Эйприлинн Пайк - Предначертание

Джеймисон посмотрел на Дэвида; юноша был дюймов на шесть выше мудрого старого фея.

— Скажи, Дэвид, что ты знаешь о короле Артуре?

Дэвид покосился на Тамани. Тот коротко кивнул.

— Он был королем Камелота. И вашим союзником.

— Верно. — Джеймисону явно польстило, что Дэвиду знакома версия фей. — А еще?

— Он был женат на Гвиневере — Весенней фее, — а когда в Авалон вторглись тролли, он сражался рука об руку с Мерлином и Обероном.

— Так и есть. Но он был не только сильным воином и предводителем отважных рыцарей. Артур подарил Благому двору то, что мы не могли обеспечить себе сами: человечность. — Джеймисон повернулся и, взмахнув руками, расколол колоссальную каменную стену надвое. Из трещины вылезли виноградные лозы, обвились вокруг камней и с тихим шорохом раздвинули их в стороны. — Несмотря на придворного мага и союз с феями, король Артур до мозга костей был человеком. Именно этого нам так не хватало.

Сквозь мраморную арку в каменный зал хлынули лучи солнца, освещая гранитную плиту, в центре которой торчал меч. Казалось, он выкован из цельного алмаза; в граненом лезвии отражался свет, и на белых мраморных стенах зала плясала радуга.

Король Артур, клинок в камне…

— Эскалибур! — прошептала Лорел.

— Верно, — тихо и торжественно произнес Джеймисон. — Хотя тогда меч назывался по другому. Но сейчас он здесь, нетронутый с тех пор, как сам король Артур вонзил его в этот камень после победы над троллями.

— Нетронутый? Я видела в прошлый раз, как вы с ним что-то делали! — воскликнула Лорел.

— Всю жизнь я пытался что-то сделать. Его загадка не дает мне покоя. В Эскалибуре слилась магия людей и фей; его выковали Оберон и Мерлин, чтобы скрепить союз с Камелотом и победить троллей. Владеющий этим мечом неуязвим в бою и способен поразить любую цель. Однако Оберон позаботился о своих подданных на случай, если меч попадет в недобрые руки. Если направить Эскалибур на фею — как ни замахивайся, меч остановится в воздухе.

— Удивительно, — произнес Дэвид. — Ведь энергия не исчезает бесследно…

«Кто о чем, а Дэвид о науке», — хихикнула про себя Лорел.

— Хотел бы я знать, — ответил Джеймисон. — Неизвестно, так ли в точности задумал Оберон, но, уверяю тебя, заклятие нерушимо. Меч не может задеть фею — и фея не может коснуться меча. Даже я не в состоянии управлять им при помощи магии.

«Так вот зачем он впустил Дэвида и Челси!» — догадалась Лорел. Взгляд Джеймисона в сторону Авалона, его слова о предначертании… тем летом он упоминал, что Древо мудрости говорило о задаче, которая под силу ему одному. Только Джеймисон отважится доверить судьбу своей земли человеку, как было во времена Артура.

— Дэвид Лоусон, — произнес Зимний фей, — Авалон нуждается в твоей помощи. Ты не просто человек — а значит, способен взять меч; я чувствую в тебе смелость, силу и самое главное — преданность. Я знаю, что в своем мире ты защищал Лорел, даже рискуя жизнью. Да и отправиться в Авалон — храбрый поступок. Похоже, у тебя немало общего с тем юношей Артуром, и я верю, что тебе суждено спасти нас всех.

Челси ловила каждое слово с открытым ртом.

Тамани оцепенел.

Лорел знала, о чем попросит Джеймисон, и хотела помешать ему уговорить Дэвида отказаться — он и так достаточно страдал из-за нее. И не обязан быть воином Авалона.

— Дэвид, ты носишь имя великого царя, — торжественно сказал Джеймисон. — Настал час понять, тот ли ты герой, которым тебя всегда считала Лорел. Согласен ли ты встать на защиту Авалона?

Лорел взглянула на Челси и тут же поняла: от нее помощи не дождешься. Подруга не отрывала глаз от меча, а в ее взгляде читалась некоторая ревность, словно ей хотелось, чтобы и для нее нашлась подобная роль.

Дэвид посмотрел на Тамани. Лорел надеялась, что он убедит Дэвида не соглашаться. Но между ними словно состоялся безмолвный диалог, и на лице Тамани отразилась горькая зависть.

Когда Дэвид наконец повернулся к Лорел, она зажмурилась, раздираемая противоречивыми чувствами. Понимает ли Дэвид, о чем просит Джеймисон? Сколько крови ему придется пролить? С другой стороны, речь идет об Авалоне. Ее родине, пусть даже на годы стертой из памяти. На карту поставлено множество жизней.

Она не вправе решать за него.

Лорел открыла глаза и взглянула на Дэвида, не шевелясь и не моргая. И увидела решение, написанное на его лице.

— Да, — сказал он.

Джеймисон жестом пригласил его внутрь; Дэвид без колебаний вошел в мраморную арку и оглядел меч. Осторожно коснулся рукоятки, словно ожидал подвоха, затем шагнул вперед и встал лицом к сияющему клинку.

И, обхватив рукоятку, вытащил меч из камня.

ГЛАВА 10

Воздух словно заискрился от напряжения, когда освобожденный клинок сверкнул над каменной плитой. В зал хлынул поток энергии, и Лорел невольно отступила назад. Тамани обнял ее, придерживая за локти, и она почувствовала себя спокойнее. Дэвид замер, внимательно разглядывая меч.

Джеймисон вздохнул с облегчением и расплылся в улыбке.

— Я не стыжусь, что сомневался в успехе. После стольких лет бесплодных стараний моя мечта наконец сбылась. — Он откашлялся и посерьезнел. — Нужно действовать быстро — королева вот-вот будет здесь. Тамани, для тебя тоже кое-что найдется. — Джеймисон указал на небольшую коллекцию оружия на восточной стене зала, в котором осталась теперь уже пустая плита.

— Какая красота, — еле слышно выдохнул Тамани.

Он взял со стены длинное двуглавое копье; оба наконечника выглядели устрашающе острыми.

Хотя Лорел больше боялась пистолетов, ее невольно передернуло. Тамани повернулся и взвесил копье в руке, затем кивнул.

— Подойдет. — Он заговорил голосом часового; значит, официально перешел в «военный режим». А это пугало Лорел не меньше, чем копье.

— Сэр?

Все обернулись к Дэвиду. Хотя от него по-прежнему веяло неземной силой, сам он выглядел несколько растерянным.

— Да, Дэвид, — сказал Джеймисон.

— Я не… не понимаю. Что я должен делать?

Джеймисон шагнул вперед и положил руку Дэвиду на плечо, но она тут же соскользнула. Дэвид удивленно улыбнулся, словно только что сделал невероятное открытие.

— Поверь, тебе нужно просто размахивать мечом. Он сам направит тебя и скроет все твои недостатки. Как некогда Артуру, тебе потребуется смелость, чтобы шагать вперед, и стойкость, чтобы держаться на ногах. А теперь, — Джеймисон обернулся ко всем, — нам пора.

Они прошли по верхним залам, спустились в вестибюль и попали во двор. У белой мраморной арки наверху тропы Джеймисон нарушил молчание.