальше.

— Лестра, ты же говорила, вы с Сурогом маги, что ж ты на ногах не стоишь? Сурог, что ж ты не пульнешь в меня заклятием? — Издевался я. — А, еще вспомнил, ты Лестра, что‑то про лавины говорила, ты была права, лавины здесь бывают. Вы как раз на одной из них стоите.

— ЧТО?!!! Ах, ты, тварь! — Завизжала Лестра и попыталась подняться, но снова рухнула навзничь.