Карточный домик для Евы. Часть 1 (СИ) - Ирина Дмитриевна Субач

на мою честь и достоинство пытаются покуситься разные злодеи. Твоя дочь, Константина”

Еще раз перечитав, я запечатала конверт, а после чего отправила его, бросив в ящик к вороху других писем.

Карл Вилье – умный человек, заменивший мне отца, едва ли не во всех смыслах. Ведь только благодаря ему мне, настоящей Еве Нельски удалось скрываться так много лет.

Я не знала точно, чем Карл был обязан моей матери, но когда я – двенадцатилетняя девочка, спустя несколько недель пути, бог весть какими дилижансами, эпикажами, перевалами, оказалась в тысяче витков от столицы, на пороге его дома и протянула мятый конверт с посланием от мамы – он не выгнал меня, хотя мог бы – ведь не каждый бы отважился на проблемы с моим настоящим отцом.

Карл просто прочел то письмо, молча взял меня за руку, провел в дом к горящему камину.

– Сядь, – приказал он. – Грейся и запоминай…

Письмо полетело в камин и вспыхнуло искрами.

– … твое имя теперь Константина, и ты моя дочь от шлюхи, нагулянная по молодости, – в руках Карла возник нож, с которым он подошел ближе и коснулся моих волос. – По доброте душевной я взял тебя под крыло.

Я вжалась в кресло, так было страшно, ведь огонь от камина ярко плясал на лезвии ножа.

Вжих… – и локон волос порвался под острием, и упал на пол.

– Я зачислю тебя в интернат, будешь обучаться и жить там. Никаких привилегий, за любую провинность наказания наравне со всеми. Взамен, никто не узнает твое настоящее имя пока не минует опасность. Раз в неделю я обеспечу зеркальщика для связи с теткой. Все поняла.

Я кивнула, потому что объяснял Карл очень доходчиво, особенно с ножом в руках.

Было жалко волос, и я едва не плакала, но понимала, что так нужно. По крайней мере в тот момент.

Поэтому не нужно удивляться откуда я знаю, как стрелять из револьвера. В моем случае проблему скорее составит, если меня спросят чем питаются овцы, и правда ли, что у быка нет вымени.

И да, как бы не пытался принизить меня Горски, называя деревенщиной и ссылаясь на отсутствие образования, он был не прав.

Обучалась я очень хорошо, а имена моих учителей могли многих привести в священный ужас.

От автора:

Доброго дня, мои дорогие!

Все еще сижу в бане, очень хочется начать вам отвечать, но пока еще жду амнистию.

Тут спрашивали, не мог ли метаморф украсть завещание.

Нет, не мог: он украл чучело совы, а то уже было пустым, тк его опустошила Ева.

Ваша Ди.

Глава 9

После почтамта, поймала на улице возницу, чтобы тот довез до главного банка столицы. Вот там-то и начались первые трудности.

Старенький клерк в белоснежной рубахе и темными нарукавниками, сплошь заляпанными чернилами, долго изучал мои документы.

– Мирель Нельски, – очень тихо начал он. – Я таки понимаю, что вы рассчитываете на получение больших денег, но вы таки пятая мирель Нельски за сегодняшнее утро.

Я недоуменно подняла бровь.

– Вы намекаете, что лгу о своей личности?

– О, что вы, уважаемая мирель, но слухи в столице расходятся быстро. Знаете, таки, сколько желающих получить деньги Эстебана Нельски, особенно узнав, что комитет по распределению дара отказался передать дар нейтрализаторства его настоящей дочери.

– Но это я!

– Тут еще разобраться надо, – клерк возвел тонкий указательный палец к потолку. – А как разобраться? Вот был бы у вас дар нейтрализатора, все было бы понятно. А так, мы вас впервые видим.

– Но вот же мои документы, – я упрямо протянула клерку пухлую книжечку и бумагу, выданную советом. – У тех самозванок тоже было все это?

Улыбка клерка расплылась от уха до уха.

– Чего у них только не было, даже фотографии с вашим отцом, в обнимку.

Я вытаращила глаза, а после сузила, понимая что риторику разговора следует поменять.

– Значит, вы отказываетесь дать мне доступ к счетам?

– Да, – самозабвенно кивнул банковский рабочий.

– И что же будет достаточным доказательством того, что я настоящая дочь своего отца?

– Дар нейтрализаторства, – уверенно отозвался старикашка. – Ведь доподлинно известно, что никакая самозванка его принять не сумеет. Только истинный наследник по крови…

– Прошу, не продолжайте, – перебила я, понимая, что круг замкнулся, не самым удачным образом. – Хорошо, тогда пойдем другим путем. Душеприказчик моего отца Мишель Горски признал во мне настоящую дочь и наследницу. Чем это будете крыть?

– Оу, Мишель? – клерк хохотнул. – Он был здесь не далее как час назад, и предупредил о ситуации с наследованием. Сказал, что на счета будут покушаться всякие шарла…

Будто в доказательство в этих слов, в глубине отделения послышалась возня, и громкие возмущенные женские крики.

– Да как вы смеете, плебеи. Вы хоть знаете, кто я? – кричала ярко напомаженная брюнетка, размахивая зонтом, чтобы отогнать двух охранников, которые пытались ее выгнать. – Я – Ева Нельски! И требую своих денег.

Охранникам все же удалось поднырнуть под бойкую девчонку, и под локти увести ее из залы.

– Вот видите, – проводил ее взглядом клерк. – И так уже целый час. Поэтому прошу прощения, мирель Ева… или не Ева. Но ничем помочь не смогу.

Я сухо сжала губы.

Неожиданный поворот, но сама виновата.

Поругалась с Горски, и тот быстро сориентировался.