Детективное агентство "Клык оборотня" (СИ) - Гусарова Александра

- Добрый день, Михаил Александрович! Спасибо, что согласились принять меня, - я постаралась быть очень вежливой.

- Добрый день, милая барышня! – улыбнулся хозяин дома. – Проходите, присаживайтесь! Как вас звать-величать?

С этими словами мне было предложено сесть на банкетку с гнутыми золочеными ножками и обивкой в цветочек. Я устроилась и достала сумку и ручку. А затем уже представилась:

- Вы можете звать меня Анной.

-А дальше?

И тут я вдруг решила, что не стоит представляться Стрешневой. Слишком громкой была моя фамилия в этом мире.

- Анна Константиновна Смирнова, - спешно переделала я свою фамилию.

- А не дочь ли вы Костика Смирнова, главного редактора «Российских ведомостей»? – еще шире заулыбался Дворкович. Ему явно нравилось внимание к собственной персоне. И он пребывал в хорошем расположении духа. По недавно почившей жене мужчина, похоже, не страдал.

- Нет, - возразила я. – Мой отец умер давно, к газетному дело он отношения не имел. Но что мы все про меня? Я здесь, чтобы поговорить о вас.

- О чем бы вы хотели, чтобы я рассказал? – он улыбнулся во весь рот. И я поняла, что у него не осталось ни одного зуба. Да, коварная вещь - выгорание магии. У нас таким отсутствием зубов и невозможностью протезироваться могут похвастаться лишь наркоманы.

Я постаралась сдержать эмоции и улыбнулась во отвоет:

- Обо всем! Особенно мне интересна история про Иранскую княжну.

От Ягра я узнала, что Михаил рассказывал свою версию происходящего. И в там он выглядел героем. В чем мне предстояло убедиться в течение последующего часа. Благо ручка была стенографирующей, иначе я бы просто не успела это все записать.

И он мог бы говорить еще очень долго. Нужно было что-то срочно предпринять, чтобы притормозить красноречие хозяина. И тут я зацепилась взглядом за фотографию (как в воду глядела, когда план писала) красивого молодого человека в военной форме. Присмотревшись повнимательнее, решила, что он очень похож на хозяина кабинета. И когда появилась возможность вставить фразу в рассказ, спросила:

- А на той фотографии вы?

- Хорош, да? – весело рассмеялся мужчина и снова широко улыбнулся беззубым ртом.

- Да, в былые годы вы были просто красавчиком! – подтвердила я. А потом резко сконфузилась:

- Простите, я вас не хотела обидеть! – все же не стоит смертельно больному человеку напоминать, каким он был прежде.

Но переживала зря. Дворкович нисколько не расстроился, а лишь шире улыбнулся и с некоторой даже гордостью произнес:

- Это не я, это мой сын!

И вот тут я поперхнулась. Этот красавчик в форме никак не вязался с моим представление о маленьком ребенке, который у папы стащил таблетки. Да и Азалия Николаевна явно не годилась в бабушки этому молодому мужчине.

- Простите, но я думала, что вашему сыну от силы года три! – язык мой враг мой.

- А, это вы поди вашего брата журналиста начитались! – скривился Михаил. – Уж как они старались наживиться на моей семье, расписав трагедию в нашем доме.

- А на самом деле ничего подобного не было? – очень искренне и очень кстати удивилась я во ответ.

- Отчего ж не было, было, - помрачнел мужчина. – История трагичная, но не настолько, чтобы извратить ее и расписать в газетах.

- Михаил Александрович, а мне вы доверяете? Хотите я напишу все так, как было на самом деле? – решила предложить в ответ на его возмущения.

- Что ж, Анна Константиновна, вам я доверяю. Слушали меня вы действительно с искренним интересом. И из моего доверия пока не вышли. Но там и писать нечего. Обычная трагическая случайность. Вы же видите во что я превратился. И реакция не та, и память хуже стала. Я забыл закрыть пузырек с лекарством. А Савушка, решив, что это конфетки, напился таблеток. Благо мальца откачали. Только у Лёлечки случилось помутнение разума, и бедняжка выкинулась из окна. О чем писать? Зачем память ворошить? Жить надо дальше. И не портить репутацию моему младшему сыну. А на фото Всеволод – старший от первого брака. Я при всех моих болячках и проблемах умудрилась стать дважды вдовцом.

Поняв, что больше ничего нового не узнаю, распрощалась и пошла домой, пообещав сообщить о сроках выхода статьи о юбиляре. Главное, не забыть Ягру сказать, чтобы публиковали под нечаянно появившемся псевдониме.

Пока же ехала до агентства, анализировала услышанное и увиденное. Все было гладко и правильно. На первый взгляд. Но что-то ускользало от моего внимания. Да и Дворкович был слишком спокоен и равнодушен, рассказывая о второй жене.

- С боевым крещением! – улыбнулся Антон Павлович, когда я влетела в его кабинет. - Как успехи? Все уже раскрыла?

- Какой там раскрыла, скорее запутала! – обреченно махнула рукой. А после пересказала все о нашей встрече.

- И что думаешь об этом? – уточнил он. – Новые мысли появились?

- Новые действующие лица точно появились. Где бы подробнее разузнать про его первую жену и сына?

- Для начала стоит сходить в ЗАГС. Лет сто назад мы с тобой точно нигде бы этих сведений не получи. Церковь свято блюла свои тайны. Даже в консистории сведения давали лишь по официальным запросам. А мы с тобой для них никто. С ЗАГСами проще. Удостоверение частного детектива открывает многие двери.

Я согласно кивнула и сделала себе мысленную пометку, посмотреть, что за зверь такой консистория. А Ягр уточнил:

- Сегодня пойдешь или завтра?

- Пожалуй, до завтра подождет. Мне же сегодня еще статью нарисовать нужно, пока воспоминания от нее свежие. Как в словах Дворковича все ладно да складно звучит. И, вообще, княжна сама за борт упала. А он ее пытался поднять, там и магию потерял от перенапряжения.

- Да кто ж его знает, как все было на самом деле? Может именно так, как он рассказывает? – усмехнулся детектив.

- И сын старший появился на свет от святого духа, что о нем никто не знает. Даже родная теща, - скривилась я.

- Да, действительно странная история. И журналисты, трепавшую эту историю целую неделю, я теперь вспомнил, про Всеволода нигде не помянули, - согласился он со мной.

Вечером уточнила у интернета, что такое консистория. Это оказалось управление епархией, где хранились дубляжи церковных книг. В Росси, оказывается, действительными были лишь церковные браки. Не знаю, как у нас, но в этой России точно. Ратуш ни здесь, ни у нас не водилось.

И да, я теперь могла заряжать свой телефон- магшет! В подоконник был встроен такой вот кругляш, который в итоге оказался банальной беспроводной зарядкой. В принцип ее действия я не углублялась. Но батарейка на экране уверенно заполнялась. А уж чем, магией или электричеством, мне был без разницы.

А утром меня ждал ЗАГС. Что поразило в первую очередь, так это барышня, которая сидела перед зеркалом и уверенно что-то печатала на столешнице. Я видимо от удивления рот открыла, потому что барышня посмотрела на меня и рассмеялась, попутно уточнив:

- Это вы помощница его светлости?

- Я, - подтвердила свою принадлежность. Но в душе засомневалась, туда ли я попала. Иногда этот мир казался сумасшедшим домом.

- Удостоверение покажите! – требовательно попросила чиновница. Я протянула книжицу, выписанную накануне Антоном.

-Хорошо, - кивнула барышня. - А теперь подойдите сюда!

И поманила меня пальцем себе за спину. Я покорно подошла.

- А теперь смотри сюда! – приказала она, ткнув пальчиком в стол. И я поняла, что все зависит от точки зрения. Со стороны посетителя экран выглядел простым зеркалом. А стол казался пустым. А на деле вся столешница была огромной клавиатурой. Там помимо букв и цифр было еще много непонятных клавиш. Но самое главное, я не была сумасшедшей и девушка эта тоже.

Глава 12

- Новая разработка нашего князя! – с гордостью произнесла чиновница. – Антон Павлович у нас вообще чудо-мастер!

И что-то подсказало мне, что я очень хорошо знаю этого Антона Павловича, князя. Как-то господин Ягр оказался уж мастером на все руки. Но это мы обсудим с ним после. А сейчас девушка выжидательно смотрела на меня: