Настя против Князя Зла - Тальяна Орлова

очередь желала выставлять этого парня крайним, поэтому встала, развернулась и пояснила – сразу для всех:

– Я жила в самом дешевой таверне вдали от города, потратила каникулы на непрерывные тренировки. И со штрафом все нормально – я продала все свои артефакты, кроме усилителя. Прошу больше о моей судьбе не волноваться. Ланита, если вдруг решишь зарабатывать продажей тела – у тебя получится куда лучше моего, раз ты вообще такие варианты рассматриваешь. Шедард, по поводу твоего предложения – прости, но тебе с таким носом никаких денег не хватит. Надеюсь, все вопросы закрыты, и вы от меня отстанете – притворитесь, что меня здесь нет.

Я всерьез надеялась, что они выполнят просьбу. Однако уже через мгновение взревела новая волна.

– На себя посмотри, уродина! – Ого, как его зацепило.

– Это какие же у тебя там были артефакты на такую сумму?! – Логично, но пусть гадают.

– Разве это были твои артефакты, чтобы их продавать?! – Справедливо, но плевать.

Вернулась на свое место и терпеливо дождалась профессора – хоть при учителях в этой войне наступает затишье.

Экзамены до конца года меня больше не пугали, ведь впредь я буду брать силу у Юты каждые два дня без пропусков. Независимость независимостью, но я обязана здесь закрепиться и продержаться до тех пор, пока мой резерв не раскачается. Да еще и от земляков по одному нужно избавиться. А уж в теоретической подготовке я любому из присутствующих студентов фору дам!

Наконец в академию явился и Юта. Я не побежала его встречать, хотя очень хотелось. Зато быстро узнала о его приходе – прочитала буквы на дверце шкафа. Они проявились блестящими полосами, словно князь зла чертил их пальцем на собственном шкафу или полу, а послушный рой Пожирателей повторял его движения. «Я на месте, спасибо», – написал он, после чего буквы просто растворились в поверхности. Да тут не просто спасибо, тут мне низкий поклон положен – раз Юмин уже смог доставить в академию настолько страшное оружие, то сам он чувствует себя вполне вольготно.

Поскольку его дела улажены, пора улаживать свои. На предстоящем экзамене лучше подставить кого-то из сильных попаданцев, для этого будут удобные условия, но Маша к когорте сильных не относилась – жаль тратить на нее удачный момент. Да и зачем тянуть, если от ее лица у меня каждый раз тошнота накатывает?

На практике я воспользовалась моментом, когда все внимательно слушали преподавателя, и хорошенько подогрела ее колбу, используя горячую волну. Разумеется, состав был испорчен, после чего недоуменная Маша получила незачет. Я повторяла этот трюк еще дважды – то меняя температуру, то закидывая ненужные ингредиенты. Девушка, потеряв контроль, начала всех подряд обвинять, что ей кто-то вредит. На меня подумать не могли – да у меня ведь нет такой силы! Это, скорее, местные наплевали на увещевания старосты и перешли от слов к делу.

Подлость ли это с моей стороны? Безусловно. Примерно такая же, какую устроила Катрина, помешав мне сдать экзамен. Но с другой стороны, это признак доброты и человеколюбия – я вновь не ответила убийце тем, чего она на самом деле заслуживает. Всего лишь исполняю ее желание унести ноги с этой опасной учебы!

Завершила я серию терактов самым продуманным маневром – после контрольной подошла к запертому кабинету, вскрыла его, прочитав нужное заклинание земли, и заменила листок Маши. После проверки госпожа Альд уже вскипела:

– Мария, ты не допускаешься до следующего экзамена! Неужели ты надеялась остаться здесь, пренебрегая теоретической подготовкой? А если во время испытания произойдет нестандартная ситуация – нам снова объяснять вашему управлению, почему иностранные студенты здесь мрут как мухи?! На ближайшем же совещании я поставлю этот вопрос ребром, и мой голос тебе уже известен!

Показательна была реакция других попаданцев – они вроде бы успокаивали Машу, повторяли, что вопрос еще не решен и госпожа Альд здесь не принимает итоговые решения, но как-то без огонька. Наверняка уже просчитывали, что если ее все-таки отчислят – а по предыдущему экзамену было ясно, что она в любом случае отправилась бы вслед за мной – то им вроде как уже два раза можно будет свободно выдохнуть. Я сидела на среднем ряду и продолжала изображать, что меня никакие события среди попаданцев не касаются.

И да, вопрос пока решен не был – возможно, Маше дадут возможность пересдать все долги и пересмотрят решение. Но нервы у этой тряпки сдали раньше.

И вдруг она приняла неожиданное решение и поздним вечером пришла в мою спальню.

– Настя, я знаю, что это ты, – заявила она с порога, шмыгая носом. – Не представляю, как у тебя это получается, но никто из наших не имел мотива. И лишь ты стояла позади, когда моя колба нагрелась.

– Не имел мотива? – я даже расхохоталась. – Еще не поняла, что ты часть змеиного клубка? Как только отчислят тебя, они примутся за следующего!

– Но… они начали бы с тебя, – заметила она разумно и затараторила, заламывая руки: – Настя, извини меня, пожалуйста, я была не права. Ты просто не понимаешь, это был приказ, а я не знаю, как выживать в этом мире в одиночку! Растерялась, запуталась, но сейчас я очень сильно сожалею!

Я весело уточнила:

– А что ты ноешь? Тебе же в академии страшную нечисть подкидывают, мучают твою ранимую натуру. На твоем месте я бы прыгнула в первый же торговой караван и катила в Ису.

– Торговый караван? Это же опасно! – ужаснулась она, забыв, что я как раз таким и добиралась. И вновь запричитала, приводя новые аргументы: – К тому же управление сразу спишет со счетов всех, кого отсюда прогонят первыми. Не будет мне никакого места в правительстве, никто не станет из-за меня пытаться договориться с другой академией – конец всем надеждам когда-нибудь подняться. А я даже их приказ исполнить не сумела… Настя, Настенька, прости меня, пожалуйста, я ведь в самом деле не хотела тебя убивать – очень сильно не хотела! – Она упала мне в ноги, совсем забыв о гордости, и продолжила умолять: – И заклинание активации выдали не только мне – я в этом уверена! Просто мне дали еще распоряжение навязаться тебе в подруги, но далеко не только я должна была…

Я почти равнодушно заметила:

– Значит, они отправятся вслед за тобой, всего-то. И разве ты не видишь разницу? Взорвать меня могли и другие, но первой решилась именно ты. Может, остальные на такое страшное преступление не готовы?

– И я не была готова! Пожалуйста, извини, я просто жалкая размазня, которая