Засада для дракона - Тальяна Орлова

познакомился лишь в начале учебного года, но разом забыл все о ведьмах, когда сдружился со своими сородичами. Я склонила голову, чтобы четче слышать шепот Сата – хотелось отвлечься хоть на него:

– Похоже, Эскес тебе не поможет. – В его словах утешения не содержалось.

Я ответила под нос очень тихо:

– Мне и не нужна его помощь. Ничья не нужна – я ведьма, сама справлюсь.

– С чем? – эйр заговорил глуше и будто серьезнее. – Ты не слышишь, что они предлагают? Один хочет раздеть тебя догола и вышвырнуть на мороз. Второй – наложить заклинание немоты на время экзамена. И будут повторять, пока ты не сдашься или тебя не отчислят. Тебе какой вариант больше нравится?

– Переживу, – процедила я. – Но когда я это переживу, то стану в сто раз злее – и в тот день они пожалеют.

Слова дракона прозвучали мягче, словно он пытался в чем-то меня убедить:

– Лично мне лень ждать какого-то там дня, я бы лучше прямо сейчас закончил эту скучную вечеринку и отправился спать.

– И что ты предлагаешь? – теперь я даже на него начала злиться.

– Довериться тому, кто сильнее, – удивил Сат. – Знаю, что ведьмы этого не умеют, но иногда надо. Хоть на минуту можешь притвориться, что мы заодно?

Я и без него бы обошлась, но страшно захотелось прямо сейчас стереть эти паршивые улыбки с лиц заигравшихся хулиганов. Потому медленно кивнула. Сат понял жест. Он уже удобно улегся в моем ухе и вернулся к своему обычному расслабленному тону:

– Тогда сварганим что-нибудь простенькое. Они все-таки учащиеся академии, а змеи у нас наперечет. Сделай общий знак, дальше я.

– Какой еще общий знак? – я наклонилась к плечу, чтобы никто не заметил, как двигаются мои губы.

– Да просто раскинь руки. Или вообще делай что угодно. Ирис, это мы с тобой здесь эйр – пусть все остальные напрягаются, а мы можем даже вздремнуть.

Вдохнула, развела открытые ладони в стороны. Сат зашелестел короткими заклинаниями, которые не повторялись, но точно наслаивались друг на друга. Я хотела подняться на ноги, но мое тело без усилий переместилось в вертикальное положение, а потом и подлетело немного вверх, зависнув невысоко над полом.

– Что?.. – Малор вскрикнул, обернувшись первым.

Не знаю, что именно пытался сотворить Сат, но я сама без труда представляла, насколько жутко выглядел мой образ: я висела в пространстве с раскинутыми руками, губы растягивались в торжествующей улыбке, коса расплелась, а волосы взметнулись, развеваясь вокруг рыжим облаком. От обилия колдовства воздух рядом закипел, деревянные стеллажи со всех сторон пугливо задребезжали. С пола поднималась пыль – ее словно тянуло вверх невидимыми вихрями. Невероятное ощущение могущества разогрело кровь, даже рассмеяться захотелось – и непременно злодейским смехом. Посмотрела на того, что стоял с краю, – и бедолага с воплем полетел прямо в стену. Следом за ним туда же отправился Андай, но грохнулся не рядом, а непосредственно в приятеля. Они же змеи – вот и пусть шмякаются о стены клубками, им так привычнее.

– Как она это делает?! – заверещал кто-то отчаянно за моей спиной.

Я даже оборачиваться не стала – просто показала пальцем, куда ему лететь со своими бесценными вопросами. Те, кто пытался выставить магический щит, получал дважды: сначала мордой об стену, потом и собственным щитом. Эту веселую теломешалку можно было перебирать бесконечно. Откуда-то из общей кучи завопил Малор:

– Что она такое?! Андай, почему ты не предупредил?!

– Я сам не знал, честное слово! – этот жалкий неудачник даже в такой момент перед ними оправдывался. – Не знал, клянусь Святой Прародительницей!

Скривившись, я вежливо попросила:

– Заткнитесь, а. Много шума.

Сат хмыкнул, выдал что-то знакомое – после чего змеи замычали, в ужасе тараща глаза, но не в силах больше выкрикнуть ни слова. Я подплыла по воздуху к настенной шевелящейся каше, склонила голову набок, наслаждаясь зрелищем, а потом решила сказать:

– Парализовать весь ваш корпус – для меня плевое дело. При чем тут ректор?

Заклинание Сат ослабил, потому маги теперь падали вниз. Один отполз подальше и повернул ко мне белое лицо. Он мог пока только открывать рот, а не говорить, но я угадала вопрос по вытаращенным глазам и движению губ:

– Он не был виноват?

С этим откровением мы их и оставили. Пусть будет главным наказанием: узнать, что они убили своего любимого преподавателя без единой на то причины. Совесть загрызет. А бессовестные вспомнят, как в империи казнят за такое преступление. Приятных им кошмаров.

Я не боялась, что за мной бросятся вдогонку. Ничего они мне не сделают – теперь даже близко не осмелятся подойти. И косо глянуть на одну из моих девчонок поостерегутся. Да, это далеко не ведьмовская магия, но я была очень довольна результатом.

– Понравилось? – спросил Сат уже на подходе к нашему корпусу. – Ирис, тебе понравилось, когда твои проблемы кто-то может решить щелчком пальцев? Заметила, что если некий мужчина раз в сто лет отводит от тебя неприятность, то от этого сама ты не становишься слабее?

Я промолчала, ведь ответа у меня не было. И больше Сат этот вопрос не повторял.

Глава 7

Я, потенциально сильнейшая студентка первого курса, завалила экзамен декану Злотке, на что грубоватая ведьма назвала меня «высокомерной баранихой, которая считала, что ей-то готовиться не нужно». На ее резкость я, как обычно, не обратила внимания, иных причин для расстройства хватало. В самом начале допустила мелкую ошибку, из-за нее вспомнила о неудаче на последней практике, от этого сильно разволновалась – и вот результат: даже не поняла, что сделала не так в приготовлении отвара. Трех отваров, если кому-то приспичит посчитать. Да-да, я перепутала составы во всех попытках – и больше шансов преподавательница мне выдать не могла, хотя, судя по первой реакции, сама очень удивилась.

Ошибку я списала на свое состояние, поскольку нормально выспалась и Сат мне готовиться не мешал. Но ведь я действительно ходила расклеившаяся и невнимательная, а в ведьмовском деле малейшая неточность оборачивается полным провалом – то есть отсутствием какого-либо эффекта. Теперь же у меня стало на один повод больше для упаднического настроения, поэтому я пропустила обед, забралась на чердак нашего корпуса и лениво рассматривала сверху прохожих, ни о чем не думая.

В одиночестве мне побыть было не суждено – и так, боюсь, продолжится до конца времен.

– Ирис, да ладно тебе тухнуть, – попытался утешить Сат. – Пересдашь.

– Пересдам, – уныло согласилась я. – Или не пересдам. Какая уже разница? К матери из-за этого на каникулах съездить не смогу, стипендии лишат, декан Злотка до диплома будет считать меня лентяйкой, поступившей лишь за счет таланта, который у нас стоит чуть меньше гроша… А так ничего, конечно.

– Стипендия? – он выбрал пункт, показавшийся ему самым простым. – Ирис, ты сейчас оказываешь эйру такую услугу, за которую никаких богатств не жалко. Не о стипендии думай, а обо всех столичных платьях красного оттенка.

– Ага, и когда ты расплатишься? – скептически скривилась я. – В кабинет ректора не попасть. Поедем в родовой замок, чтобы мне там голову снесла твоя же охрана за попытку проникновения?

Сат, по всей видимости, вообще о деньгах беспокоиться не умел:

– Терпеливо подождем, когда я самолично туда явлюсь. А до тех пор можно тратить твои одиннадцать золотых. Да-да, я считал.

Я б ему ответила как следует, но мое одиночество вдвоем было прервано – на чердак средь бела дня заявилась Валиса, подошла и молча уселась рядом, так же свесив ноги. О чем-то размышляла пару минут, а затем тихо выдала:

– Ты это… Из-за нас, что ли, так расстроилась, дубина ты стоеросовая? Но ежели что, мы тебя прощаем, чего уж там. Твой скотский характер потерпим, лекциями поделимся. Из наших Ларта тоже завалила, и еще четыре девчонки из соседних комнат. Ничего, пойдете этой туповатой толпой и закроете долг. Но им учеба пока трудно дается, а по тебе видно, что просто расквасилась, то есть вообще не проблема, если прекратишь ныть.

Я покосилась на старосту. Одногруппницы заметили, что со мной творится неладное, да и не им сомневаться в моих знаниях, вот и отнесли мой провал на счет нашей затянувшейся ссоры.