Мери Дэвидсон - Бессмертная и невозвратная

Джесс ждала. Я ждала. Какого черта, мне было так интересно. Ему бы книги писать. Никто не умеет правильно вести себя на свиданиях. И всем хотелось бы совета.

— Кофе и десерт в «Николя», — решил он после минуты размышления. — Кофе первоклассный, сладкое великолепно и стоить будет недорого, если ты не закажешь ужин. А бискотти они делают сами.

— Ооооо. Синклер, ты просто супер.

— Да, — самодовольно ответил тот.

— Я просто в диком ужасе, — заявила я.

Глава 14

Как только я собралась оттащить Синклера в сторону и накостылять ему за…ну, за все; как только я собралась оттащить Джесс в сторону, чтобы узнать правду — в дверь позвонили.

— Джессика, я бы очень хотел продолжить нашу беседу, — сказал Эрик, — Но ты должна извинить нас.

— Ооооо, — ответила она. — Вампирские делишки, да? — Этот вечер, видимо, полон сюрпризов, потому что я давненько не слышала столько охов и вздохов. — Кто там?

— Никто, — спокойно ответил Синклер. — Кого бы я желал тебе повстречать. — Он кивнул головой в сторону лестницы. — Будь любезна.

Я не знала, что сказать, и Джессика была в таком же состоянии. После пары неловких секунд молчания, она пожала плечами и засеменила из комнаты.

— Ты поорешь на меня за это, — сказал Синклер, подходя ко входной двери, — позже.

Я немного боялась увидеть того, кто был за дверью, и, как обычно, мое воображение меня подвело, потому, что это была абсолютно нормальная (даже красивая, правда) женщина в возрасте. Она выглядела как библиотекарша в своей лиловой блузке, серой юбке, скромных колготках и черных туфлях. Они были кожаные и даже не потертые.

Судя по внешности, ей можно было дать около пятидесяти: черные волосы пронизывала седина, а вокруг обоих глаз была сетка мимических морщинок.

Ее глаза.

Что-то было в ее глазах. У Синклера иногда такие бывают. Когда он бесится от того, что происходит (точнее, когда вампиры пытаются убить меня), у него глаза становятся такими же. Они так темнеют, что невозможно их рассмотреть: вроде тех очков, что носят федеральные полицейские. Смотришь в них и — сложно объяснить — видно только себя. Почти все время я вижу нежную сторону Эрика, его любовь и заботу обо мне, его веселье — все только лучшее. Но иногда, когда всего этого нет, значит — мне есть о чем волноваться.

Я уставилась на женщину, немного испуганная, а она поклонилась и произнесла что-то, кажется, на беглом французском.

Синклер улыбнулся ей, что выглядело процентов на восемьдесят пять искренним.

— Добрый вечер, Марджори.

— Ваши Величества.

— Приятно снова вас увидеть.

— И вас, сир.

Синклер наклонился и поцеловал ей руку (так по-европейски), но прежде, чем кто-либо мог поцеловать мою, я вытянула ее для рукопожатия. Что она и сделала, улыбаясь мне, что почти заставило меня отпустить ее руку. Вампирша была холодной, как я и ожидала, но я не могла увидеть в ее глазах ничего, кроме себя, чего уж я не ожидала совсем.

Она стара, решила я. Вампирша, которая видела абсолютно все — все. И ей на все было пофиг. На все. Я таких жалела и так же боялась. Мне было их очень-очень жаль.

— Приятно познакомиться, — соврала я.

Она наклонила голову.

— Величество, мы встречались и раньше.

— А вот и нет. — я бы не забыла такие глаза. Даже у Ностро таких не было. Нет, мы не встречались. И после сегодняшнего дня, надеюсь больше не встретимся.

— Я была среди тех, кто пришел отдать дань уважения после…ах, происшествия с Ностро. Возможно, вы меня не заметили.

— Да уж, точно нет. — затем, потому что мне показалось, что она была разочарована (но кто мог сказать? она была просто как робот), я добавила, — Простите, если не обратила внимания на вас в толпе.

— Ничего, моя королева. В последнее время…вы были очень заняты другими делами.

Я невольно рассмеялась. Робот был запрограммирован выдавать остроумные замечания.

— Можно и так сказать.

— Налить вам что-нибудь выпить? У нас есть Шато Левиль Пойфэр, если желаете.

Да ну?

— Мой король, это самое заманчивое предложение, которое я получила за весь год, но мне необходимо вернуться к своим обязанностям. Я пришла сюда только для того, чтобы просить у королевы одолжения.

Вот как? По крайней мере, я начала ее понимать.

— Что ж, — сказала я, — проходите.

— Спасибо, моя королева.

Чтобы сэкономить время, мы заняли ближайшую ко входу гостиную, и старушка Марджи приступила сразу к делу.

— Как вы знаете, я — глава библиотеки в центре города.

Она библиотекарь! Я притворилась, будто знаю, и кивнула.

— Я начинаю выпускать рассылку для вампирского сообщества.

— Правда?

— Это была ваша идея, моя королева: «Батюшки, может вам просто рассылку сделать или что-то подобное, чтоб вас всех».

Синклер ухмыльнулся.

— Звучит очень знакомо.

— Когда это я сказала такое?

— При нашей первой встрече, которую вы не припоминаете.

— Ну извините, у меня было о чем подумать в тот день! Если вы не подходите, чтобы представиться, так не нойте потом, что я вас не помню!

— Я еще раз прошу прощения, — ровным голосом сказала Марджори, — за все свои недостатки.

— Вы цитируете «Унесенные Ветром»!

Наконец-то, робот немного расслабился. Даже слегка улыбнулась.

— Вы видели фильм?

— Всего-то восемь тысяч раз. В книге этого нет, но момент получился великолепный…там, где Ретта почти вызывают на дуэль, но он не идет драться, потому что знает, что может всем надавать, а убить Чарльза Гамильтона только вызвало бы раздражение и потерю времени, так что он откланивается и уходит.

— Думаю, это попадает под категорию обсуждения фильма и книги, которое может занять долго время, — разумно заметила Мардж, скрестив лодыжки как настоящая леди. — Потому что мы часто видим плохую сторону Ретта, но обычно он ведет себя хорошо только по отношению к Скарлетт.

— Ага, типа когда он принес ей шляпку, после начала блокады, и украл лошадь, чтобы она могла выбраться из города и увидеть мать. Которая умерла. Но Скарлетт ведь этого не знала.

Маржди терпеливо улыбалась, пока я возбужденно ее перебивала.

— И вот у него появилась возможность убить мужчину из ненавистного ему класса плантаторов, путем, которое признает общество, но вместо этого он…

— Удирает в библиотеку, где встречает Скарлетт и все такое.

— Любовь. Смерть. Война. — вздохнула она. — Вот это было время.

Я проигнорировала пугающе жуткое замечание сдвинутой библиотекарши и продолжила гнуть…эээ, свою линию.