(не) детские сказки: Невеста для чудовища - Олеся Рияко

Была глубокая ночь, но он все не мог заснуть. Выйдя к восточным бойницам, граф Сакстон обхватил себя за плечи и подставил лицо лунному свету. Дикий морозный ветер вмиг растрепал его волосы и одежду, но даже ему не было под силу остудить пламя безумного желания, овладевшее духом и телом Дэрека.

Внимание мужчины привлек свет в окнах южной башни, которую он полностью отвел под покои молодой супруги… подальше от себя, подальше от соблазна нарушить данное ей слово.

Судя по тому как тускнели огни в окнах, девушка готовилась спать, гася свечи. В эту ночь они должны были гасить их вместе, как муж и жена или и вовсе позабыть о них, утонув без остатка в объятьях друг друга!

Она сказала, что возненавидит его, если он посмеет нарушить данное слово?

Ну что же, он сам ненавидит себя уже столько лет… и знает, что с ненавистью можно жить.

А перед глазами его снова и снова возникали образы… миндальные глаза, манящие пухлые губы в которые так и хочется впиться поцелуем! Если бы она позволила он бы ласкал ее кожу, с наслаждением скользя по ней языком. Сжимал бы ее, входя глубже, заставляя девушку задыхаться от страсти и умолять не останавливаться на пути к звездам. Но себя не обманешь – он хотел куда большего.

Мужчина вновь обрел себя лишь у двери в ее покои. Потайной двери, коими был полон этот замок, возведенный его предками больше десятка поколений назад. В те времена интриг и кровавых заговоров, нельзя было обойтись без многочисленных тайных ходов и комнат. Пожалуй, пращуры были бы разочарованы тем, какое применение им нашел их потомок. Но разве было ему до них дело? Ведь те давно умерли… а Дэрек был здесь, стоял за тонкой створкой, прикинувшейся с другой стороны зеркалом в рост, и тяжело дышал от переполнявших его запретных желаний, в то же время прислушиваясь к происходящему в комнате.

Валери спала.

Ее медно-каштановые волосы разметались по подушке, нежный румянец тронул щеки, а грудь медленно вздымалась, вверх оттягивая ночную сорочку острыми горошинами сосков. Соблазнительно приоткрытые губы манили запечатлеть на них поцелуй… должно быть и ей в эту ночь снилось что-то отнюдь не невинное…

Что если прямо сейчас, во сне, она сгорала и таяла в объятиях своего бывшего жениха. Майлза Фрэйра?

От этой мысли у графа Сакстона свело скулы и непроизвольно сжались кулаки.

Нет, эта ревность не находила оправданий. Ведь она здесь, с ним… отныне и навсегда Валери принадлежала только ему, осталось лишь проявить терпение. Рано или поздно она узнает его и чувства возникнут… или нет, ведь мужчине уж точно не стоило рассказывать ей о себе все. Куда лучше попробовать начать все с чистого листа, ведь именно этого он в тайне желал - новой жизни без груза прошлого, тянувшего его назад все эти годы добровольного одиночества. В глухую, смердящую гарью пустоту.

Потайная дверь – не оказалась достойной преградой на пути его желаний. Дэрек тихо опустился у изголовья кровати, сосредоточенно разглядывая лицо возлюбленной. Каждую веснушку, каждую морщинку и родинку он желал запомнить, коль скоро получил возможность настолько приблизиться к ней. Впервые с того момента, когда увидел ее в первый раз.

Рука мужчины сама потянулась к маске, мешавшей созерцать красоту в темноте, и он аккуратно снял ее…

В тот самый миг длинные ресницы Валери дрогнули, и она открыла глаза.

18

Ей снились бесконечные коридоры замка и вереницы запертых комнат. Валери слышала голоса сестер и отца, но никак не могла добраться до них, чтобы спасти. Она бежала вперед и билась в закрытые двери… до тех самых пор пока не оказалась в том огромном зале с тремя большими каминами, украшенными скалящими зубастые пасти горгульями.

Все здесь выглядело иначе.

Дорогая, вычурная мебель с фигурными ножками была избавлена от пыльных простыней и составлена у стен, мраморный пол блестел, начищенный до блеска, с потолка свисали необъятные люстры на тысячу свечей каждая, а из каминов лился теплый уютный свет.

Здесь пахло цветами. Свежие розы и лилии украшали этот зал, дыша ароматами в красивых золоченых вазах, расставленных тут и там, и следа не оставляя былой мрачности царившей в стенах этого замка.

— Я ждал тебя. – Послышался за спиной знакомый низкий голос и Валери вздрогнула, боясь обернуться. – Все это время я ждал только тебя, моя любовь. Ты пришла спасти меня, так?

— Я слышу голоса своих родных, но не могу найти их. – Дрожа всем телом, ответила девушка. – Может быть ты мне поможешь?

— Их здесь нет. – Было ей ответом. – Это я звал тебя их голосами… надеясь, что ты придешь за мной и уведешь отсюда. Из тьмы и разъедающей мою душу тишины…

Валери не сдержала вздоха, когда широкие, теплые ладони обхватили ее талию. Сильные руки мужчины с красивыми длинными пальцами, нежно огладили ее стан и притянули к себе, заставив девушку прижаться спиной к твердой груди и почувствовать гулкие удары его сердца.

Голос над самым ее ухом прошептал, обдав жаром шею и породив волну мурашек:

— Валери. Прошу, подари мне танец?

Нерешительно, закрыв глаза, девушка вложила свою ладонь в предложенную руку и развернулась. Мужчина тут же подхватил ее и закружил в танце… в такт его шагам по залу разлилась знакомая мелодия. Та самая, под которую они танцевали тогда, на балу, с которого все и началось.

— Ты не хочешь открыть глаза и посмотреть на меня? – Печально спросил Дэрек.

— Я боюсь… - Честно призналась Валери.

— Чего же?

— Твоя маска… ты явно носишь ее не просто так.

— Ты боишься, что то, что ты увидишь напугает тебя?

— Да. – Шепотом призналась девушка и опустила голову на грудь мужчине, вновь почувствовав, как чисто и сильно бьется его большое сердце. Этот звук странным образом успокаивал ее, он звучал в такт музыке… нет, он словно и был ее неотделимой частью…

— То есть ты боишься самого страха, а вовсе не того, что увидишь…

— Наверно.

— Тогда открой свои прекрасные глаза, Валери. Я хочу увидеть их.

И она послушалась. Подняла взгляд, в ослепительном свете люстр различив в начале лишь очертания, а затем и четкие контуры самого лица. Красивого и благородного, без единого изъяна и намека на уродство.

Граф Сакстон нежно улыбнулся ей и склонился ниже – теперь их лица были