Некромантика по любви - Нани Кроноцкая

главное, она совершенно этого не стыдится! Удивительная женщина!

— Эд приходил ко мне на исповедь, — усмехнулась Рози. — Он был очень расстроен. Хотя зря — каждый некромант через это проходит.

Я потрогала маленький браслет кончиками пальцев и невольно улыбнулась. Накопитель, значит? И во время поцелуя с Эдом мне больше не станет плохо? Что ж, это интересно. Наверное, нужно его опробовать. Сработает ли?

— Мне нравится твой хитрый взгляд, — похвалила Рози. — Эдвин попался в собственную ловушку, так ему и надо.

Я кивнула и решительно надела браслет на руку. Ещё как попался. А нечего было меня обманывать с этим дурацким контрактом! И избегать поцелуев под надуманными предлогами!

— Спасибо, Розанна. Я обязательно воспользуюсь вашим подарком.

— Твоим. Мы же подруги теперь, правда?

Я удивлённо на неё посмотрела. Подруги? Жена канцлера, леди-некромантка — и я, сирота, дочь игрока и пьяницы, обычная гувернантка? Покачала головой.

— Это… слишком много.

Некромантка посмурнела, сдвинула густые брови.

— Ну да. Сомнительная дружба выходит, — пробормотала она. — Маг жизни и проклятая тёмная тварь.

Она поднялась, а я бросилась её обнимать. Горькие слова ударили как пощёчина.

Я ведь действительно так думала раньше, презирая и отталкивая Эда. А между тем он самый удивительный и благородный мужчина в этом мире!

— Ты не поняла, — быстро заговорила я. — Я не это имела в виду! Таких, как я, даже на порог твоего дома пускать не должны, разве что на кухню. Ты супруга второго лица королевства, а я…

— А ты — любимая девушка моего кузена, — мягко заметила Рози, отвечая на объятия. Её сведённые судорогой плечи расслабились. — Почти сестра мне. Мне очень нужны друзья, Адель. Особенно сейчас, в моём положении. Настоящие, искренние.

— Я рада стать тебе подругой, Рози, — серьёзно кивнула я. — И спасибо за браслеты. Наверное, пригодятся.

— Хотела бы я посмотреть, как ты будешь надевать на Эда ограничитель, — мечтательно улыбнулась Розанна. — Но, боюсь, это слишком интимный процесс.

Я покраснела, понимая, что нельзя просто подойти к Морроузу и вручить ему браслет. Придётся объясниться. Забавно выйдет.

Потом кухарка принесла чай и пирожки, и засобиравшаяся было леди Стерлинг решила остаться ещё ненадолго. Мы пили чай и болтали — в основном сплетничали о соседях. Я спрашивала, не страшно ли ей жить здесь, в такой глуши, ведь в столице куда больше грамотных врачей, а у нас что? Один доктор Ли. Не спорю, он мне показался опытным специалистом, но разве этого достаточно?

— Лиам — отличный врач, — не согласилась со мной Розанна. — Я знаю его давно. Наверное, я ему больше всего и доверяю. То, что он поселился здесь, во многом повлияло на то, что мы с Робом купили поместье именно в Липовых долинах.

— Если он такой хороший, то почему живёт в деревне? — удивлённо возразила я. — Разве ему не рады были бы в Льене?

— О, там интересная история. Его жене запрещено появляться в больших городах. А он её любит. Но я всё равно тебе не расскажу, это секретная информация.

Я прищурилась. Ну конечно, не расскажешь! Да тебе ужасно хочется со мною поделиться! Ничего. Не сегодня, так в следующий раз я узнаю, что за тайну скрывает таинственный доктор Ли!

* * *

Эдвин заперся в кабинете, но я знала, что прятался он не от меня… Между нами что-то происходило, и мне это ужасно нравилось.

Я поскреблась в дверь и, получив разрешение войти, ввинтилась в комнату. Без страха встретила его мрачный взгляд, с огромным удовольствием увидела, как озаряется улыбкой узкое лицо, как он с готовностью откладывает бумаги. Он мне рад, и я невольно улыбаюсь в ответ.

— Леди Вальтайн? Чем обязан вашему визиту? Кто из детишек набедокурил на этот раз?

— Я не леди, — привычно напомнила я, медленно приближаясь к столу. — Вы снова забыли об этом.

— Я буду называть вас так, как захочу. Попробуйте мне запретить, — он отодвигает в сторону документы, судя по их неряшливому виду — какие-то записи малограмотного человека. Опускает подбородок на сложенные руки и смотрит так, как умеет только он один: лаская взглядом, любуясь. Рядом с Эдвином я ощущаю себя единственной женщиной в целом мире.

Хочется сесть на стол перед ним и потянуться за поцелуем, но смелости пока не хватает. И я просто прошу его:

— Можно вашу руку, лорд Морроуз?

— И сердце? — хрипло спрашивает он, темнея взглядом.

Глава 8

Приоритеты

— Пока только руку, — сбиваюсь я. — Левую. И рукав засучите.

Его брови недоумённо ползут вверх, но он не сопротивляется. Закатывает рукав светлой рубашки, протягивает ко мне кисть. Я осторожно, боясь поцарапать, надеваю на его запястье жёсткий браслет и защёлкиваю его.

— Что это? — с любопытством спрашивает Эд.

— Ограничитель.

— Зачем?

— Затем.

Я демонстрирую ему второй браслет на своей руке. Ну как ответить на его вопрос в рамках приличия? Что сказала бы леди Розанна? А она бы не стала юлить, объяснив все, как есть.

— У меня накопитель, — сообщаю я. — Парный. Ваш… м-м-м… голод больше не сможет мне повредить.

— Откуда вы это взяли? — резко спрашивает Морроуз, разглядывая украшение с таким видом, словно это был не браслет, а скорпион.

— Розанна… то есть, леди Стерлинг подарила.

— Даже так? Ну, что же… Ей я доверяю.

— А мне нет?

— Вы маленькая и наивная глупышка, — усмехается он. — Идите сюда. Чувствую острую необходимость проверить подарок Рози.

Я совершенно не против, очень даже за! Охотно подхожу к нему вплотную, даже не пытаясь избежать ловушки его сильных рук. Обманчиво-мягкое движение — и я уже сижу у него на коленях. Сама обнимаю, сама тянусь за поцелуем. Что поделать — я влюблена в него по уши.

Лицо Эдвина предельно серьёзно, он очень нежно и трепетно касается моих губ. Мне этого мало.

— Вы понимаете, что делаете со мной, Адель? — шепчет он.

— Соблазняю? — с готовностью отвечаю я.

— Позволите убедиться? — и снова касание, лёгкое, бережное. Дразнящее.

От нахлынувших чувств я задыхаюсь. Теряюсь. Голова мучительно кружится, щёки горят, я стремительно тону в темной бездне его взгляда. Обжигающие ладони ложатся на спину, поддерживая, обнимая.

— Да.

Рваный выдох мне в губы. Он всё ещё сомневается. И опасается, оберегая меня. Я не росла в королевском приюте. Мои родители, вне всякого сомнения, меня любили, хоть порой и не были внимательны. Никто и никогда в моей прошлой жизни не заботился так обо мне. Идя наперекор собственным чувствам, надеждам, желаниям. И, что самое удивительное, — ничего не требуя взамен. Именно в эти секунды я поняла окончательно, почему полюбила милорда Морроуз. Невероятного и