Элизабет Ричардс - Феникс

К голосованию приступают более мелкие города по всему штату Черной реки, и голоса «ПРОТИВ» с большой скоростью прибавляются. Эмбер Крик, огромный город — гавань на восточном побережье штата последним приступает к голосованию. Их избирательный участок расположен на живописной набережной, окруженной небольшими киосками, торгующими рыболовными снастями. Тысячи людей столпились на набережной, и все они повернуты к камере, выражения их лиц ожесточенные, непокорные. Репортаж быстро переключается обратно на «Февральские Поля», но не до того, как все услышали, как жители Эмбер Крик скандируют:

— Нет страха, нет власти! — на пределе возможности голосов.

Остаток голосования не занимает много времени, так как штат Черная река самый малочисленный в стране, после убийства миллионов людей в войне. Я вглядываюсь в результаты на цифровом экране, не веря глазам своим. Ведущая «Февральских Полей» появляется на мониторе, её улыбка смотрится очень неестественно и натянуто.

— По итогам подсчета голосов по штату Черная река, — говорит она, — штат проголосовал «ПРОТИВ».

Торжествующие крики поднимаются на городской площади. Все празднуют, кроме меня.

— Теперь голосует штат Провинций, — оповещает ведущая «Февральских Полей».

Это всех отрезвляет. Мы можем победить в штате Черной реки, но если другие штаты не последуют за нами, тогда все, чего мы достигли сегодня, пойдет прахом. Последующие несколько часов мы следим за голосованием с тревогой за тем, как голосуют оставшиеся штаты.

Штат Провинций — «ПРОТИВ».

Бесплодные Земли — «ЗА».

Изумрудный штат — «ПРОТИВ».

Штат Горный Волк — «ЗА».

Штат Золотых Песков — «ПРОТИВ».

— Ну, разве не захватывающе? Какое противостояние, — говорит ведущая «Февральских Полей», её девичий голос немного напряжен. — Четыре штата голосуют в пользу «Закона Роуза», и четыре против него. И, наконец, голосует Медный штат.

Все зависит от этого последнего этапа голосования.

Экраны показывают эмиссара Винсент, худенькую черную женщину средних лет, с жесткой прической, подчеркивающей угловатость её лица. Она стоит перед стеной, такой же, как наша Пограничная Стена, за исключением того, что она сделана из стали и меди, а не из бетона.

Все, что я могу — это беспомощно наблюдать, как женщина шагает к своему избирательному участку, который сделан аналогично нашим. Она слегка приостанавливается, позволяя репортерам сделать фото, и направляется к урне с надписью «ЗА». Это похоже на несчастный случай: ты понимаешь, что происходит, но не можешь перестать смотреть.

Затем она сделала нечто совершенно неожиданное.

Она резко поворачивает налево и кладет свой бюллетень в урну «ПРОТИВ».

Возникает многозначительная пауза, когда люди на городской площади глядят на экран, пытаясь осознать происходящее.

Эмиссар Винсент поворачивается к камерам, обращаясь к народу.

— Граждане Медного штата, я призываю вас...

Прямой эфир прерывается, и все мониторы чернеют.

Глава 7

НАТАЛИ

В ГОРОДЕ СТОЛПОТВОРЕНИЕ, все задаются вопросом, что же произошло.

— Что случилось с трансляцией? — звонит Роуч Джуно, которая все еще работает над репортажем на помосте.

— Кто-то заблокировал наш сигнал. Мы ничего не можем транслировать, — отвечает Джуно.

На экране внезапно появляется надпись: «Технические неполадки. Вскоре вещание будет налажено».

— Технические неполадки, да ну нафиг! — бормочет Джуно.

— Поверить не могу, что эмиссар Винсент проголосовала против Роуза, — говорит Дей, недоумевая.

— Она всегда его поддерживала, — вторит Натали, — Эмиссар Винсент заботится обо всех людях, а не только о Стражах. Моя мама считает, что это делает её слабой.

— Если она сменила сторону, то возможно в этом заключается причина отключения! — говорит Жук. — Ведь под её руководством все заводы снабжения армии, а без оружия у него не будет власти.

Прежде, чем мы смогли более детально это обсудить, мониторы ожили, и снова нам явилось лицо ведущей «Февральских Полей». Она изобразила на лице улыбку, но её аквамариновых глаз эта улыбка не коснулась.

— Граждане, мы приносим свои извинения за этот небольшой технический сбой. Это недостатки прямого эфира, — говорит она, как будто это была просто какая-то невинная ошибка. — Спасибо, эмиссар Винсент, за Вашу проникновенную речь. А теперь вернемся к голосованию в штате Медный.

Эмиссара Винсент нигде не видно, и либо это моё воображение, или камеры сменили позиции? Молодой человек спешит на помост, бросая взгляд на что-то за пределами мониторов. Он опускает свой бюллетень в урну «ЗА». Жук ругается вслух. Следующей вызывается пожилая женщина. Её глаза также глядят на что-то, скрытое от видоискателей камер. Я приглядываюсь к монитору — там как будто какое-то грязное пятно появляется в правом нижнем углу экрана — минуту назад его там не было. Камера поворачивается слегка влево, и пятно исчезает, но не раньше, чем я его заметила.

Кровь.

Я перестаю дышать.

— Эш...

Он тоже это видел.

— Ты же не думаешь…? — Это слишком ужасно, чтобы произнести вслух.

Он кивает.

— Они её застрелили.

* * *

Мы потеряли Медный штат. Все кончено. Мы проиграли.

— Ну, вот и все, граждане! — сияющее лицо ведущей «Февральских Полей» появляется на экране, когда голосование закончилось. — Результаты посчитаны, и национальное голосование поддерживает «Закон Роуза», пять к четырем.

На экране появляются кадры каждой из столиц штатов, где люди ликуют и неистово хлопают в ладоши. Торжество проходит снаружи дворца Роуза в Центруме, с искусными декорациями и танцорами в светящихся нарядах на городской площади. К этому торжеству должно быть готовились несколько недель. Я замечаю, что Си-Би-Эн не включил в свой маленьких монтаж по случаю празднования победы Роуза на выборах штат Медный.

Играет национальный гимн и трансляция заканчивается изображением сурово глядящих белокурых парня и девушки, сопровождающимся словами: «ОДНА РАСА. ОДНА ВЕРА. ОДНА НАЦИЯ ПОД УПРАВЛЕНИЕМ ЕГО МОГУЩЕСТВА».

Сигур и Гаррик покидают Пограничную Стену, возвращаются в гетто по другую её сторону. Мгновение спустя поднимается ужасный шум — это вопль скорби тысячи Дарклингов. Эш закрывает глаза, выражение боли на его лице.

— Ты сделал для них все, что смог, — шепчу я.

— Этого оказалось недостаточно, — тихо отвечает он.

— Что мы теперь будем делать? — спрашиваю я.

— Нам остается только одно — готовиться к сражениям и защите гетто, — говорит Роуч, — мы будем давать отпор Стражам так долго, как только сможем, но это будет делом нелегким без наших запасов оружия.