Проклятый лорд (СИ) - Анастасия Милославская

лишь потому, что ему уже много сотен лет! Так бы уже давно перенесли куда-нибудь в менее людное место…

— Я скоро приду, хочу глянуть поближе, — бросила я подруге. — Ты пока выбирай.

Девушка поджала губы, недовольная моей незаинтересованностью, но кивнула.

Я вышла на улицу и медленным шагом двинулась к необычному строению. Оно казалось вбирало в себя весь окружающий свет, подавляя своей мрачной притягательностью. Остановившись около здания, я заметила огромные раскидистые деревья с гладкой обсидианово-чёрной корой и такими же тёмными листьями. Вошла во дворик, прилегающий к храму, и двинулась вглубь, чёрные бутоны цветков, спрятанные в листьях странных деревьев, раскрывались по мере моего приближения, являя мне своё трепещущее алое нутро, огненными всполохами реагирующее на каждый шаг.

В очередной раз я удивилась отзывчивости природы Авалона и её связи с магией колдунов.

Толкнув огромную дверь храма, я с удивлением обратила внимание, что само здание сделано из спрессованного чёрного песка. Как такое строение смогло простоять сотни лет?

Первое, что сразило меня — тишина. Не было слышно ни звука. Лёгкие касания моих туфель пола словно растворялись в тягучем молчании огромного храма. И совсем не было людей, удивительно мы же на одной из основных улиц столицы. Я пришла в неподобающее время?

Статуя Селайны стояла внутри, в самом центре храма, единственное белое пятно в черноте ночи. Я подняла голову, чтобы увидеть лицо Темнейшей, высеченное из камня. Богиня раскинула руки в стороны, подняв ладони вверх, с них, клубясь и беснуясь, опускалась на пол тьма.

Я протянула руку, касаясь чёрной дымки. Она скользнула ко мне, ластясь к ногам верным псом.

От созерцания меня отвлекли внезапно появившиеся женщины. Я стряхнула тьму и отступила, виновато глядя на них. Появилось чувство, что я воровка, забравшаяся в чужой дом.

Ярко-алые рясы с пляшущим пламенем, нарисованным на подоле, привлекали внимание. Но жрицы лишь мимолётом взглянули на меня и продолжили своё неспешное шествие.

Я осмотрелась — храму сотни лет? Мне казалось, что тысячелетия переплетаются между этими чёрными обелисками. Подошла к одному из них и увидела кошмарную картину — огромный мужчина на троне из костей и черепов. Смерть таилась в его позе, взгляде, мимике. Я коснулась пальцами шершавой поверхности и провела по ней рукой, словно пытаясь на ощупь разобрать, о чём хотят сказать мне вырезанные картинки и символы.

— Страшно, — пробормотала я себе под нос, случайно нарушая тишину.

— Нет нужды боятся того, кто давно в могиле, — произнёс спокойный старческий голос за моей спиной.

Я обернулась, ощущая, как тону в кромешном ужасе, но там была лишь древняя старуха-жрица в алой рясе. Её белые волосы, заплетённые в косу, доставали практически до земли, сморщенная старческая кожа делала лицо похожим на перепечённое яблоко, но глаза живые и пронзительные взирали на меня со странным торжеством.

— Бенефит Дуом… — я произнесла догадку хриплым шёпотом. Величайший убийца магических существ.

Жрица кивнула, подходя и тоже касаясь обелиска руками, покрытыми старческими пятнами. На вид ей было лет девяносто, я удивилась, что она вполне бодра и, кажется, в здравом рассудке.

— Не все дети Селайны идут верными дорогами и даруют сердцу Тёмной Матери отраду. Так же, как и не все дети Светлейшего несут в этот мир добро.

— Мы сами выбираем свой путь, — ответила я, взглянув на старую жрицу. На её губах блуждала улыбка, а глаза не отрываясь глядели на убийцу на троне.

— Он был рождён для другого мира, как и мы с тобой, — старуха повернула голову и внимательно посмотрела мне в глаза.

Мы? О чём она говорит?

— Проклятая кровь — клеймо… — ответила я с внезапной злостью. — Метка, которую не смыть.

Вся моя жизнь искорёжена тем, что я даже не понимаю. Гнилой кровью, делающей меня неправильной и чужой для всех.

— Кровь — это всего лишь кровь, дитя, — жрица взяла мою руку и попыталась оттянуть рукав.

Я отпрянула, со страхом понимая, что он через ткань платья коснулась кулона, оставленного отцом.

Старуха улыбнулась, расстегнула верх алой рясы, и я увидела чёрный камень, болтающийся на простой плетёной верёвочке на старческой шее.

— Последний дар нашей матери своим детям изгнанникам, — спокойно пояснила мне жрица.

— Не понимаю, о чём вы говорите! — но вопреки словам я подалась к ней, изучая и сравнивая. Дикий страх и какое-то неистовое ликование смешались — наши камни абсолютно идентичны.

— Я покажу, — старуха двинулась вглубь храма. Я последовала за ней словно в каком-то сне.

Я искала информацию о жнецах душ повсюду, прошерстила кучу книг, окончательно отчаялась. Но ответ был не на страницах, исписанных людьми иль нелюдями, он скрывался в недрах храма из чёрного песка — вотчине Тёмной Богини.

Жрица отворила огромную дверь. Тьма роилась внутри длинного коридора, опаляя наши лица, проникая в лёгкие. Я вдохнула её, и она растеклась внутри приторной сладостью.

— Наша сила — божественный дар. Часть сущности первого демона заключена в нашей магической искре, девочка. — проговорила жрица, невидяще глядя в беснующуюся тьму. — От неё нельзя отказаться. Но ей можно пожертвовать.

— Пожертвовать? О чём вы говорите? — я схватила её за руку и сжала.

Я могу стать нормальной? Могу перестать бояться и прятаться? Надежда всколыхнулась внутри, порождая целую бурю чувств.

Старуха сжала мою руку, и мы ступили в комнату. Тьма жадно окутала нас, встречая, как старых друзей, принимая в свои объятия. Мы шагали бесконечно долго, пока я не увидела впереди беснующиеся огненные всполохи. Мы все приближались к ним, пока я не застыла в испуге, ощущая жар под ногами.

— Огонь — суть нашей магии, — спокойно вымолвила старуха и вошла в пламя, взметнув полами рясы.

Помедлив на секунду, шагнула за ней следом, отдаваясь стихии, бурлившей и во мне самой. Я горела изнутри и снаружи, поглощая и делясь в ответ, пока вдруг огонь не утих. Тьма снова обступила. Раздались раскатистые удары — единственный звук, который я услышала, в храме Тёмной Богини. Гулкое, ритмичное, мощное биение нарушало тишину. Тьма вздрагивала, словно подчиняясь его ритму.

Старуха обернулась, я увидела всполохи огня в черноте её глаз.

— Селайна — сердце великой тьмы, — пояснила она негромко.

Мы в великой тьме? Там, куда уходят души? Или это лишь иллюзия? Бредни сумасшедшей старухи?

Я посмотрела на неё недоверчиво. Она лишь улыбнулась мне в ответ. Откуда-то в её руки мягко скользнула книга.

Жрица снова посмотрела на меня, в её взгляде я увидела приглашение. Осторожно подошла и взглянула на странный предмет.

Книга была древней и потрёпанной, в кожаном переплёте. Странные символы горели на ней огнём, коснулась одного из