Жена Лунного демона - Нинель Мягкова

собрался. Не к императору, конечно, сейчас повелителю не до аудиенций. А вот по-соседски пообщаться с господином Шуо можно. Тайный советник точно в курсе, что происходит за стенами и чем это грозит окружающим.

До заката я бродила из угла в угол комнатушки, что и раньше не поражала размерами, а теперь и вовсе давила стенами на разум. Есть не хотелось, выходить нельзя, все что оставалось — думать.

И ничего хорошего при этом в голову не приходило.

То, что прилюдная проверка меня не выявила —прекрасно. Но не начнут ли в таком случае грести всех неугодных под предлогом, что они — полукровки?

Например, при желании любого мага земли можно в этом обвинить. Растения подчиняются — фейри. Казнить! Ну или клеймо поставить.

Посторонние меня не так уж волнуют, зато родственнички Чена — еще как. Раз во время церемонии они догадались снять с меня серьги, точно знают, что во мне есть порченая кровь.

Не донесут ли на нас?

И безопасно ли для Чена посещение дворца? Может,кто-то уже рассказал его величеству или господину Шуо о моем прошлом и за мной скоро пришлют стражу?

Я успела накрутить себя до истерики, так что на звук открывающейся двери среагировала бурно — развернулась резко и чуть не выпустила атакующее заклинание. Я его недавно выучила, и пока мало практиковалась, но от ужаса оно получилось почти идеально и замерло на кончиках пальцев, напряжённо дрожа.

— Это всего лишь я! И один! — подняв руки, Чен осторожно протиснулся в помещение. — Все хорошо!

— Врешь! — выдохнула я с облегчением, впитывая магию обратно и бросаясь на шею супругу.

— Не вру. Это точно я, — хмыкнул муж. — И точно один. Если, конечно, господин Шуо не послал за мной соглядатаев, но они не сунутся к нам в комнату. Тактичные.

— Что он сказал? — встревожилась я, глядя на усталое лицо Ченхина. — Так и знала, что все плохо!

— Не все. Но для нас… — Ченхин не договорил. Сел на постель, скинув плащ, и устало потер лицо.

Я устроилась рядом, но муж, недолго думая, перетащил меня к себе на колени и уткнулся лицом в грудь, крепко обхватив руками.

— Кто-то из древних фейри напал на дворец, — тихо, на грани слышимости принялся рассказывать супруг. Еще и полог безмолвия поставил, чтобы наверняка. — Она проделала подкоп, трансформировалась в боевую форму и угрожала его величеству, требуя что-то вернуть.

Я вскрикнула и тут же зажала рот руками.

— В тот момент во дворце находилась Инни, — Чен сглотнул, преодолевая возникший в горле комок. — Она выложилась полностью, чуть не выгорела и сейчас находится без сознания. Зато фейри уничтожена.

— То есть задание не выполнено. И придут новые, —встревоженно продолжила я. — Его величество в опасности.

— Ты в опасности! — рявкнул муж шепотом. Я вздрогнула и недоуменно на него уставилась. — Представляешь, что с тобой сделают, если поймут, что именно тебя ищут с таким размахом? Аж к самому императору заявились!

И то правда. Учитывая, как трепетно повелитель Поднебесной относится к своей защите, ему крайне не понравится посягательство на дворец. Стоит ему узнать, кто виновник… разбираться, в чем проблема, не станут. В застенки, а может, и сразу казнят.

Я еще из-за клейма переживаю!

Чен молчал, уткнувшись в мою шею.

— Инни поправится. — Я неловко погладила его по голове, задев тугой пучок на макушке.

Мне еще не приходилось никого успокаивать, особенно мужчин. Получалось вроде бы неплохо. Супруг вздохнул, шумно обдав потоком воздуха чувствительную кожу, и прижался теснее, открывая незащищенный затылок.

— Моя сестра сильная, в ней кровь фениксов. Она выживет, — без тени сомнений прогудел он. — А вот с тобой что делать…

— Ничего? — робко предложила я.

— Не получится. Мои родственнички в курсе, кто ты. И твой приемный отец тоже.

Чен замолчал, да и лишние слова в этой ситуации. И без них ясно, что нашей недолгой спокойной жизни пришел конец. Если не сдаст господин Кин, то уж господин Джайри точно не упустит возможности поквитаться за недавнее унижение.

— Клеймо?.. — выдавила я с трудом.

— Нет, конечно! — вскинулся муж, чуть не заехав мне пучком по лицу. — Ни в коем случае! Никто не смеет портить красоту моей супруги. Впрочем, я бы любил тебя и такой, но если можно этого избежать…

— И как же? — уцепилась я за призрачный шанс.

Слышать признание в любви в любой обстановке приятно, но мне бы не хотелось испытывать чувства супруга на прочность.

— Нам нужно отправиться к фейри и потребовать от них прекратить нападения на людей. — твердо заявил Ченхин.

Моя рука невольно потянулась ко лбу мужа — проверить температуру.

Он увернулся и досадливо поморщился.

— Нет у меня жара. Все логично. Раз тебя ищут — значит, ты им для чего-то нужна и важна, правильно? Значит, если им тебя показать, что ты в порядке и безопасности, они успокоятся и отступят. Если повезет, еще и переговорщика пришлют для примирения. А после господин Шуо убедит его величество, что закон слишком строг и расплывчато сформулирован. Достаточно будет нескольких доносов на достойные семьи, чтобы среди придворных начались брожения. Император ценит спокойствие, он не станет провоцировать разборки между семействами.

— Меня смущает то, что указ подготовили слишком быстро, — пробормотала я, незаметно для себя перебирая упругие пряди, выбившиеся из узла на макушке супруга. Тот жмурился и чуть не мурлыкал, но от разговора не отвлекался. — Чувство, что формулировку придумали задолго до нападения. То есть его величество рано или поздно собирался объявить фейри вне закона, и происшествие во дворце — лишь повод.

— Почему ты у меня такая умная? — Муж ткнул мне в лоб пальцем.

Не обидно, шутливо. Но у меня неприятно засосало под ложечкой.

Что-то он не договаривал.

— Ты права. Господин Шуо не знает всех подробностей, это личное дело его императорского величества. Настолько личное, что даже вернейшие слуги не в курсе. Но Ванг Танли, кажется, даже обрадовался появлению фейри в его саду. Словно давно его ждал, и вот наконец-то. Понимаешь?

— Понимаю, что ты пытаешься увильнуть, — твердо заявила я. — Договаривай.

— Я и сам до конца не разобрался, что происходит. Мои догадки слишком дикие, чтобы произносить их вслух, — повел плечом Чен, и потянул за тесьму, удерживающую мой пояс.