Укрощение истинной. Непокорная для дракона - Дара Лайм

дракона? — сменил тему он.

Я и сам не знал, как так произошло. Возможно, мне помогла вера в свои силы, а может, обрел гармонию с собой, признав чувства к Айрис.

— Это останется моим секретом, — ухмыльнулся, не желая распространяться.

— Но я обязан записать это в летопись. Кому-то могут понадобиться эти знания, —

возмутился друг.

Я прекрасно знал, как он любил свои книги, но стоило чуть больше времени уделять своей

жизни и меньше ворошить чужие летописи.

— Эту тайну я раскрою только на смертном одре, — поспешил отшутиться.

Фиц прищурился, но улыбнулся.

— А что ты будешь делать с Хорданами? Их семья нарушила договор и подсунула тебе

человечку из другого мира. — гросс, сощурив глаза, внимательно следил за моей

реакцией.

А что я мог сними сделать?

— Пусть это останется на их совести.

— Ты никогда не был тем, кто прощает оскорбления, — удивленно вздернул бровь Фиц.

Так оно и было. Но я не держал на них зла. Они были в курсе, что две невесты скончались

еще во время ритуала. Жрец едва успел закончить свою речь, как одна из них упала

замертво, а вторая — прямо во время поцелуя, завершающего обряд.

Отчаявшийся отец искал способ спасения собственного дитя. Это ли не естественная

реакция любящего родителя?

У меня не было особой надежды, что Айрис переживет нашу свадьбу, но эта девушка

была настоящим сюрпризом. Мало того что полностью прошла инициацию и оказалась

истинной, что было настоящей редкостью, так к тому же смогла разбудить сигнальный

факел, и я чувствовал, что вскоре порадует меня отличной новостью.

— Отправляйся к Грегору, — задумчиво проговорил я. — Не говори напрямую, что мы

знаем о подмене, лишь намекни.

— А потом? — Друг поднялся со своего места, готовый тут же выполнить мое поручение.

— А потом выбери любую понравившуюся девицу и забери ее с собой.

Я посмотрел на удивленного друга. Он застыл, не понимая к чему мне еще одна Хордан.

— ты же не собираешься ее брать себе в наложницы? — с сомнением в голосе

проговорил Фиц.

Я растянул губы в торжествующей улыбке. 0, нет. Мне не нужна была ни наложница, ни

любовница. Айрис мне с головой будет хватать всю оставшуюся жизнь. Но я знал того, кому было слишком скучно, раз он торчал в книгах ночами.

— Выбери самую строптивую, — только и произнес я, не желая сразу сдавать карты.

Если сказал бы, что девица станет его женой, он выбрал бы безвольную серую мышку, с

которой можно было утопиться со скуки.

Растерянный Фиц вышел из кабинета, кивнув на прощание, а я вернулся к мыслям о

своем непокорном счастье, выпавшем так нечаянно.

ЭПИЛОГ

Айрис

С замиранием сердца я наблюдала, как в небе кружил черный дракон. Широкие взмахи

перепончатых крыльев бросали тень на полуденный сад. Прекрасный вид моего супруга

никогда не перестанет меня восхищать. Сегодня, казалось, я любила его еще больше, чем

вчера. На губах блуждала глуповатая влюбленная улыбка, а сердце трепетно сжалось, когда он начал посадку.

Крепко зажмурившись, чтобы не видеть, как его тело меняет форму и размер, я замерла

— Ты прекрасно выучила, как быть хорошей женой, — услышала я совсем близко.

Не успела и глаз открыть, как горячие губы накрыли мои. Из головы вылетели все мысли, оставив место только нежности.

Его рука скользнула по талии, прижимая меня к своей обнаженной груди.

— ты усвоил главное правило хорошего мужа, — поддела его, оторвавшись.

Я не могла поверить счастью: вынужденный брак со случайно свалившимся на голову

мужчиной стал настоящим счастьем.

— И какое же? — удивленно вздернул бровь Эдвин.

— Примерное поведение, — рассмеялась я, уворачиваясь от его загребущих рук. — Тише, не шуми. Разбудишь.

Муж тут же изменился в лице и просиял. Так происходило каждый раз, когда он видел

сыновей.

Уже год, как я обживалась в новом мире. Моментами тоска по родине возвращалась, но

теперь мой дом был там, где моя семья: муж и сыновья. Я не мыслила своей жизни без

этой троицы.

Эйдан опустился на колено перед корзинкой переноской, в которой мирно посапывали

близнецы: Марк и Олис. Муж с любовью смотрел на спящих детей и поправил пушистые

вязаные пледики.

— Ты сделала меня самым счастливым из всех мужчин, — восторженно прошептал Эдвин

— Я не забыла, как сильно ты желал наследников, — рассмеялась я, целуя его в колючую

щеку.

— осталось дело за малым, — весело подмигнул он. — Нам нужна дочь.

— Дочь? Для укрепления межклановых связей?

Что-то я сомневалась, что, будучи таким жутким собственником, он к ней подпустит кого-нибудь на пушечный выстрел.

— Чтобы была отдушиной для папы, когда проказливые мальчишки будут громить наш

замок.

Мое сердце переполняла нежность к этому сильному мужчине, который ради нашей

любви изменил свою жизнь и отношение к ней. Он, не стесняясь, обнимал меня на глазах

у всех обитателей дома, стараясь в любую выпавшую свободную минуту быть рядом.

Даже когда пришло время рожать, он пытался выломать дверь в попытках ворваться, чтобы пройти это испытание вместе. Пришлось отвлечься и выставить его за дверь

грозным окриком, так как Тилма сама не справлялась. Гросса же Эдвин не допустил ко

мне в комнату, внезапно воспылав жгучей ревностью.

ЕГО даже не остановило, что у Фица разыгрывалась собственная драма на личном фронте

и моя скромная персона его нисколько не интересовала.

Я помнила те сияющие глаза и вспотевший от тревоги лоб, когда отца допустили все таки

к нам. Сначала ему подали Марка, и я думала, что никогда еще не видела его настолько

счастливым, но затем Тилма подала второй сверток. Удивление на лице Эдвина нужно

было видеть.

— Их двое? — осипшим вдруг голосом проговорил муж.

— Двое, — кивнула я.

— НО как? — Его глаза заблестели от переполняющей гордости и радости

— Магия? — поддразнила его я.

— Не иначе, — согласился Эдвин.

Сейчас же, когда с того дня прошла всего пара месяцев, муж не переставал меня

удивлять. Он отказался от услуг нянь и кормилиц, изменил расписание, передав часть дел

управляющему и секретарю, чтобы освободить место для семьи. К слову, он почти всегда

вставал сам по ночам, давая мне возможность выспаться.

Из грозного и почти всегда рычащего дракона, Эдвин превратился в чуткого, заботливого

и любящего мужа.

— Я люблю