Десятый отряд - Оксана Алексеева

class="p1">Сердце сжалось, но я уже почти привыкла к этой боли. Во всех красках припомнила недавнюю сцену за окраиной столицы – вот тогда мне было действительно больно, с глупыми душевными терзаниями не сравнишь! Я тогда от мучений едва сознание не потеряла, а тут так – малюсенький укольчик в груди. Чтобы отвлечься, снова вернулась к той самой мысли, которая меня тогда первой посетила:

– Жаль, что Риссаи сегодня с нами не было. Может, твою фурию она бы не остановила, но точно сразу сделала бы мне отворот и прочистила мысли.

Диминик ответил тем же прохладным голосом:

– Риссая тебе уже не поможет. Отравление имеет накопительный эффект. Тебе же когда-то было интересно с моими чувствами поиграть – теперь пожинай плоды. Знал, что этот козырь мне когда-нибудь пригодится.

– Ну ты и урод, – присоединилась я к Маринкиному мнению. И тоже теперь нашла в себе силы отвернуться.

Это наваждение скоро пройдет, надо просто потерпеть немного. Я ведь уже почти с подобным сталкивалась – ничего, выжила. Но сейчас еще мучило ощущение, какой жалкой я стала в его глазах. Совсем беззащитная против его влияния, будто во мне вообще нет иммунитета. То есть я и не человек, которого инкубы хотя бы в качестве еды уважают, и не существо, которых они могут замечать уже не в гастрономических целях.

В итоге из поместья мы так и не уехали – во всем можно винить только мое нежелание. Маринка смирилась с решением, но ночевала со мной на одной постели. Объяснила без лишних виляний:

– Чтобы ты сама к нему не пошла, Наташ. Понимаю, что тебе это в голову точно взбредет, а теперь я совсем не уверена в его благородстве.

Я так крепко ее обняла, что обе едва не расплакались. Подруга меня поддерживала даже помимо моей воли – и всякий раз, когда меня накрывало желанием хотя бы увидеть хозяина поместья, смотрела мне прямо в глаза и стальным голосом напоминала:

– Кристина почти воткнула тебе кинжал в глаз. И он это позволил. Ты ведь хорошо все помнишь? Кристину от тебя оттащили мы с Аго, а Диминик даже рукой не дернул – он просто стоял в стороне и преспокойно наблюдал!

Так или иначе, но такое убеждение помогало охладить эмоции. Марина ничуть не преувеличивала – я тоже там была и все видела.

Чтобы не превратиться окончательно во влюбленную марионетку, в следующие дни я сосредоточилась на работе и учебе. Даже на встревоженный вопрос Риссаи о перебинтованной руке соврала:

– Поранилась просто. Мне уже помог хороший лекарь, спасибо за заботу.

На этих словах Кристина торжествующе усмехнулась, а Диминик так и продолжал смотреть в окно.

Возненавидеть их одинаково я сумею чуть позже, а пока можно изображать из себя члена десятого отряда.

– Сразу две крысы? – переспросила я.

– Да, – Диминик, который на перемене вышел вперед и вкратце описал суть дела, кивнул. – Двумя альтерами управлять сложно, но они присмотрели несколько интересных мест, которые мы проверим во время рейда. Вы ведь помните, что нам желательно не просто походить по улицам, но по возможности и премию заработать?

– Почему меня к подготовке не привлек? – поинтересовалась Риссая.

Он ей улыбнулся ласково:

– Чтобы опять не выглядело, будто ты одна тянешь на себе всю работу. И нужно, чтобы через три дня на рейде ты была отдохнувшая, а не вымотанная.

Ведьма со смехом отмахнулась. В любом случае она тянет на себе если не всю, то большую часть нагрузки – так уж повелось. Диминик еще раз повторил о предстоящей смене и о необходимости полной сосредоточенности. Его волнение было даже милым – как будто он полностью примерил на себя роль командира отряда: такой типа ответственный, серьезно относящийся к нашей безопасности.

Я думала, что мы пойдем в спортивной одежде – я свою как раз успела подлатать, но инкуб выбил для нас самую настоящую форму магикопов с кривыми буквами «Р» в качестве значков. В управлении заявил, что у преступников не должно быть сомнений, от чьего лица мы выступаем, если вдруг начнется какая-то заваруха. Он был чертовски прав не только с его точки зрения, раз начальник подписал распоряжение для швейной мастерской, несмотря на то, что мы просто курсанты.

В день рейда встретились вечером возле управления – и всех накрыло какой-то торжественностью. У меня точно пробежали мурашки по спине, когда мы собрались в одинаковых черных форменных костюмах. В приталенном пиджаке из плотной ткани и брюках с отутюженными стрелками даже Аго смотрелся элегантно! Интересно, а ведьмы-швеи смеялись, когда снимали с него мерки? Ведь им никогда не приходилось шить форму на такую фигуру.

Нам и оружие выдали! Ну как выдали… только у Диминика на поясе висел длинный меч. На все претензии он ответил одной фразой:

– Дали только тем, кто умеет им пользоваться. В нашем отряде это пока лишь я.

Пришлось согласиться. Мы только-только перешли к изучению холодного оружия и в настоящем бою можем навредить больше себе, чем преступникам.

Выступили уже затемно, готовые работать до момента, когда встанет солнце. Но пока улицы были тихи и спокойны, многие прохожие смотрели на нас издали и расступались, когда мы проходили мимо. Я только в тот момент в полной мере ощутила себя стражем порядка, вызывающим настороженное уважение со стороны горожан. Мы перемешивали обходы улиц с посещением тех мест, которые крысы Диминика посчитали подозрительными. В основном это были подвальные лавки торговцев контрабандой. И, чтобы не портить отношения со старыми приятелями, инкуб проводил обыски тайно.

Мы проникали в подвалы, где обычно хранился товар. Для того использовали отпирающий амулет. Маринка с Аго стояли на выходе, чтобы тотчас предупредить об опасности. Я, готовая при малейшем шорохе запеть, сразу шагала вглубь, поскольку обычно в нижнее помещение вела и дверь из лавки. А Риссая стояла в центре, вскидывая руки и уточняя:

– Что конкретно искать, Диминик? Здесь один алкоголь.

– Точно только он? – он осматривал стеллажи. – Человеческий алкоголь ничуть не хуже местного дурмана – полная глупость его запрещать. А вот героин сюда возить точно не стоит.

– Героин? – переспросила ведьма, распахнув глаза. – У тебя такие подозрения? Но наркоту я не найду – я не знаю, как настроить магию на то, что никогда в руках не держала.

Инкуб тут же подошел к ней и сунул под нос маленький пакетик с белым порошком, как поисковой собаке. Я закатила глаза. Ну кто бы сомневался, что если в Вахарне и найдется героин, то как раз у нашего командира?

Минут через десять магических манипуляций Риссая уверенно помотала головой:

– Такого здесь нет. И, похоже, не было.

– Отлично, тогда на выход, – скомандовал командир.

Таким же образом мы обыскали и другой подвал через несколько кварталов. А на третьем пришлось ждать – здесь склад располагался не под зданием, а немного в отдалении от точки продажи, и внутри кто-то составлял ящики с бутылками. Мы не хотели быть замеченными, потому уселись у стены следующего дома, полностью скрытые темнотой и цветистыми кустами.

Аго тихонько ворчал:

– Какие же вы неудачники. А что, думали, если вас поведет главный преступник, то вы уже в первый день десяток дел раскроете?

– Так мы и думали, – хмыкнула Маринка. – В кои-то веки ты полностью прав – от такого командира только минусы.

– Зато от твоего присутствия одни плюсы, можно подумать! – тотчас переключился тролль. – Но если придется сидеть до утра, то об тебя будем греться – об жирненьких приятно греться.

– Че ты сказал? – вскипела та.

– Ругайтесь потише, – попросила Риссая. – Иначе нас услышат.

Они продолжили, но уже совсем едва различимым шепотом. Я сидела с другой стороны – сразу за Риссаей и Димиником, поэтому теперь даже их веселой ругани расслышать не могла. Хотелось протянуть слегка руку и дотронуться до своего соседа, но я знала, что этого делать ни в коем случае нельзя, если я собираюсь как можно скорее избавиться от своих страданий. Но совсем уж удержаться я не могла, потому решила потрогать хотя бы рукоятку меча, которая от его бедра направлялась немного вверх. Взялась за металлический набалдашник, огладила пальцами резьбу. Немного вытащила меч из ножен и вставила обратно. Затем повторила это снова и снова –