Честно украденная ведьма - Милена Валерьевна Завойчинская

Я вздохнула, погладила по спинке Джинджу, которую, кажется, чисто по-женски тоже лихорадило от таких растрат из хозяйского бюджета. Тут мы с ней были на одной волне. Могло бы быть нашим, но уходит какой-то левой бабе.

— С вами приятно иметь дело, лорд и леди ван Дирг, — тягуче сообщила Лукреция по окончании расчетов.

— А уж мне-то как приятно, — буркнула я, но тут же натянула на лицо улыбку. — Думаю, мы не однажды еще встретимся в обществе, да? Надеюсь, недоразумений не будет?

— Ну что вы, леди Наталья. Я ценю умных женщин с деловой хваткой. Вы мне, определенно, импонируете. — Она повернулась к хозяину кабинета. — Томас, дорогой… Ваша светлость, рада была знакомству. У меня остались самые теплые воспоминания.

Эта кикимора шагнула к нему, наклонилась и чмокнула в губы. Вот ведь! Провоцирует и показывает свою власть. Ну-ну.

Я ей ничего не сказала, а спросила у кошки:

— Джинджу, ты поможешь мне найти в библиотеке свод законов? Хочется узнать, какой штраф может быть, если совершенно случайно превратишь кого-то в жабу или проклянешь.

— О! Мы будем кого-то проклинать? Я хочу это видеть! — оживилась фамильяр.

Леди Лукреция вдруг заторопилась, забрала футляры с украшениями и ушла, поджав губы. Да, милая, какая бы ты ни была сердцеедка и красотка, но если жена уже завелась, не стоит ее злить.

Дамочка покинула нас, а мы некоторое время еще посидели в кабинете. Я с кошкой на двухместном канапе у окна. Герцог за столом. Я его не дергала, понимая, что человеку и так несладко.

Я, конечно, влипла сильнее и вообще в ужасе. Но и его можно понять. Почти умер. Воскрес женатым. Любовница оказалась совсем не рада его воскрешению. Родня тоже больше переживала о тех деньгах, которые они могли бы получить по завещанию, но увы, облом. А внезапно обретенная супруга — ведьма из другого мира.

Черт его знает, как у них тут с ведьмами все по-настоящему обстоит. Я не склонна доверять непроверенной информации. Но очевидно же, что он опасается меня провоцировать. Как и остальные, кто узнавал, кто я такая.

Не знаю… Вроде и приятно, когда тебя побаиваются, но оснований-то у меня нет считать себя опасной.

— Спасибо, Наталья, — сказал вдруг Томас.

Он не стал уточнять, за что именно. За все вместе, полагаю. Поэтому я спокойно ответила:

— Пожалуйста. А сейчас я хотела бы принять душ, сменить одежду и обувь. Если еще обеспечат массаж, будет идеально.

Муженек, которого я таковым пока не считала, невесело улыбнулся, потер лоб и встал из-за стола.

— Все будет. И, Наталья… Я понимаю, что у нас брак весьма своеобразный, но напоминаю, сегодняшнюю ночь мы должны провести в одной постели. Обещаю вести себя прилично. Но… так надо.

— Ладно, — не стала я спорить.

На самом-то деле я так устала, перенервничала и настолько эмоционально выжата, что мне сегодня уже все равно. Даже если он начнет вести себя неприлично, то я буду бревном, так что плевать.

Томас ван Дирг

Осознание, что, дожив до своих лет, он не обрел ни настоящей любви, ни преданных друзей, ни родственников, которые бы по-настоящему горевали о нем, было болезненным.

Вот так живешь, живешь, вроде все как у всех. Работа, хорошее положение в обществе, титул, состояние, репутация, мощный магический дар, обязанности перед обществом и короной. И ты вроде никого не обделял, был достаточно щедрым и даже в завещании никого не обидел.

А потом ты в некотором роде воскрес, а никто этому не рад. Нет, ненависти не было, явных врагов он вроде не имел. Но и на шею ему ни один человек не бросился с криками, мол, ты жив, это же так замечательно.

Нет.

Это было болезненное открытие. Печально, когда из близких у тебя имеется только преданный фамильяр. Но им положено, фамильяры иначе и не могут, это их суть — быть до последнего вздоха со своими хозяевами в радости и в горе.

А сейчас вдруг жена. Он весь вечер бросал на нее взгляды. Пока неясно, что у нее в голове. И было крайне любопытно подслушать беседу двух женщин. Той, что, как ему казалось, его любит и ценит. И той, которой он совершенно безразличен пока как мужчина, но имеет статус ее законного супруга.

И как это ни прискорбно, иномирянка себя показала с лучшей стороны, чем Лу́ци. Ни скандала, ни угроз, ни тени презрения или насмешки. Абсолютно деловой подход. И как же перекосило Лукрецию, когда Наталья предложила ей найти нового работодателя, а сейчас выплатить выходное пособие в размере месячной зарплаты.

Но, надо признать, он действительно оказался для Лукреции лишь работой. Было унизительно и обидно. И, думается, Наталья это поняла, но ни словом, ни взглядом не выдала этого. А он держал лицо, переводя деньги на счет леди ван Хеллис и вручая ей вынутый из сейфа комплект украшений. Не услышь он тот разговор, и Лукреция получила бы гораздо больше. Томас никогда не был жадным.

Но раз так…

Надо хоть сейчас все не испортить. Может, боги дали ему в подарок не только жизнь, но и личное счастье? Он попытается наладить отношения с этой красивой женщиной из другой реальности. И не только потому, что она ведьма и это невероятно, фантастически выгодно.

Да, это было его первым импульсом. Но сейчас, после нескольких часов общения в качестве молодоженов вдвоем против всех, ему захотелось большего, чем партнера и жену по договору. Захотелось с ней чего-то настоящего.

Получится ли? Смогут ли они поладить, такие разные, совершенно чужие люди? Пока неясно. Но попробовать стоит.

Где-то в божественных чертогах

Бог лета потер руки. Все получилось. И даже его промах удалось исправить. Драгоценности блондинки, вышедшей замуж за феникса, угодили в технический мир и осели у подруги. Да, это