Ненужная дочь (СИ) - Брай Марьяна

Каждое утро я сползала на пол и отжималась, как показывала моя фея. Через год я сама могла пересесть из коляски за стол, на кровать, да и в туалет выезжала без помощи. Кормила кур, прямо со своей тележки выметала двор, да и много всего. Не могла я только пол помыть и оттого жила всегда с застеленными половицами.

Когда не стало мой бабули, мне было уже почти сорок. Я умела вышивать, шить, вязать, сколотить ящик, могла подтянуться и провисеть на руках больше трех минут. В огороде я ползала на руках, потому что там помощников не было. Для себя овощи я выращивала сама.

Умирая, она говорила мне о том самом огне в груди, о той силе, благодаря которой можно выдюжить даже в самые страшные дни. Когда эти дни переливаются в месяцы и годы, этот огонь греет. Я считала, что она так называет веру, но сейчас поняла, что эта была огромная жажда жизни.

— Чего замерла? – голос за спиной вывел меня из оцепенения. Обернувшись, я увидела Ирен.

— Задумалась, - ответила я и, чуть замешкавшись, шагнула в кусты.

— Чем думаешь заняться?

— Думаю почистить стол, а если хватит сил, то и пол, - мне вдруг стало совсем не страшно говорить с незнакомкой.

— Сама? Я думала, у вас это делают служанки, - Ирен хмыкнула и пошла следом за мной.

— У меня нет служанки, - ответила я.

— А у Леопольда нет сестры, - вдруг услышала я и замерла. Обернувшись, я увидела, как улыбка разливается на вытянутом лице девушки. - Да-да, у меня хорошая память. Год назад в другом поселке Уорен говорил, что единственная сестра Леопольда погибла. А сейчас он приезжает с сестрой. Надо полагать, что ты не такая наивная, какой хочешь казаться.

— И зачем тебе эта информация? Чтобы осуждать меня? Или хочешь за нее просить что-то? Так знай: у меня нет ничего.

— Осуждать? Я? – она захохотала, высоко запрокинув голову, и стала похожа на журавля. Я онемела от страха, но потом вспомнила, что у меня есть ноги. Я могу не слушать всего, что она говорит, а просто уйти от нее.

— Всего хорошего, - я хотела было уже плюнуть на песок и идти обратно, но потом решила, что такой радости этой слишком много помнящей барышне не предоставлю, и поторопилась скрыться за кустами.

— Не злись.Я не собираюсь пользоваться этими знаниями, да и ты совсем не такая, как те леди, которых я видела. Не мое дело, почему ты живешь с Леопольдом. Он тоже мне дорогу ни разу не переходил, а пару раз даже сильно помог, - Ирен не отставала и бодро шагала следом за мной.

На берегу я отмела крупную гальку и принялась накладывать в ведро мелкий, как соль, влажный песок. Добавила немного воды и пошла обратно. По пути наломала веток для «плечиков» Леопольду и, не оборачиваясь, дошла до дома.

— Если нужна будет помощь, обращайся, Виктория.

— Спасибо, но думаю… - начала было я и чуть не сказала уже, что это последнее место, куда я приду. И тут же вспомнила о гордыне, о том, что не имею я права судить, - думаю, все будет хорошо. Но спасибо, что вы предложили мне помощь. Я вряд ли смогу предложить свою, но если дело будет касаться хорошего… помогу, - я открыла замок и, быстро оглянувшись, скользнула в дом.

— Да, скорее всего, не понадобится, но буду знать, - раздалось за дверью. Я села на стул и, прикусив губу, посмотрела в окно. Лагерь, кипевший вчера людьми, пустовал. Как и сказал Лео: днем здесь безлюдно.

— Чем мне здесь заниматься? Не мыть же полы ежедневно, - тихо спросила я сама себя. - Может, напроситься работать к Луису? Готовить сейчас надо много, а людей он все равно нанимал.

На крыльце соседнего дома я была минуты через три, не больше. Этот дом был большим, а по сравнению с нашим так и вовсе - огромным. Столы и лавки стояли так плотно, что пройти к прилавку, за которым от горячего воздуха колыхалась занавеска, казалось невозможным.

— О! Мисс Виктория! – почти лысая голова круглого невысокого мужчины с залихватски закрученными усиками показалась из-за занавески, - хорошо, что зашли. Обед будет через пару минут, - бодро затараторил он.

— А как вы меня узнали? – неуверенно спросила я, наблюдая, как он нарезает толстыми ломтями серый хлеб. Я вертела головой, осматривая помещение. Здесь, на удивление, было очень чисто: натертые добела доски столов, свежие, еще белые лавки, чисто выметенный пол.

— А кроме вас здесь еще нет девушек, - Луис пропал за занавеской и через пару минут вернулся с дымящейся миской. - Держите. Мне кажется, вам постоянно достается холодная еда. Уорен забирает поднос и стоит еще тут по несколько минут, точит лясы с каждым встречным. Вы берите, присаживайтесь, составьте мне компанию, - он принес на стол тарелку с хлебом, потом на доске, не очистив, разрезал пару луковиц и положил их рядом. Я решила не спорить и взяла миску с горячей похлебкой, вдохнув аромат которой поняла, что голодна. Хоть и завтракала не больше трех часов назад.

— Мистер Луис, - начала я, чуть попробовав бульон. Он, казалось, кипел прямо в миске. Но хозяин таверны наворачивал его, не смущаясь, - я хотела спросить вас, не возьмете ли вы меня на работу? Я могу делать все, что угодно.

Я испугалась, когда он закашлялся, видимо, подавившись из-за моих слов. Встала и постучала по его кругленькой спине до тех пор, пока он не выдохнул и заойкал.

— Мисс, мисс, что вы говорите? Прошу вас, не пугайте меня. Вы же не представляете, что здесь творится! Это чистый ад! Толпа грязных мужиков ест и пьет здесь до самой ночи. Они просто меняются! И этот кричащий, ругающийся матом поток утихает лишь под утро!

— Я могу работать с утра, пока никого нет, - поторопилась я предложить вариант.

— Луис, иди выдай мне все для ужина, - голос с кухни отвлек Луиса. Но он не встал и не пошел туда, а наклонился ко мне и прошептал:

— Нет, девочка. Тебе не место здесь.

— Луис, - я чуть не плакала от обиды, потому что была уверена, что он согласится.

— Это нелегкая работа и совсем не для леди! – Луис встал из-за стола, прихватил пустую миску и направился к стойке. - Обедайте, мисс Виктория, и идите домой.

Глава 14

Сидеть возле окна, разглядывая редко проходящих мимо мужчин, нравилось все меньше и меньше. Три телеги, нагруженные досками, и пятеро строителей, остановившихся почти напротив наших окон, были просто диковинкой.

— Вот здесь можете выгружать. Отступайте побольше: в случае пожара мы не хотим, чтобы сгорел весь поселок, - голос Уорена обрадовал несказанно. Я схватила шляпку и вышла на улицу. Доски с телег выгружали на пустой участок рядом.

— Уорен, здесь будет чей-то дом? – я подозревала, что меня сейчас снова погонят домой, но надеялась, что пары минут на добычу информации мне точно хватит.

— Да, мисс. Не чей-то. Скорее всего, его будут арендовать несколько бригадиров. Нам нужно построить его максимум за неделю к их приезду, - Уорен подозвал к себе одного из рабочих и указал на ящики.

— Уорен, ты можешь зайти к нам? Я угощу тебя кофе. Печь горячая. Я быстро, - зная, что мужчина падок на этот напиток, я готова была отдать последние ложки, чтобы вытянуть из него побольше информации.

— Ну-у, хорошо. У меня есть всего несколько минут, пока телеги разгружают. Нужно забрать еще много всего с пришедшего поезда. И еще… мы придумали, кто будет постоянно рядом с тобой. Сейчас в поселок придут молодые ребята. Они приехали на легкую работу, - Уорен шел за мной в дом, озвучивая новости, а я как губка впитывала каждое его слово.

— Так здесь есть какая-то легкая работа? – я обрадовалась. Надежда стать самостоятельной снова забрезжила.

— Даже землекопы делятся на два вида, - Уорен внимательно наблюдал, как я вожусь с кастрюлей, пристраивая ее на огонь. - Легкая работа на деле не такая и легкая. Надо разбивать верхний, более мягкий слой земли, откидывать его и идти дальше. Следом идут более сильные. Они уже разбивают и выкорчевывают камни. Обычно первыми идут парнишки лет пятнадцати-семнадцати. А следом уже сильные.

— А сколько стоит эта работа, ну… как ты говоришь, легкая.