Поцелуй охотника - Вероника Дуглас

все контролирует. Шелковисто-золотое, отделанное жемчугом, оно облегало каждый изгиб, и когда я поворачивалась из стороны в сторону, оно переливалось на свету. Моя икра выглядывала из бокового разреза, который открывал все до верхней части бедра, когда я сделала шаг. Хотя я могла смириться с этим, глубокий вырез декольте обнажал гораздо больше моей груди, чем мне было удобно выставлять напоказ.

Я виновато поджала губы, глядя на свою служанку.

— Есть ли другой вариант? Это немного… смело.

Абсолютно безвкусно — вот что я хотела сказать. Это был вкус на сто процентов Аурена и на ноль процентов мой. Дайте мне ботинки и кожаную куртку в любой день.

— Это платье, которое вы наденете сегодня вечером, миледи, — с сожалением сказала моя служанка. Она поняла.

Я вздохнула и проверила его под другим углом.

По крайней мере, во дворце Кейдена у меня были варианты. Платья, выбранные Мел и Кейденом, были пугающими, но я чувствовала, что в них есть что-то, чему я могла соответствовать — что, несмотря на все мои недостатки, я могу быть изящной и хорошенькой. Или, может быть, это просто было то, что я чувствовала, когда Кейден смотрел на меня. На мгновение моя кожа вспыхнула и стала довольно чувствительной к текстуре ткани.

— Мисс? Ваше дыхание затруднено. Спина зашнурована слишком туго? Я могу ослабить.

— Нет, все в порядке.

Кейден больше не навещал меня. Либо он не чувствовал необходимости делать это, либо усилия Аурена по укреплению дворцовой защиты увенчались успехом, и Кейден не мог прорваться.

Я не была уверена, испытала ли я облегчение или разочарование.

Мне отчаянно хотелось снова тренироваться с ним, но я была уверена, что Темный Бог Волков придет в ярость, если узнает, что я даже разговаривала с королевой, не говоря уже о том, чтобы помышлять о приходе в ее царство. Невозможно было предсказать, как он отреагирует, когда узнает.

Все это было сделано для того, чтобы помочь его народу — ну, отчасти, — но я не могла рассказать об этом ни ему, ни кому-либо еще из-за подавляющего заклинания Аурена.

Я поправила свою чрезмерно обнаженную грудь и надела пару золотых туфель на шпильках, которые шли к платью. Они были великолепны, но крайне непрактичны.

— Ладно, я признаю это, вы двое — чудотворцы, — сказала я своим служанкам. — Думаю, в следующий раз вам нужно научить меня нескольким трюкам. Мне повезло, что вы рядом.

Горничные покраснели, а я почувствовала укол вины. Я держала их на расстоянии, потому что знала, что они передают все, что я говорю, Аурену, но, возможно, мне следовало приложить немного усилий. Мы все были у него под каблуком.

Я расправила плечи и посмотрела на себя в зеркало. Сегодня вечером я не буду ни у кого под каблуком. Я вздернула подбородок. Может быть, платье выбрал Аурен, но я могла бы носить его как броню.

Звук труб эхом разнесся по дворцу, и мое сердце пропустило удар. Предполагалось, что я встречусь с Ауреном до ее прибытия. Черт.

Еще раз поблагодарив своих служанок, я выбежала за дверь. Как всегда, мои стражники выстроились в шеренгу.

— Ваши доспехи сегодня блестят, капитан, — сказала я. — Пытаешься произвести впечатление на дам?

Он бросил на меня непонимающий взгляд, и я тяжело вздохнула, направляясь на веранду третьего этажа, которая выходила на центральный двор дворца. Она окружала обширный сад с фруктовым садом Аурена, пешеходными дорожками и цветочными клумбами. В центре полированная каменная дорожка огибала богато украшенный фонтан. Потоки воды сбегали дугой со скульптуры менад, в которых оборотни терзались в дикой, физически невероятной оргии.

У Аурен определенно был стиль.

Где он был?

Словно в ответ на мои мысли, воздух наполнился ароматом пшеницы и звоном стали, и солнечное тепло его магии окутало меня.

Я обернулась и обнаружила, что он ухмыляется мне с хищным выражением лица.

— Ты выглядишь совершенно восхитительно сегодня вечером, Саманта. Жаль, что королева не король — ты смогла бы просить все, что захочешь.

Я повернулась назад, чтобы не видеть, как его взгляд опускается ниже.

— К сожалению, ты просишь меня сыграть в шахматы с королевой.

Снова взревели трубы, и гигантские золотые двери главных ворот распахнулись. Шесть сверкающих крылатых коней рысцой промчались в поле зрения, таща за собой золотой экипаж. Карета была выполнена в виде жемчужно-белого лебедя со сложенными крыльями. Двери и отделка были украшены искусной золотой филигранью. Это определенно было прямо из сказки.

Внутри была кровожадная королева фейри.

Я подавила дрожь.

— Почему у меня такое чувство, что ты собираешься подать меня ей, как фаршированного поросенка на серебряном блюде?

Он усмехнулся.

— Правда? Ты хочешь провести аналогию именно с этим?

Мое лицо покраснело еще сильнее от ярости.

— Это не шутка. Мы говорим о моей жизни.

Выражение его лица потемнело, а на губах появилась жестокая улыбка.

— Если бы я собирался предать тебя, я бы не стал надевать на тебя платье и отправлять на ужин. Я бы сделал это без твоего позволения. Я бы заковал тебя в цепи и передал в руки брыкающуюся и кричащую, и ты бы ничего не смогла с этим поделать.

Вот так просто маска цивилизованности слетела. Аурен был таким же диким и безжалостным, как и его брат. Я подозревала, что даже больше. Уравновешенность, утонченность, манеры — все это было игрой на показ, правилами, по которым он играл, чтобы развлечь себя. Как и все гребаные богатые ублюдки, которые правили миром, он чувствовал себя вправе делать все, что захочет, потому что ему принадлежали все и вся.

Я была уверена: если бы ему это вдруг понадобилось, он бы без колебаний оторвал мне голову прямо здесь и сейчас — и преподнёс её королеве.

С вихрем движения и цвета в двор Аурена хлынула прислуга и гвардия, выстраиваясь в стройные ряды.

— Не разевай рот, — усмехнулся Аурен. — Хотя, должен признать, она определенно знает, как появиться на публике.

Я сжала челюсть и уставилась на самодовольного ублюдка.

— Разве ты не должен быть там, чтобы поприветствовать ее?

— Конечно, — он слегка поклонился мне. — Вспомни все, о чем мы говорили. Ты должна убедить ее, что ненавидишь моего брата и отчаянно хочешь узнать больше о своей фейрийской стороне. Заставь ее поверить тебе. Она должна захотеть тебя.

— А что, если я решу не ехать?

Выражение его лица омрачилось.

— Время для принятия такого решения давно прошло.

— Но…

— Но ничего. Теперь ты связана обязательствами. Ты убедишь королеву взять тебя на службу.

Мои кулаки сжались.

— Я не твоя собственность.

Ярость вспыхнула